class="a">[23] и своё производство элементов питания». Редко какие главы государств так же уверенно, как Меркель, говорят о технике. Меркель понимает, каково жить под вечным наблюдением, а потому считает, что в Европе должны существовать стандарты защиты неприкосновенности частной жизни, которые станут основой для цифровых стандартов международного масштаба, которые подошли бы как Соединённым Штатам, так и Китаю. «Я твёрдо убеждена, что персональные данные — это не собственность государства или компаний», — заявляла она. Как истинный прагматик, Меркель даже в переговорах с китайским телекоммуникационным гигантом Huawei настаивала на том, чтобы немецкой стороне позволили ужесточить контроль над провайдерами. То, что Меркель отказывалась рассматривать Китай через призму идеологии, особенно удивляет, если вспомнить, каким был опыт общения канцлерин с коммунистическим режимом. Тем не менее она понимает, что, в отличие от Восточной Германии и Советского Союза, Китай использует плановую экономику во благо миллионов граждан.
Очень многие люди по обе стороны Атлантического океана к 2019 году перестали прислушиваться к решительно прагматичным заявлениям Меркель. Всё потому, что Китай продолжал репрессии против гонконгских реформистов и исповедующих ислам уйгуров. Меркель обычно тщательно взвешивала все за и против и из всех зол выбирала, по её мнению, меньшее. Ей просто не хотелось рушить так необходимые Германии торговые отношения с Китаем из-за политики последнего. Канцлерин смотрит на события современности с точки зрения мировой истории, а потому видит то, чего не замечают другие. Если Запад не будет учиться у Китая, то наверняка отстанет. Меркель часто напоминает о том, что Китай на протяжении целых веков занимал вершину мировой культуры. Чем Европа занималась в 210 году до нашей эры? А вот китайские ремесленники уже тогда лепили воинов, так похожих на живых людей. Цивилизации расцветают и — стоит им поддаться гордыне, беспечности и упадничеству — разрушаются. Почти в каждом выступлении последних лет на должности канцлера Меркель предупреждала: Запад разучился на что-то надеяться и к чему-то стремиться. Ей хотелось возродить в людях надежду, однако даже положение канцлера не даёт достаточных для того полномочий. А вдохновлять людей на свершения Ангела Меркель никогда толком и не умела.
Байрёйт, Германия. Ангела Меркель в непривычном гламурном образе приехала с супругом в оперный театр на фестиваль, посвящённый композитору Рихарду Вагнеру. О личной жизни Иоахима Зауэра (которого называют «Призраком оперы» за отвращение к вниманию прессы и страсть к опере) и его жены, как ни удивительно, почти ничего неизвестно. Зауэр никогда не рассказывал журналистам ничего о своей знаменитой супруге.
9. Личная жизнь канцлера
Я прилагаю всевозможные усилия к тому, чтобы выдерживать деловые отношения с общественностью и не распространяться об определённых сторонах своей жизни.
Ангела Меркель
Ангела Меркель была состоявшейся личностью с интересной жизнью вне политики ещё задолго до того, как её нарекли влиятельнейшей женщиной мира. Как ни удивительно, за шестнадцать лет на должности канцлера Меркель почти не изменилась нравом. Причём во многом благодаря тому, что всё это время она лучше любых других успешных политиков современности отстаивала своё право на неприкосновенность частной жизни и использовала череду уловок, чтобы общественность не добралась до самого сокровенного. Наличие второй жизни — личной жизни — позволило Ангеле Меркель оставаться собой даже тогда, когда ответственность за судьбу страны казалась невыносимой.
«Я всеми силами берегу то, что даёт мне возможность радоваться или грустить без необходимости оправдываться перед широкой общественностью, — объясняла она в 2019 году. — Иначе я не смогла бы улыбаться на людях. Моя личная жизнь неприкосновенна — я никому не позволю в неё вмешиваться». Это относится даже к самым преданным подчинённым, ни один из которых ни разу не бывал у неё дома — ни в Берлине, ни в бранденбургском пристанище.
Ровно между Берлином и польской границей, среди озёр и лесов сельского района Уккермарк, подле деревни Хоэнвальде, расположился простой белый домик с красной черепичной крышей. Там живут Ангела и Иоахим. По словам режиссёра Фолькера Шлёндорфа, который порой гостит у Меркель, дом её «обставлен очень просто». «В нём царит дух Восточной Германии, поскольку Ангела с супругом построили его в те дни, когда на Востоке любую доску приходилось выклянчивать. Их дом выглядит так, будто он до сих пор не достроен».
То, что здесь живёт канцлер Германии, можно понять лишь по белой будке через дорогу — там дежурит полицейский. Ангела приезжает домой на рабочем автомобиле, чёрном «Ауди», а её супруг водит старый красный «Фольксваген Гольф». Меркель всеми силами делает вид, будто не замечает присутствия охраны, но, когда бы она ни купалась в ближайшем озере, за ней неусыпно следит пара вооружённых агентов, которым она велит держаться в двухстах метрах — на сто пятьдесят метров дальше положенного. Если Меркель отправляется погулять в местном лесу, на его краю всегда стоит внедорожник, в котором сидит представитель службы охраны и притворяется, будто читает газету. «Как будто непонятно, что ты на самом деле её не читаешь», — однажды поддразнила канцлерин охранника, которому во время столь сокровенного дежурства положено как можно естественнее сливаться с окружением.
По словам друзей, в своём доме Меркель ведёт себя как традиционная домохозяйка — «хаусфрау». Слушает оперу, чтобы расслабиться, и готовит бесхитростные блюда — особенно хорошо ей удаётся картофельный суп, — после чего сама прибирается на кухне. Однако в воскресенье, примерно в четыре часа дня, «хаусфрау» возвращается к работе и начинает писать подчинённым о планах на новую неделю.
Зауэр, судя по всему, был не в восторге от того, в каком режиме жила его супруга. Когда Меркель праздновала свой пятидесятилетний юбилей (праздник, как и обычно, представлял собой «развлечение» в виде посещения длинной научной лекции под заголовком «Головной мозг как комплексная система: влияние на самовосприятие»), Иоахим ровно в полночь обратился к супруге с такими словами: «Слушай, Ангела. Я не политик. Мне завтра утром на работу». В июне 2011 года президент Обама вручил Меркель президентскую медаль Свободы — высшую государственную награду в Америке, — после чего пригласил канцлерин и её супруга отужинать в Белом доме. Зауэр вежливо отказался и пояснил, что уже договорился поужинать с коллегой в Чикаго.
Однажды, ещё до того, как она решила никого не посвящать в свою личную жизнь, Меркель призналась, что без супруга ни за что не вынесла бы той ответственности, которую подразумевает её положение. «Я лучше отменю три деловых встречи, чем поставлю под угрозу наши отношения, — рассказывала Меркель немецкому фотографу и режиссёру Херлинде Кёльбль. —
