Читаем без скачивания За все надо платить - Александра Маринина

– Я понимаю, Асенька, что ты себе не простишь, если этот таинственный мужчина убьет женщину. Но я не понимаю другого.

– Чего же?

– Я не понимаю, откуда взялись эти сложные отношения с частным детективом. Почему ты его невзлюбила-то? Он тебя обидел?

– Он меня испугал, – ответила Настя очень серьезно. – Он представитель мафиозной структуры, и я жутко боялась вляпаться в какое-нибудь дерьмо.

– Зачем же ты ему помогала?

– Меня попросили.

– Кто?

– Человек, которому я не могла отказать.

– Господи, откуда ж такие берутся? – искренне изумился Леша. – Сколько тебя знаю, отказать ты всегда могла кому угодно. Что это за выдающаяся личность? Я его знаю?

– Его лично – нет. Но ты видел его сына. Помнишь, в прошлом году ко мне неоднократно приходил смешной такой человечек с визгливым голосом? Ты тогда еще возмущался, что я пускаю в дом уголовников.

– Помню. Он же погиб, кажется?

– Да. Он погиб. И поскольку я чувствую себя виноватой в этом, я не могу отказать его отцу.

– А отец, конечно, этим пользуется, – прокомментировал Алексей. – По-моему, ты действительно валяешь дурака. Я тебя не узнаю, Ася. Для тебя дело всегда было на первом месте, а эмоции – на последнем. Что изменилось? Произошло что-то такое, о чем я не знаю и что заставило тебя так сильно измениться? В чем дело, Асенька?

– Ни в чем, милый. Наверное, я просто старею, теряю хладнокровие, трезвость мысли и рассудительность. Знаешь, чем человек моложе, чем меньше у него жизненного опыта, тем проще ему быть жестоким и не поддаваться жалости. А с годами приходит понимание простой истины: нет такого преступника, которого не за что было бы пожалеть. Всегда есть хоть что-нибудь, что способно вызвать сочувствие. Надо только уметь это увидеть. Преступление – это несчастье самого преступника, а не только его жертвы. Ладно, все это философия, – она внезапно улыбнулась, – и сопли на глюкозе. Плевать мне на всех мафиози вместе взятых, надо делом заниматься и не канючить, правильно?

– Ну наконец-то, – облегченно вздохнул Леша. – А то я уж испугался, что мне жену подменили.

На следующий день Настя первым делом выяснила, нет ли среди неопознанных трупов таких, которые имели бы приметы Тамары Коченовой или Николая Саприна. Таких не нашлось, и по крайней мере одну версию событий можно было отбросить. Если бы обнаружился труп Тамары, можно было бы полагать, что Саприн нашел ее, убил и скрылся. А так становилось ясным, что Тамара все-таки уехала из Москвы раньше, чем Саприн ее нашел. И теперь нужно было постараться выяснить, куда она уехала. Если она еще жива, то надо ее охранять от назойливого синеглазого мужчины, а уж потом выяснять, отчего же, собственно, она ударилась в бега.

По лицу Тарадина было видно, что он крайне удивлен произошедшей в Насте переменой. Однако ее бурную деятельность он не пресекал и вопросов не задавал, как будто так и надо было. Они вместе навестили мать Тамары, Аллу Валентиновну, но ничего нового о самой девушке не узнали, она больше матери не звонила. Зато Алла Валентиновна рассказала им о встрече в Домодедовском аэропорту с тем красивым молодым человеком по имени Николай, который жаловался, что Тамара его бросила.

– Он не сказал вам, куда улетает? – на всякий случай поинтересовалась Настя, хотя прекрасно понимала, что даже если и сказал, то наверняка соврал. Он же не идиот.

– Нет, не сказал, а я и не спросила.

– А о том, что я к вам приходил, искал Тамару, вы ему сказали? – вмешался Тарадин.

– Конечно, – улыбнулась Алла Валентиновна. – Как я могла промолчать? Пусть Коля знает, что, во-первых, у него есть соперник, а во-вторых, что Тамара не с ним одним так легкомысленно обошлась. А вы тоже работаете в частном сыскном агентстве? – обратилась она к Насте.

– Нет, я сестра того несчастного влюбленного, который ищет вашу дочь. Сердце разрывается, когда вижу, как он страдает, вот и решила помочь в поисках. Скажите, Алла Валентиновна, с какой фирмой чаще всего сотрудничала Тамара? Может быть, они знают, с кем она заключила контракт и в каком месте Австрии ее искать?

– Кажется, агентство называется «Лира» или что-то в этом роде. Но вы, наверное, зря потратите время. Коля ведь тоже меня об этом спрашивал. Если бы в агентстве знали, где Тамара, он бы нашел ее, правда?

