Ашидо в целом мире мог сознательно двигаться, пока остальные превращались в недвижимый реквизит. Одно только небо заметно потемнело, будто погрузив утро в ночную глушь, в которой даже шороху не находилось места.
— Что это? — пребывая в непонимании, замер в замешательстве Ашидо.
— Вижу, ты уже догадался, — прозвучал в мертвой тишине мужской голос.
Едва Такаги обернулся к источнику звука, как перед глазами мелькнула фигура знакомого человека, облаченного в яркое синеватое одеяние с пышным мехом, но какое-то мокрое и потрепанное, словно его катали по полу. Глаза отдавали знакомым оранжевым свечением нескольких перекрестных колец на фоне черной пелены, а по щекам стекала кровь, словно притворяясь слезами. Это был Бартон, который решил в самый неожиданный момент вмещаться в бой, а позади него стояла столь же движимая и на вид живая принцесса Аой. Очевидно, юноша воспринял вмешательство как дурной тон, потому из соображений инстинкта направил меч на внезапного гостя.
— Спокойно, — нисколько не удивившись и даже не дрогнув, угомонил парня Бартон, вытянув вперед руку в останавливающем жесте, — я тебе не враг, Ашидо.
Немного затерявшись, но поверив в происходящее, Ашидо невольно замер на месте, отбиваясь от навязчивых мыслей убить Эдварда в том состоянии, в котором он сейчас находится, но неимоверное желание доказать свое превосходство и убедить в том, что герой вырос, мешали осуществлению.
— Послушай, времени мало, — вновь заговорил Кишин младший.
— Что вы здесь делаете? — слегка соскалившись, проворчал Ашидо.
— Нужно остановить это бессмысленное кровопролитие, — поведал Бартон. — Слишком многое произошло всего за один день, и, если не прекратить бойню, умрут еще много людей. В наших силах остановить вражду между носителями и гвардией.
— И зачем ты говоришь это мне? — все еще метаясь в мыслях, вопросил Такаги. — Мы поклялись сражаться и будем стоять на своем до конца!
— Прошу, Ашидо, выслушай, — вмешалась Аой, так и показывая свою благожелательность.
Ашидо не хотелось воспринимать слова человека, враждебность которого проверить не мог, но подсознательно он понимал, что сейчас находится внутри того самого «Парадокса», и Бартон вполне мог бы убить его, будь приверженным прежним взглядам, но зачем-то затянул внутрь и позволил оставаться движимым и мыслящим на фоне тысяч статуй. Один лишь осторожный кивок дал понять, что Такаги настроен выслушать, хоть и борясь с нежеланием.
— Я хочу, чтобы ты расправился с Эдвардом, — поведал Бартон. — Он обманул всех: и тебя, и меня, и дорогих нам людей. Сейчас я слишком слаб, чтобы довести дело до конца, и действие «Парадокса» с тремя людьми внутри развеется с минуты на минуту. Мне нужен ты, Ашидо, а я нужен тебе.
— Я все еще не догоняю, — напоследок уточнил ясность намерений Ашидо.
— «Калейдоскоп», — однозначного проговорил Бартон, вынув из-под одеяния маленький бледно-синий клинок, протянув его Такаги. — Этот меч работает по принципу «гармоники», но в отличие от нее, он не истощает ресурсы хозяина, а преобразует энергию из окружения. Меч принимает такую форму, какую ты сам захочешь — оберни его вокруг катаны, и такая комбинация заметно упростит задачу.
— Он в самом деле принимает любую форму? — поинтересовался юноша, разглядывая клинок.
— Не попробуешь — не узнаешь, — утвердительно кивнул Кишин. — Положи этому конец, а мы с Аой остановим это кровопролитие. Как только Эдвард умрет, это война будет окончена, а ты оправдаешь то имя, которым одарил тебя народ. Докажи, что они в тебе не ошиблись, Ашидо.
Договорив, Бартон какими-то ослабевшими движениями устремился в сторону застывших бойцов противоборствующих сторон, и краски вокруг постепенно стали затухать, пока не приобрели самый серый из существующих оттенков. Так время и возобновило свой ход, вернув прежние цвета в окружающий мир, ветер снова стал колыхать волосы на ветру, а разные звуки, будь то крики, выстрелы или лязг металла, вернулись. Эдвард все так же стоял на месте, ожидая атаки, но едва тот почувствовал, что что-то не так, как сразу же замер, оглянувшись на фигуру Бартона, которая хорошо бросалась в глаза, будучи на расстоянии всего в десяток метров на границе образовавшегося кольца.
Стоило «Парадоксу» развеяться, огромное количество людей тотчас оказались вдавленными в землю чудовищной силой подвластной Аой гравитации, и под раздачу попали все без разбору, вне зависимости от стороны, на которой те находились. Все звуки боя затихли, и лишь странное гудение осталось неизменным, перекрываясь шумом ветра. Только эти двое оставались на ногах, а также Ашидо и Эдвард, что невольно наводило на мысль о продолжении дуэли.
— Прекратите бессмысленное кровопролитие! — закричал Бартон, пытаясь донести свое слово до каждого на поле боя, хоть половина его и не слышала. — Вам больше не нужно сражаться!
Очевидно, крики мужчины очень плохо повлияли на состояние Айса, и он хотел было атаковать того в спину, но вмешательство Ашидо отрезвило генерала.
— Эдвард! — прокричал Такаги, чем привлек внимание. — Смотри только на меня — мы еще не закончили!
Теперь уже нельзя было унять всю затаившуюся внутри Эдварда злобу, ведь его оскал и неподдельная ненависть в миг вылились наружу, и это было отчетливо видно на уставшем лице. Ашидо же, недолго думая, держа в руках «Калейдоскоп», пустил внутрь него энтропиум, как он делал с «Костоломом», расспрашивая у Илии о том, почему тот горит, и, стоило лишь мельком подумать о самой удобной форме, меч засиял, принявшись обвивать «Нами» по всей ее протяженности, пока не слился с ней в единое оружие. Так лезвие меча оказалось перекрытым и одновременно дополненным лезвием «Калейдоскопа», в то время как оставшиеся его части обернулись вокруг гарды и рукояти, как бы частично укрыв катану под неким подобием чехла, особенно запоминающейся чертой которого были три разноцветные линзы на лезвии близ гарды.
— Бартон, сукин сын! — внезапно озверел Эдвард, бросившись в атаку первым.
— «Гармоника»! — мельком успел выкрикнуть Ашидо, как их мечи тотчас снова столкнулись.
На этот раз Айс был настроен любой ценой подобраться к Такаги и нанести как можно больший ущерб, потому как впервые серьезно испугался за свою жизнь. Это доказывало довод о том, почему генерал так усилено старался не подпускать никого к «Калейдоскопу», ведь тот нес в себе серьезную угрозу и в руках грамотного бойца мог оказаться тем козырем, на фоне которого любые преимущества Эдварда оказались бы ничтожной попыткой выпутаться из ситуации. Едва энтропит снова столкнулся, из-за спины генерала последовала череда атак лапами, но Ашидо ловко увернулся от каждой и отступил в сторону, однако это вовсе не означало, что напор прекратится.
Неожиданно для оппонента Эдвард выпустил сразу несколько разрушительных дуг, какими ранее разбил стену комплекса Разлома, словно карточный домик. Каждое столкновение такой дуги с землей создавало
