Но он среагировал очень быстро. Вскинул руку, и перед ним начало формироваться что-то кровавое.
— Тре… — он открыл рот и попытался крикнуть.
Вспышка!
С холма, где лежала Эми, сверкнуло фиолетовым. И пуля, напитанная силой молнии, насквозь пробила грудь Огранённого. Того отшвырнуло, но моя цепь ринулась к нему и не позволила упасть — обмоталась вокруг торса и воткнулась остриём прямо в сердце. Кровь, которой управлял Огранённый, упала на крышу и расплескалась.
Я рывком дёрнул рукой и притянул черноволосого к себе. Взял его рукой за шею и начал поглощение. Нет времени медлить — нас, скорее всего, заметили. Мы почти не шумели, но и этого достаточно.
Мои водовороты накрыли Огранённого и буквально за несколько секунд поглотили его — вместе с полупрозрачным шаром из головы. В эту секунду я понял, как просмотреть проглоченные воспоминания.
Тело Огранённого превратилось в порошок, и я на всей скорости рванул к холму. Сверкнула ещё одна вспышка — Эми выстрелила в другого Черепа, который попытался перекрыть мне дорогу.
Эти ребята с запозданием, но отреагировали на вторжение. Остаётся надеяться, что Лулу справится с лидером группы Красных Черепов…
Глава 16. Красные Черепа
Я мчался к холму, не оглядываясь. Мимо меня пролетали фиолетовые полосы от выстрелов Эми, позади пару раз кто-то вскрикнул. Добежав до ребят, я кивнул Лулу. Та вспыхнула огнём и распахнула крылья.
Эми уже разобрала свою пушку и спешно убирала её в кошель. Камбала стоял рядом с ней и держал хасимёт наготове.
Взрыв!
В спину ударила волна жара. Я остановился рядом с Эми и обернулся. Сверху лился огненный дождь, сбивая странных красных тварей, похожих на привидений. В центре этой необычной армии, окутанный алым туманом, парил лидер отряда Черепов. К нам неслось несколько человек, один из них сидел на спине здоровенного кровавого голема.
— Бомбы огня, — бросил я.
Камбала вытащил костяные сферы. Я тоже достал несколько. Мы метнули их в пожирающее землю пламя, и огонь взмыл ввысь с ещё большей силой, подпитываемый Небесной Ватой. Кровавый голем начал испаряться, Огранённые затормозили и не рискнули продолжить преследование. Нам повезло, в этой группе был только один Квадро. И, разумеется, гораздо слабее Лулу.
— Уходим.
Мы рванули вперёд, оставив Лулу позади. Она догонит нас, когда мы отбежим подальше и скроемся от врагов. Квадро Черепов ей не противник, Лулу без труда его задержит. Прыгая по деревьям и камням, я обдумывал ощущения от активации Глаз Весов. Как и предполагал — во время поглощения Огранённого я частично осознал новые возможности своих глаз.
Во-первых, скорость поглощения увеличилась. Как и сила самих водоворотов. Одно плохо — различия в левом и правом глазах усилились. А я так надеялся, что после прорыва на третью звезду, эти отличия исчезнут…
Но когда я поглощал тело Огранённого, почти всю работу взял на себя правый водоворот, а левый едва реагировал на человека. И это плохо. Очень-очень плохо.
Во-вторых, теперь я могу поглощать вихри воспоминаний. В этом процессе гораздо активнее участвовал левый глаз — именно в него втягивался полупрозрачный вихрь. И я уже понял, как мне просмотреть проглоченные воспоминания.
Но это цветочки — только усиление первой и второй звёзды, не более. Активировав Глаза Весов, я отчётливо почувствовал, что теперь могу поглощать и материальные объекты. Осталось проверить эту силу в безопасном месте.
На интерактивной карте к нам стремительно приближалась точка. Это была Лулу, её сердцебиение я давно запомнил.
— Ну как? — спросил я, когда она поравнялась с нами.
— Сбежал, — поморщилась Лулу.
