Обамы в сторону Азии. «Ещё в 2005 году она говорила: „Китай — восходящая звезда, а потому с ним важно дружить“. Недаром она общалась и с Цзян Цзэминем, и с Ху Цзиньтао, и с Си Цзиньпином», — сказал Кристоф Хойсген, бывший советник Меркель по национальной безопасности. Выходит, канцлерин поддерживала связь не только с нынешним лидером Китая Си Цзиньпином, но и с двумя его предшественниками. «Ангела Меркель всегда пристально следила за Китаем: у него есть чему поучиться, и миру есть за что его опасаться».
В первые годы пребывания в должности канцлера Меркель была в восторге от поездок в Китай. В Берлин она возвращалась заряженная благодаря знакомствам с новыми людьми — деятелями культуры, учёными, предпринимателями и, конечно, должностными лицами — и поразительному успеху, которого достигла будущая сверхдержава. Она размышляла вслух: как однопартийное государство с плановой экономикой вывело миллионы своих жителей из нищеты и со временем становится лишь влиятельнее? Это казалось немыслимым. Из Пекина канцлерин обычно возвращалась с пакетом выгодных торговых сделок для немецких предприятий. В итоге Китай стал одним из трёх крупнейших рынков сбыта немецких автомобилей.
Однако в ноябре 2007 года Меркель возвратилась из трёхдневной поездки в Пекин не заключив ни одной сделки. Её настигло проявление тёмной стороны китайского «чуда». Отношения с Китаем внезапно охладели из-за того, что недавно канцлерин виделась в Берлине с Далай-ламой, а ещё во время пребывания в китайской столице побеседовала с китайскими неправительственными организациями, диссидентами и независимыми журналистами. «В каждой беседе она начинала говорить о правах человека», — рассказывал Ульрих Вильгельм, который тогда был пресс-секретарём Меркель и сопровождал её во время поездки. «Я восхищаюсь вашим прогрессом, однако не могу начать переговоры, не подняв эти вопросы», — сказала она председателю КНР Ху Цзиньтао при первой же встрече.
Китайцев такое всегда возмущало: для них это недопустимое вмешательство во внутренние дела страны. В знак недовольства Пекин осыпал президента Франции Николя Саркози, который посетил Китай на той же неделе, контрактами общей суммой в 30 миллиардов долларов. А немецкой канцлерин пришлось возвратиться домой с пустыми руками. Меркель не могла не заметить, что Саркози намного проще относится к столь неприятному для Китая вопросу, как нарушение прав человека. С тех пор она пыталась выдерживать равновесие между своими убеждениями — которые выражала в основном за закрытыми дверями зала переговоров — и коммерческими интересами Германии. Упорное желание дружить с Пекином привело к тому, что с каждым следующим китайским лидером у канцлерин выстраивались в определённой мере доверительные отношения. Однако за это доверие приходилось расплачиваться: поступаться принципами.
Си Цзиньпин, который стал председателем КНР в 2013 году, однажды сказал Меркель: лучший способ защищать права человека в Китае и других странах — бороться с бедностью. Меркель отчасти была согласна — открыто выступая и в роли критика, и в роли обожателя, — однако считала, что имеет право высказывать своё мнение по поводу безжалостных репрессий в отношении меньшинств и нарушений основных прав человека. Согласно имеющимся сведениям, Меркель ответила ему так: «Если вы будете предпринимать суровые меры, то вынудите нас открыто поддержать протестующих». Меркель говорит, что всё более явное наступление на демократию со стороны Китая и царящий в нём культ личности её «разочаровывают». Тем не менее канцлерин оценивает Китай отнюдь не с чёрно-белой позиции «свободный — несвободный». Так Меркель и начала действовать мягко. Однако этот подход стал не заменой суровым переговорам, а знаком уважения к древней цивилизации, о которой на Западе зачастую забывают.
Во время дипломатических поездок Меркель, как правило, не особенно растрачивалась на торжественные приветствия, обмены мнениями и пресс-брифинги. Однако стоило ей прибыть в Китай, как всё менялось. Во время одного из недавних визитов она решительно хотела посмотреть на Шэньчжэнь, который долгое время был лишь деревушкой вблизи Гонконга, а теперь превратился в высокотехнологичный центр с населением 12,5 миллионов человек. А немецкая автомобильная промышленность тем временем не могла разработать собственные аккумуляторные батареи. Десяток поездок — и Меркель уже знала, с кем, кроме Си Цзиньпина, можно говорить, а кого следует сторониться. Председатель, возможно, и принимает важные решения сам, однако всегда прислушивается к вице-премьеру Лю Хэ. Так что Меркель решила уделять время ещё и ему. «Мы уже пять лет как используем синхронный перевод!» — радостно сообщила она подчинённым, которые сопровождали её во время недавней поездки. А ведь Меркель до сих пор помнила те времена, когда китайские политики читали ответы с карточек, которые специально писали и переводили заранее. Китайское руководство не могло не заметить и то, что в июле 2010 года Ангела Меркель решила провести свой пятьдесят шестой день рождения в Сиане, столице провинции Шаньси, вместе с супругом — что было редкостью, — любуясь семитысячным терракотовым войском первого китайского императора Цинь Шихуанди.
Меркель обожает историю, а историей Китая увлечена особенно сильно, благодаря чему значительно лучше разбирается в том, какие у него стремления и, возможно, меньше его боится. Как учёная, она прекрасно знает, какими замечательными изобретениями мы обязаны Китаю: к примеру, именно в Китае изобрели бумагу, порох и компас. Кроме того, Китай одним из первых начал проводить астрономические исследования (в XVII веке, во времена династии Цин). «Я часто беседую с председателем Си Цзиньпином о том, насколько полезные уроки мы способны друг другу преподать, — сказала она однажды. — Когда я приезжаю в Китай, его лидеры напоминают мне: семнадцать из последних двадцати столетий они были страной с сильнейшей экономикой в мире. И добавляют: „Не расстраивайтесь, если мы вновь займём место, которое изначально принадлежало нам“». Меркель сравнивала выдающийся прогресс, которого Китай добился за одно поколение, с тем, как её собственная страна восстала из пепла после Второй мировой войны. «Как и Германия, Китай добился успеха за счет упорного труда, творческого подхода и технических навыков», — отмечала канцлерин. За время пребывания Меркель в должности канцлера китайская экономика выросла на 202 %. «Через десять лет, — предупреждала Меркель, — нам нужны будут люди, которые умеют читать патенты на китайском языке: их просто перестанут писать по-английски».
Китай, напомнила Меркель Федеральному правительству, стремится обогнать весь мир в области искусственного интеллекта. В 2017 году страна инвестировала в исследования в области искусственного интеллекта 12 миллиардов евро. Германия тем временем потратила на них всего 500 миллионов евро. Меркель не считает головокружительный успех Китая прямой угрозой. По её мнению, Европе нужно брать с Китая пример и самой не сидеть сложа руки. Поэтому Меркель говорит: «Мне кажется, Европейский союз должен сам производить чипы, а ещё в Европе должны быть свои гиперскейлеры
