— Прости, — тихо сказала Вики. — Должно быть, я что-то не то съела. Но не здесь. Я…
— Конечно, должно быть, у тебя снова аллергия на цветущую траву. Твоя мама говорила мне об этом, когда я звонила, чтобы напомнить про обед.
К удивлению Коры, густая краска залила лицо Вики. Но она решила не обращать внимания, а тем более не вовлекать в этот разговор Мегги, когда они вернулись за столик. За разговорами время пролетело быстро… — Так, значит, в этом же месте, в это же время… те же правила… через три месяца? — уточнила Мегги, когда официант принес счет. — Если, конечно, никто из вас ничего не утаивает…
Она многозначительно посмотрела на подруг.
— Через три месяца, — быстро откликнулась Кора и опустила глаза в записную книжку. — Меня это устраивает.
Неужели ее волнение так заметно окружающим?
Когда они вышли из ресторана, Мегги сообщила, что у нее назначена встреча с Теодором.
— Это он только что звонил. В головном офисе уже приняли мой проект. Но, похоже, придется самой лететь в Италию, чтобы обсудить множество деталей. Не то чтобы я возражала, просто не очень люблю самолеты. Кстати, ты видела их босса? — обратилась она к Коре. — Какой он?
— Он… Он очень… Он очень приятный, — запинаясь, произнесла Корина, стараясь не замечать вопросительного взгляда подруги, которая приподняла бровь в ожидании дальнейших комментариев. — Я… Вообще-то я едва знаю его.
В конце концов, это и есть правда. Мужчина, которого она знала, не ушел бы из ее жизни так, как это сделал Гатти. Мужчина, которым, как ей казалось, был Гатти. Она сама придумала его и свою любовь.
— Кажется, он собирается перестроить работу американского представительства. Что ж, ему придется немало потрудиться, чтобы увеличить объем продаж. А что из этого следует? Конечно же, новый проект!
Острая боль пронзила Кору. Она даже не представляла, что ей будет тяжело выслушивать, как кто-то говорит о нем, о его планах и будущем, где ей нет, и не может быть места. Но чему здесь удивляться? Она сама намеренно не упоминала о Гатти в присутствии Фаррингтонов, не поддавалась искушению задать вопросы о его планах. Но, тем не менее, ей причиняло невыносимую боль то, что другие обсуждают его планы… его жизнь… его будущее…
Когда Мегги уехала. Кора повернулась к Вики, чтобы спросить, как она себя чувствует и не подбросить ли ее. Но в этот момент прямо перед ними затормозил «форд».
Корина услышала, как Виктория прерывисто вздохнула, увидев водителя. Он бесцеремонно обнял ее и повел к машине.
Кора задумчиво наблюдала за парой. Она вовсе не завидовала Вики, убеждала себя Кора, проследив глазами, как спутник девушки захлопнул за ней дверцу и завел двигатель.
Корина почти доехала до дома, но внезапно что-то остановило ее, и она припарковала машину у входа в парк, где впервые встретилась с Луиджи. Сегодня здесь было мало людей. Кора подошла к пруду и стала наблюдать за уткой, которая возилась со своими утятами. Легкая улыбка тронула ее губы.
— Извини, мама-утка, но у меня нет с собой хлеба, — тихо сказала Кора.
— Зато у меня есть, — раздался над головой знакомый голос, повергший Кору в оцепенение. — По крайней мере, остался сандвич из самолета.
Корина не могла двигаться, не могла говорить… но все же нашла в себе силы обернуться. Она испугалась, что мучительные видения, являвшиеся к ней по ночам, стали посещать ее и днем.
— Кора… поговори со мной… Не молчи. Скажи хотя бы, чтобы я убирался к черту…
Она чувствовала, что теряет самообладание. Дрожь охватила тело, и слезы застилали глаза. Слезы… Она пыталась разглядеть Луиджи, но безуспешно — черты его лица расплывались перед глазами.
— Кора, Кора, пожалуйста, не надо, — услышала она любимый голос. — Я вовсе не хотел тебя испугать или обидеть. Ноги сами принесли меня сюда. Я лишь пытался набраться смелости, чтобы увидеть тебя…
Корина напряглась, когда он нежно притянул ее к себе и прижал так сильно, что она могла слышать гулкие удары его сердца.
До боли знакомый запах окутал ее, заставляя поверить, что он здесь. Тело мгновенно отреагировало на эту близость, и Кора смутилась, почувствовав, как напряглись ее соски под шелковой блузкой. Да, он хочет ее, теперь Корина точно это знала.
На ней была надета совершенно простая блузка с маленьким вырезом, застегнутая на все пуговицы, — такую одежду никак нельзя было назвать соблазнительной или вызывающей, — но все же Кора ощутила, как Гатти напрягся, почувствовав ее возбуждение.
— О боже, родная, ты хоть понимаешь, что делаешь со мной? — услышала она хриплый голос.
Луиджи не отпустил ее, а лишь слегка отодвинулся, чтобы ею полюбоваться. И Корина понимала, что достаточно легкого вздоха или движения, и она почувствует тепло его ладони, прижимающейся к ее груди…
— Любимая…
Она не хотела шевелиться и не сделала бы этого, если бы не уловила боль в голосе Луиджи. Было так естественно ощущать его пальцы на упругих холмиках грудей, слышать нежный шепот и прерывистое дыхание охваченного страстью мужчины, чувствовать взгляд, прикованный к ее губам. Луиджи снова и снова поглаживал ее грудь, словно не мог поверить, что действительно прикасается к ней.
Этого просто не может быть, успела подумать Корина прежде, чем он притянул ее к себе и накрыл ее рот губами, растворил в поцелуе страсти, воспламенил всепожирающим огнем.
Нет-нет, она не может стоять посреди парка вот так, выставив происходящее между ними всем на обозрение. Кора почти потеряла контроль над собой. Лишь сильные руки Луиджи заставляли ее ощущать реальность происходящего, а если бы он отпустил ее, то она вряд ли устояла бы на ногах.
Нет-нет, этого не может быть на самом деле. А раз так, то она может отдаться собственным чувствам, не думая ни о чем, она имеет право ощутить всю полноту желания, которое испытала в ту памятную ночь и испытывала каждый раз, когда думала о Гатти… представляла свое обнаженное тело рядом с его… почти ощущала его страстные объятия… прямо как сейчас.
Протяжный свист проходящих мимо подростков вернул их к реальности. Покраснев до корней волос, Кора быстро посмотрела на Луиджи, а он неохотно отпустил ее.
— Ты здесь с детьми? — спросил Гатти, оглядываясь по сторонам, но не отпуская ее руки. Он по-прежнему смотрел на нее так, словно… словно…
Кора отрицательно покачала головой, не доверяя собственному голосу.
— Тогда нам лучше поехать к тебе. Я просто боюсь не выдержать и наброситься на тебя. Господи, Кора, ты хотя бы представляешь, как сильно я тосковал по тебе все это время? Если бы этот дурацкий куст был хоть немного побольше…
