— Уже давно составили списки. Проверяем, — коротко доложил молодой воин и тяжело вздохнул. — Много их, да и не всех получается найти за давностью лет. А о скольких случаях нам еще не рассказали?! Один Бог знает.
— А наши архивы вам на что?
— Сами знаете, что не обо всех происшествиях паладины докладывают, — пожал плечами опытный воин церкви. — К тому же три года назад архив изрядно пострадал от нашествия крыс.
— Помню, помню. Неприятное было событие. Некоторых узников, ожидавших полной проверки, пришлось изрядно запугать перед тем, как выпустить.
— Слухи все равно пошли и обросли страшилками и небылицами.
— И пусть, зато открыто выступающих против методов работы паладинов стало намного меньше.
— Когда нас боятся не меньше, чем одержимых, тоже ничего хорошего, — возразил Эльтинор. — Нашей молодежи все сложнее создавать семьи. Вот и Демиан пока не женат, — посмотрел он в сторону молодого коллеги.
— У тебя же, кажется, дочка есть, — припомнил верховный. — Просватал бы.
— У старшей уже семья, а младшая и слышать ничего не хочет о знакомстве с паладинами, — сухо сообщил пожилой воин.
— Та-ак, а у жены ин Патрика родичи были? — вдруг пришло в голову поинтересоваться главе инквизиции. Раньше он как-то не вникал в работу назначенных для поиска амулета подчиненных. Видимо, терпение пришло к концу, да и обстановка в городе накалилась больше обычного.
— Теща точно была, — тут же сообщил Эльтинор.
— Ну и где она? Проверили?
— Ищем.
— Почему так долго?!
— Она не местная — это все, что удалось выяснить, — надоело молчать Демиану. — Ни имени, ни адреса не знают даже ближайшие друзья вашего предшественника.
— Или врут! — убежденно перебил верховный.
— Все возможно, — не стал спорить Эльтинор. — Но поймите, Есир, что мы тоже не можем их пытать или требовать ответов в ультимативной форме, ничего толком не объяснив. Они не преступники и не подозреваемые в сношениях с нечистью!
— Надавите! Неужели нельзя достать какой-нибудь компромат?!
— В друзьях у ин Патрика числились очень достойные люди, мне нечего им предъявить, — поджав губы, проинформировал пожилой воин. Ему не нравились некоторые методы и замашки главы инквизиции, но приходилось терпеть. Доверие верховного — это большая честь. Только не пожалеть бы потом об этом… Чем больше паладин узнавал начальника, чем глубже погружался в порученное им расследование, тем чаще в голову закрадывалась мысль о том, что убитый предшественник был гораздо лучше. Еще и этот договор с нечистью… Эльтинору очень хотелось бы знать, каким образом верховный смог побеседовать с одержимой, заключить предварительную договоренность и остаться в живых. Хотя нет. Гнать надо от себя подобные мысли! Кто он такой, чтобы сомневаться в выборе главы, за кандидатуру которого когда-то проголосовало большинство коллег на общем собрании? Тем более что даже сам ин Патрик некоторое время находился в довольно тесных и дружеских отношениях с Есиром.
— Делайте, что хотите, но мне нужен результат! — объявил верховный. — Эльтинор, разрешаю привлечь еще пару человек, если вы не справляетесь.
— Феликса бы задействовать, — вздохнул пожилой паладин. — Он, если напряжется, всякие амулеты на расстоянии чует.
— Это кто? — наморщил лоб глава инквизиции.
— Вы поручили ему дежурство в департаменте расследований, — подсказал Демиан. — Такой высокий, хмурый…
— Неуправляемый! — прервал верховный, сообразив, о ком идет речь. — Вечно ему все надо пояснить и обосновать. На каждый приказ у него куча возражений, морализаторских дополнений и уточнений. Нет, с ним лучше не связываться. Вслепую он вряд ли будет работать, а я не готов к объяснениям. Я его просто не понимаю! Грубиян он.
— Зря вы так. Как паладин он очень хорош и силен, — заметил Эльтинор.
— А как человек?
— Ну-у… — протянул воин. — Скажем, не все могут найти с ним общий язык.
— И ты?
— По работе мы ладим, а на установление более близких и дружественных отношений он не претендует.
— Без Феликса пока обойдемся, — решил верховный. — Ситуация в городе плохая, но не настолько критичная. К тому же даже этот уникум не поможет, если вы не сузите круг поиска. Найдите, кому ин Патрик оставил амулет тысячи душ!
Поняв, что аудиенция на этом закончена, оба воина слаженно поклонились и вышли из зала в пустынный коридор. Те паладины, кому в эту ночь полагалось дежурить, патрулировали город в поисках нечисти, а остальные спокойно спали дома в кругу семей. Главный собор города и его подземелья с полуночи и до рассвета были едва ли не самым тихим и безопасным местом в Эдиабаде. Где-то за его стенами бродили одержимые, но, попав внутрь, они тотчас стали бы уязвимы, слабы, их скорчило бы от невыносимой боли. В пределах собора лишь простые люди могли позволить себе быть двуличными…
Тэйра проснулась от легкого прикосновения к шее, к тому месту, где бьется пульс. На миг она оцепенела, но потом ощутила под ладонью твердую рукоять меча и решилась действовать. Клинок, управляемый немного затекшей, неуверенной рукой, неловко прошил воздух возле дивана. Однако он не встретил сопротивления — и это расстроило девушку. Образница не была уверена, что сможет на равных сражаться с кем бы то ни было. У нее имелся только единственный шанс — эффект неожиданности.
В следующий момент меч грубовато выдернули из ее руки, словно это была игрушка. Чья-то ладонь надавила на грудную клетку, прижала к дивану и ограничила свободу движения. Тэйра распахнула глаза и в предрассветных сумерках рассмотрела мрачное лицо, склонившееся над ней так близко, что можно было рассмотреть мелкие морщинки в уголках глаз.
— Инквизиция, спокойно! — тихо прикрикнул Феликс ин Гебор собственной персоной.
Девушке захотелось истерически расхохотаться. Спокойно?! Ей предлагают не нервничать в лапах инквизиции?! Засыпая, она боялась пришлой одержимой, но утренний кошмар оказался ничуть не лучше. Неужели ее раскрыли? Но как?! Она этой ночью никого не убивала.
— Тш-ш, тихо. Все в порядке, — как сквозь вату, донеслись до Тэйры слова паладина, а потом она почувствовала, как вторая огромная грубая ладонь погладила ее по лбу и волосам.
Это что, инквизитор пытается ее успокоить?! Тогда он явно неудачно выбрал первые слова!
— Вы-ы меня не убьете? — недоверчиво выдавила из себя образница и обеими руками попыталась убрать придавившую ее к дивану конечность наглеца.
— У тебя явно шок. Поплачь, если хочешь.
— Нет?
— Нет, конечно! За кого ты меня принимаешь?! Тэйра, ты вообще меня узнала?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
