либеральные политические взгляды, если сравнивать их с любой другой страной Европы. Вероятно, немалую роль в этом сыграло поражение в Первой мировой войне и все те страдания, которые она принесла Германии. Но не стоит также забывать о том, что накануне войны социал-демократы получили 35 % голосов на последних выборах и являлись крупнейшей политической партией в стране, что само собой говорит о том, насколько прогрессивной была Германия еще до войны.
В 1919 году немецкому народу удалось избежать гражданской войны благодаря крепкому здравому смыслу, а также прогрессивным взглядам всех слоев немецкого общества. Экстремисты, как левые, так и правые, оказались в меньшинстве перед лицом великой, умной и терпеливой Германии. Остается только удивляться, как всего через 15 лет то же самое в принципе общество пойдет на поводу у экстремистов, столь безумных, что никого подобного история человечества еще не знала.
Глава 6
Безумный Версальский мир. 1919 г
В отличие от Венского конгресса 1815 года, на котором немецкий народ выступал триумфатором, Парижская мирная конференция 1919 года стала для него невыносимым позором. Между двумя этими гигантскими дипломатическими ярмарками политического тщеславия, на которых поделили Европу, имеется еще одна большая разница. Венский конгресс принес Европе столетний мир. Парижская конференция, как точно заметил французский маршал Фош, стала лишь недолгой передышкой между двумя мировыми войнами. И это было не единственное преступление перед человечеством, совершенное во время нее. В действительности конференция оказалась сборищем империалистических разбойников, решивших поделить добычу, что привело к ужасным последствиям в мироустройстве. Большинство конфликтов XX века в Европе и на Ближнем Востоке, многие из которых тлеют по сегодняшний день, были разожжены именно тогда, в Париже, кучкой политиков, чьи имена история несправедливо увела в тень… подальше от народного гнева.
Премьер-министр Франции Жорж Клемансо
Главным действующим лицом во время Парижской конференции, без сомнения, являлся премьер-министр Французской республики Жорж Клемансо по прозвищу Тигр. К моменту окончания Первой мировой войны от ненависти к немцам и перенесенных волнений у Клемансо произошли необратимые психологические изменения, поделать с которыми никто ничего не мог. Иными словами, пусть с некоторым преувеличением, но довольно близко к исторической правде, можно утверждать, что председательствовал на Парижской мирной конференции психически нездоровый человек, ненавидевший немцев с яростью сумасшедшего. Тому, однако, имелись и объективные основания. Основную тяжесть Первой мировой войны вынесла на своих плечах именно Франция, она же понесла самые тяжелые потери, как человеческие, так и экономические. Западный фронт, где происходили главные боевые действия и где были выпущены миллионы тонн снарядов, все четыре года проходил на северо-востоке Франции, от которого воюющие стороны не оставили камня на камне. Ни в Англии, ни в Германии за годы войны не разорвалось ни одного снаряда, в то время как всего лишь в 50 километрах от Парижа французскую землю сапоги немецких оккупантов растоптали до основания. Если добавить к этому горькую франко-немецкую вражду, которая тянулась еще со времен прусского вторжения 1870 года, то представить себе накал озлобленности между извечными противниками становится куда легче.
Важным действующим лицом на конференции также являлся президент США Вудро Вильсон. Поначалу многие даже считали именно его главной фигурой на европейской политической шахматной доске, но это оказалось не так. Для немецкой делегации такой поворот событий стал настоящей катастрофой. Германия с самого начала, еще с первых серьезных попыток заключить перемирие, предпринятых канцлером Баденским в октябре 1918 года, рассматривала именно Соединенные Штаты Америки в качестве главного партнера по мирным переговорам. Дело заключалось в том, что президент США в январе 1918 года представил мировой общественности проект мирного договора, известный в истории как «Четырнадцать пунктов Вильсона». Проект этот был крайне либеральным по своей сути. Если излагать его основное содержание предельно просто, то Вудро Вильсон предлагал мир без аннексий и контрибуций (злые исторические языки утверждают, что эту идею президент США взял у советских большевиков, которые обратились с таким воззванием к мировой общественности сразу после Октябрьской революции). Именно это – мир без аннексий и контрибуций – было для Германии в ходе мирных переговоров самым главным. Однако у французов по этому вопросу имелось иное мнение. Даже англичане, также выступавшие за аннексии и контрибуции, опасались той позиции, которую занял Жорж Клемансо в отношении Германии, настолько она была радикальной. Франция желала вернуть своего врага в прошлое. Менее радикальные французские политики хотели видеть Германию такой, какой она была в середине XIX века, до того как ее объединил Бисмарк. Более радикальные мечтали отбросить ее в начало XVII века, еще до заключения Вестфальского мира, когда немецкие земли представляли собой множество независимых, никак не связанных, часто враждующих княжеств. Париж намеревался лишить немцев средств к существованию, запретить им иметь вооруженные силы и отобрать у них значительные территории на западе.
Президент США Вудро Вильсон
Англичане жесткой позиции Франции сильно опасались, американцы пребывали от нее в ужасе. Совместными усилиями им удалось значительно умерить аппетиты Клемансо, но даже «умеренные» условия, выдвинутые в конце концов Германии, повергли немецкий народ в состояние шока. Противоречия между Францией и Германией, ставшие в значительной степени основной причиной начала Великой войны, вновь раздирали Европу на части самым драматическим образом. Второе столетие подряд политики были не в состоянии окончательно разрешить франко-немецкое соперничество за главенство в континентальной Европе. Париж намеревался воспользоваться сложившимся положением, чтобы вернуть себе европейское господство, отнятое у него Бисмарком полувеком ранее. Для этого Германию требовалось разоружить, разорить и развалить. Париж также замыслил создать на восточных границах Германии дружественный союзный блок из новосозданных государств – Польши, Чехословакии, Румынии и Югославии, – который бы представлял для Германии угрозу на востоке. Раньше такую роль – угрожать на востоке – играла Россия, однако теперь она была большевистской и вражеской. Однако европейские планы Парижа категорически не устраивали Великобританию, не желавшую такого грандиозного французского геополитического дисбаланса в континентальной Европе. Возникший между вчерашними союзниками конфликт интересов оказался крайне глубоким, но он был не единственным. Переговоры в Париже с самого начала буквально утонули во множестве этнических, националистических, империалистических и других разнообразных конфликтов, как крупных, так и крошечных. Парижская мирная конференция с первого дня работы превратилась в невообразимый хаос, в котором участвовала в буквальном смысле слова большая часть человечества. Арабская делегация тщетно требовала создания собственного государства на обломках Османской империи. Польская делегация за кулисами активно шепталась с французами о том, какую Париж окажет помощь восстановленной Польше и сколько
