От горизонта стремительно приближается улетевший недавно штурмовик. Метнувшись сверху к площадке, он моментально погасил скорость, плюнув вперёд пламенем тормозных сопел. Василиса подумала, что перегрузка при таком маневре должна быть чудовищная, но Харимеру, вероятно, безразлично. Слишком мало в нём осталось человеческого.
Самолёт завис, выпустил опоры и аккуратно сел, почти нежно коснувшись площадки.
— Не думал, что снова вас увижу, — сказал бортовой динамик, — но боюсь, нам всё-таки придётся прокатиться вместе.
— Что случилось? — спросил Брэн.
— Сюда летит целая орда ударных дронов. У меня весь радар в засветках. Кто-то или что-то возбудилось на активацию полётной программы ШУРДа. Вам не уйти, вы для них как букашка на столе.
— А мы им точно нужны? Может, они на ангар навелись?
— А ты хочешь проверить?
— Чёрт, нет.
— Тогда быстро занимайте места.
На борту штурмовика откинулся небольшой овальный люк.
— Девочки в кабину, а ты, Брэн-отстреливший-мне-жопу, надеюсь, не забыл, где кормовая пушка.
***
В кокпите оказалось ужасно тесно. Два кресла, стоящих прямо за пилотским, расположены чуть выше него, поэтому вперёд открывается неплохой обзор, но Васька с Мири касаются плечами, хотя обе совсем не крупные. На подголовниках закреплены шлемы, которые девочки отцепили и надели на головы.
— А-ха-ха! — закричал в шлемофоне голос Харимера. — Я всё-таки напоследок отрываюсь с девочками, прикинь, Брэн!
— Ты там упоротый, что ли? — спокойно спросил тот.
— Наглухо, друг! К чему экономить химию? На том свете она не нужна. Но вы не бойтесь, я вас где-нибудь высажу, и только потом оттянусь по полной.
Штурмовик подпрыгнул вверх, желудок Василисы провалился вниз. Взвыли демонами турбины, голова мотнулась назад, шлем уперся в подголовник, в глазах потемнело.
— Постарайтесь не блевать, девочки! — веселился Хаример. — А то тут будет чертовски грязно!
ШУРД заложил широкий пологий вираж, завалившись на правое крыло, и Василиса поняла, что это очень непросто — не блевать. Особенно когда твой желудок, по ощущениям, отстает от тебя на четверть траектории.
— Вон они, голубчики! — летательный аппарат внезапно остановился прямо в воздухе, отправив Васькины внутренности куда-то вперёд по баллистической кривой.
И завис, опустив нос к земле. В промежутках между судорогами подавляемой тошноты, девочка отметила, что маневренность у него потрясающая.
Внизу над самой землёй широким фронтом движутся треугольные винтовые коптеры. Они немного похожи на травмобот, но больше размерами и выглядят как-то хищно.
— Это ПУБы, — объяснил в шлеме голос Брэна, — противопехотные ударные бомбардировщики. Не видел их с четвёртой кампании. Думал, уже и не увижу.
— А они тут как тут! Ждали своего часа. Теперь ты понял, что они не за мной?
— Да, против ШУРДа выслали бы истребители. Это по нашу душу. Завод, похоже, имеет к нам претензии.
— А теперь! — торжественно провозгласил Хаример. — Дискотека! Дамы, наш танец! И-э-э-эх!
Штурмовик сорвался вниз, обрушиваясь с небес на низколетящие медленные цели, как божественное возмездие. Взвыли электроприводы роторных пушек, из-под крыльев потянулись трассы снарядов, похожие на растрёпанные пыльные верёвки. Там, где они касались коптера, летели во все стороны обломки, и очередной аппарат рушился на землю, исчезая во взрыве.
— Не спи, Брэн! Передаю их тебе! — крикнул Хаример, проносясь над разрушающимся воздушным строем. Сзади затарахтела хвостовая спарка.
Заложенная вверх петля почти лишила Василису зрения — кровь отлила от глаз. И когда ШУРД снова лёг на атакующий курс, она уже не могла толком разобрать, что происходит. Ревели турбины, завывали роторы пушек, проносился перед глазами на чудовищной скорости пейзаж. Штурмовик на этот раз атаковал в нижнем эшелоне, двигаясь над самой землёй, и девочка вообще ничего не успела разглядеть в этом мелькании.
Стрельба разом закончилась, в передней полусфере раскинулось голубое небо — аппарат снова набирал высоту. Казалось, что действию тяготения тут подвержены только Васькины внутренности, которые остались где-то далеко за хвостовыми соплами, возможно, среди обломков коптеров на покрытой воронками земле.
— Как таракана раздавить, да, Брэн? — сказал в шлемофоне Хаример. — Даже неинтересно. Ну как, не заскучал ещё по старым добрым денькам?
— Ни хрена в них не было доброго, — ответил тот.
Поднявшись достаточно высоко, чтобы пейзаж под ним превратился в карту, штурмовик завис.
— Куда вас доставить? — спросил Хаример. — В посёлок?
— Чтобы они прилетели туда за нами? — ответил Брэн. — И раздолбали заодно всё подряд? У ПУБов, если помнишь, с точностью сброса всегда было так себе.
— Устав помнишь? — засмеялся своим неестественным механическим смехом пилот. — Если бежать некуда — атакуй!
— Вы говорили, башня — часть Завода? — спросила Василиса.
— И ещё какая важная! Защищена она была как ничто другое.
— Я думаю, что она является его источником энергии.
— Почему? — спросил Брэн.
— Смотрите — никто не будет так усердно защищать неработающий маяк, потому что это просто каменная башня, крепкая, но бессмысленная. Так?
— Так.
— Если бы он работал как ему положено, маяком, то об этом бы знал весь Мультиверсум. Работу маяка