С этим трудно было не согласиться. Дело, однако, было в том, что Коля-то как раз, судя по всему, Тамару нашел. И не исключено, что именно через «Лиру».

Глава 8

В агентство «Лира» они тоже отправились вместе, по дороге обсуждая Коченову-старшую.

– Удивительно легкомысленная женщина, вы не находите? – спросила Настя у Тарадина. – Какие-то люди под явно надуманными предлогами ищут ее дочь, а она всему верит и совершенно не беспокоится. По-моему, она даже не интересуется, где Тамара.

– Привыкла, наверное, что дочь живет своей жизнью, и не вмешивается. Позвонила, жива-здорова – и слава богу. Но вообще-то она действительно чрезмерно доверчива. Видно, ни разу не нарывалась, – ответил Владимир Антонович. – Просто удивительно, как ее до сих пор не обманули и не ограбили. Ведь пускает в дом кого ни попадя, даже документов не спрашивает. Впрочем, не зря говорят: то, чего боишься, непременно случается. Она не боится, вот с ней и не случается ничего.

В «Лире» они не стали выдавать трогательную историю о любви, прикидываясь частными детективами. Настя сочла, что пора уже действовать официально, и начала прямо с директора. Директор агентства, молодой здоровяк с накачанными мышцами культуриста, объяснил, что приемом заявок занимается диспетчер, а распределением их между переводчиками – старший менеджер Лариса Диденко. Так что только она может знать, не подписывала ли Коченова в последнее время какие-нибудь контракты.

Но Лариса надежд не оправдала.

– Последний контракт, который я устроила Тамаре, был заключен с Министерством социальной защиты. Они отправляли группу детей-инвалидов в экскурсионную поездку по Европе, им нужны были переводчики. Они запрашивали у нас двух немцев и двух французов. Это было в июне.

– И что же, после июня Тамара сидела без работы? – удивилась Настя.

– Ну почему же, – усмехнулась Диденко, – Тамара хороший специалист, она никогда не сидит без работы, но ведь она связана не только с нами.

– А контракт на работу с выездом в Австрию в середине сентября шел не через вас?

– Нет, – покачала головой Диденко, – в Австрию я ее не отправляла. Я вообще давно ее не видела.

– С какими еще агентствами работала Коченова?

– Не знаю. Переводчики не любят распространяться о своих контрактах, а многие наниматели специально просят их сохранять коммерческую тайну и не рассказывать, на каких переговорах и с участием каких сторон они присутствовали.

– Значит, подсказать ничего нам не можете?

– Нет, к сожалению, ничего.

– Ну что ж, спасибо и на этом, – вздохнула Настя, пряча блокнот в сумку и вставая.

– А что случилось-то? – спросила Лариса, когда Настя и Тарадин уже подошли к двери. – Зачем вам Тамара?

– Контракт хотим заключить, – ответил Тарадин. – О Тамаре Коченовой очень хорошие отзывы, в том числе и в части сохранения коммерческой тайны.

– Какие же в милиции коммерческие тайны? – удивилась Диденко, приняв слова Тарадина за чистую монету.

– Расследования экономических преступлений с участием иностранных фирм, например, – пояснил тот с деловым видом.

– А-а-а, тогда конечно.

Они вышли из «Лиры» и молча побрели к машине Тарадина.

– Она что-то знает, – пробормотала Настя, останавливаясь и дожидаясь, пока Тарадин откроет ей дверь изнутри. – Она что-то знает, но молчит.

– Почему вы решили?

– Она слишком поздно спросила, почему мы ищем Тамару. То есть ее это не удивило, поэтому она и не спросила, а только потом спохватилась, что нужно сделать лицо. И еще. Она слишком легко скушала ваше вранье про коммерческие тайны в милиции. Ей хотелось, чтобы мы скорее ушли, поэтому для нее подошел бы любой ответ, даже если бы вы сказали о контактах с инопланетянами, для которых нужен не просто переводчик с немецкого, а именно Коченова. Эта Лариса наверняка что-то знает, но, видимо, Тамара просила ее никому не говорить.

– Не получается, – заметил Тарадин, включая двигатель. – Если Тамара просила не говорить, то она и Саприну не сказала бы. А Саприн, похоже, ее все-таки нашел. Тут что-то другое. Но я с вами полностью согласен, что-то есть. Куда едем?

– В Министерство социальной защиты. Попробуем там поискать.

На поиски человека, который организовывал экскурсионную благотворительную поездку детей-инвалидов по Европе, у них ушел весь остаток дня. Настя с ужасом думала о том, что ничего не сделала за этот день по текущим делам и завтра начальник спросит с нее результат, которого нет. Одна надежда на Короткова, может, он ее прикроет. Если он раздобыл какие-нибудь факты, то ночью она их обдумает и к утру выдаст какое-нибудь решение.