Чем сильнее Огранец или Чернокнижник, тем сложнее его убить. Если сражаются два бойца четвёртой Грани или метки и у них нет подавляющего преимущества в силе друг перед другом — ни один не сможет самостоятельно оборвать жизнь противника. Важную роль может сыграть поддержка. Когда Лулу билась с двумя Чернокнижниками Панциря, только благодаря моему Проклятию Крови она смогла убить одного из них, тем самым переломив ход битвы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Как только мы удалились на десять-пятнадцать километров от деревни, я подал знак своей команде, и мы остановились на небольшой опушке.
Эми с любопытством смотрела на меня, ожидая моих действий. Я же сел на траву, скрестив ноги, и закрыл глаза. Между моими бровями зажглись три звезды, а вокруг меня появился вихрь воспоминаний убитого недавно Огранца.
Внимательно осмотрев его, я заметил следы повреждений. Смерч не может вечно храниться в Глазах. Чем больше времени пройдёт, тем сильнее он пострадает.
Я начал просматривать воспоминания, выискивая полезные для себя знания. Как только я погрузился в первый осколок — вихрь начал активно разрушаться. Чёрт. Не всё так гладко с этой способностью. Я-то думал, что смогу поглотить воспоминания, а потом в любое время просматривать их, переживая опыт другого человека. Но всё оказалось сложнее.
Первым делом я отыскал местоположение базы Красных Черепов, выполнив первую часть задания Панциря. Изгнанный клан нашёл себе необычное убежище — на высокогорье, под озером, в которое впадает водопад. Это место тщательно охраняется, и о нём мало кто знает, потому что добраться туда не так просто — в горах множество звериных Лесов. С одним таким, где живут Кровавые Обезьяны, Черепа смогли заключить соглашение. Огранённые поставляют зверям Алый Мак — растение, о котором упоминала Белла. Обезьяны же в свою очередь не мешают Черепам проходить к озеру, под которым те живут.
Выяснив об убежище всё что можно, я продолжил просматривать воспоминания. Убитый мною парень, которого звали Игорь, ничего не знал о планах Красного Черепа в Красном Каньоне, что неудивительно. Мелкая сошка. Но зато он помнил всех членов главной семьи Черепов. И среди них было немало Огранённых слабее Квадро.
Слухи о жертвоприношениях оказались правдой. Черепа старались брать людей в плен, а не убивать. Но жертвы долго не проживали — Черепам нужно было постоянно обновлять свежую кровь для максимальной эффективности своих узоров.
Я скривился, когда наткнулся на несколько ужасных по своей жестокости эпизодов в смерче. Мне захотелось вырезать Красные Черепа. Надеюсь, что не все Кровавые Огранцы — отвратительные чудовища.
Остаток времени я потратил на просмотр узоров, известных Игорю. Когда вихрь почти самоуничтожился, я прекратил просмотр. Но глаза я не открыл — у меня в запасе ещё один смерч.
Воспоминания Чернокнижника по имени Флойд, который владел Глазами Девы, почти полностью исчезли. Осталось не больше десятка осколков, и среди них — тот, что был мне так нужен. Я вздохнул с облегчением, когда его увидел. Тёмный, тяжёлый, он не крутился вместе с остальными, а был зафиксирован в пространстве. В этом воспоминании хранится весь опыт Флойда по какому-то умению.
Я нырнул в него с головой. И почти сразу же разочарованно скривился. Флойд, которому в этом воспоминании было лет шесть, с радостью держал в руках костяную губную гармошку. Оказывается, Чернокнижник обожал музыку и превосходно играл на губной гармошке. Я с каменным лицом просматривал один эпизод за другим, чувствуя, что потихоньку становлюсь самым настоящим маэстро.
Когда воспоминания закончились, смерч полностью самоуничтожился. Жаль. Лучше бы я в другие осколки заглянул, у этого Чернокнижника, наверняка, можно было узнать много интересного. Например — какие способности у Глаз Девы. Если не ошибаюсь, Флойд в битве со мной использовал только первую и вторую звезды, хотя обладал тремя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Но зато я теперь умею играть на губной гармонике. Отлично.
Я открыл глаза и со скепсисом посмотрел на свои ладони. Пальцы сами собой шевелились, повторяя увиденные в воспоминаниях движения.
— Ну как? — поинтересовалась Эми.
— Не мешай ему, женщина, — влез Боря. — Видишь, он думает.
