не показался — или от большой любви, что в некоторых ситуациях одно и то же.
— Какой глубокий анализ, дорогая супруга!
— Научилась у вашего брата, — она снова улыбнулась, но принц её радости не разделял. Чему же ещё она научилась у его брата? Может, он проводит ей частные уроки? Наедине!
— Знаешь… я бы посоветовал тебе почитать что-нибудь для развития чувства прекрасного, — вдруг сказал Амадей. — Возьми что-нибудь из моей библиотеки, обязательно с любовной тематикой, обычно там более красноречивые эпитеты. Узнаешь много новых слов, да и поймёшь, наконец, как должна вести себя настоящая леди. Может даже что-то о супружеской жизни узнаешь…
— Как смешно, ваше высочество! — возмутилась Хадаан. — Осупружеской жизни я очень хорошо осведомлена, к вашему сведению!
— Пра-авда? — Амадей хитро и нарочито медленно осмотрел жену, словно взглянул на неё по-новому. В бойхайской одежде она выглядела даже мило и не злила его голыми плечами или слишком высокими разрезами. Под свободной рубахой с запахом, кажется, были штаны, но она был длинной, чуть ниже колена, и заканчивалась на уровне вышитых традиционным орнаментом сапог, потому наверняка сказать было нельзя. Может, пусть всегда так ходит? И плевать на этикет — его нервы целее будут. — Что же, вскоре я смогу проверить твои знания.
Хадаан посмотрела на мужа с нескрываемым возмущением. Нет! Она так просто не сдастся! Или сдастся? Да и чего тут сдаваться, если Амадей — её законный супруг? Она, в общем-то, целиком и полностью принадлежит ему…
— До свидания, дорогой супруг! — сказав это, она открыла скрипящую дверь и пошла по коридору, не дожидаясь, когда её стражники опомнятся. — И не забудьте про Лиама!
Внимание, дорогие читатели!
Теперь прода будет не каждый день, а три-четыре раза в неделю! Главы получаются объёмными, а мне не хочется выкладывать кусками, чтобы не разрывать сюжетные линии.
С любовью,
Ваша Лика
Глава 10
Каганат Бойхай
Покои каана Тай-Темара
Юный каан задумчиво изучал прошения, иногда морщился, вскидывал бровь, совсем как его сестра. Сэнид стоял за его спиной, также изучая бумаги, и поражался, как быстро вырос его господин. Ребёнку восемь лет, а он абсолютно серьёзно сидит часами за государственными делами. Хотя, нет, не ребёнок. Каана нельзя было назвать ребёнком, он — Владыка, стал им, не прожив на этом свете и года.
Тай-Темар отличался редким, кто-то бы даже сказал — феноменальным, умом. Было ли это врождённым или же из-за жесткого воспитания и обучения буквально с пелёнок, Сэнид сказать не мог. Хадаан говорила, что ребёнка наделил всевышний, что в нём — мудрость всех предшествующих ему каанов. Шаманки каганата это версию активно поддерживали, нужные люди — распространяли в массы. Юный каан пользовался любовью и восхищением народа. Правильные слова, своевременные сплетни, божественная составляющая, — всё это Хадаан грамотно перенаправила, создавая образ правителя, наделённого невероятной силой, правителя, которому можно довериться. И народ доверял, ждал, когда юный каан обретёт полную силу. Сила правителя — в его народе. Если народ будет за Тай-Темара, Чирхай никогда не заберёт себе трон.
— Великий каан, почему вы отложили это прошение? — поинтересовался Сэнид.
— Это по поводу степей, отдельный вопрос, — пояснил мальчик и отложил ещё одно прошение. — Я разделил всё на несколько частей: неурожаи, степняки, разбойники, министерство.
— Очень верный ход, великий, — Сэнид кивнул.
— Господин, позвольте поинтересоваться, что вы отнесли к прошениям для «министерства»? — спросил старший учитель и помощник каана, Ливар.
— Просят строить больницы, школы, народ образовывается, — улыбнулся Тай-Темар. — Тут даже для сестры есть кое-что интересное. Прошение из Лайнаня о постройке школы для девочек.
— Но у нас же есть…
— Не такую. Школу, где девочек будут учить также, как и мальчиков. Это было бы честно.
— Действительно, хо-каана была бы рада воплотить подобную идею в жизнь. Когда вы были ещё совсем юны, великий, ваша старшая сестра выбивала из хо-каана Чирхая средства на постройку школы для мальчиков из бедных семей. Вы же знаете, что раньше все дети обучались только дома?
— Знаю. И почему казна оказалась в ведомстве Чирхая? Почему сестра не забрала её себе? Ведь деньги — это власть, — мальчик с непониманием посмотрел на своих учителей.
— Мой господин, вы, конечно, правы, но ваша сестра поступила очень мудро. Хо-каан Чирхай также поставил всё на казну, он думал, что, раз в его власти управлять деньгами государства, то и все государство будет его. Но он просчитался. Уступив в этом, хо-каана Хадаан сделала ставку на народ и кай-ли. В конечном итоге, она оказалась права.
— Кай-ли, конечно, безусловная власть, — хмыкнул мальчик и на секунду бросил взгляд в сторону своих любимых оловянных фигурок воинов. Он бы с радостью сейчас поиграл в какое-нибудь сражение, например, в битву при реке Хай-ян, но сестра всегда учила, что проблемы народа важнее его забав.
Сэнид сжал губы. Даже кай-ли не защитят от подлости близких людей. Безусловной власти не существует и никогда не будет существовать, он знал это наверняка, это знала и Хадаан, но они ведь могли мечтать о чём-то подобном? Вечерами смотреть, как Акин убирает в ножны мечи своих лучей и уходит за горизонт, чтобы осветить дни другим городам, и мечтать, как в будущем они станут сильными, словно самый великий воин-солнце, как закрепится власть в руках Хадаан и больше не будет бедности, голода, войн. Они мечтали об этом, хотя жизнь беспощадно била реальностью. Смерти, предательства, раболепие, неискренность — они стали вечными спутниками, с каждым днём стирая улыбки с детских непосредственных лиц. И после смерти родителей Хадаан искренних улыбок детей увидеть было почти невозможно. Девочка скорбела по родным, мальчики разделяли её боль.
И вот спустя столько лет, когда воспоминания о тех годах, хоть и не исчезли, но скрылись за дымкой прожитых дней, Сэнид, наконец, узнал кое-что действительно ужасающее. Причина всей боли, что была пережита его госпожой — не случай, а
