Катерине стало не по себе от его слов. Она попыталась вспомнить, чем же так могла удивить Стаса. Но к этому времени в памяти осталось уже только название случившегося сюжета — прилюдный секс в бане. Без каких либо конкретных моментов. И только на фоне всего произошедшего, Стас казался ей каким-то спасителем, которому она доверилась в этой жуткой оргии, как единственной опоре во всеобщем хаосе любовных утех. И теперь ощутила, как он вынес её оттуда, словно царевич возлюбленную из царства злодея. Только ему она могла теперь безраздельно доверять.
Куда-то пропала напряжённость, вызываемая необходимостью найти очередной вид поведения. Проанализировать реакцию партнёра и найти правильное решение. Внезапно она почувствовала в голове пустоту, отсутствие той вечно выстраиваемой пирамиды из схем. Но это была уже совсем иная пустота. Та, которая когда-то уже заполняла её. Пустота блаженства и беззаботности рождённая сердечной любовью и нежностью. Ей захотелось положить голову на плечо Стасу и представить, как она провожает его до дверей. Увидеть в проёме крепкую настоящую широкую мужскую спину. Чёрную. Как раньше. Но уже не дать ей уйти. Броситься вдогонку. Побежать. Обхватить. Прижаться. И больше никогда не отпускать.
Глава 22. Суета
На работе была суета. Начальнику отдела пришла в голову идея наградить руководителя управления уголовного розыска орденом «За мужество». А поскольку сам он очень редко появлялся на работе, разъезжая по личным делам на своём красивом джипе, то поручил организовать это дело своему заместителю Шапкину Петру Ивановичу. Старому подполковнику, отдавшему службе почти тридцать лет.
— А почему бы и не наградить? — говорил шеф, — Маслов Константин Васильевич, хоть на вид и хмурый руководитель, но дело своё знает! Управление сильное. Свои позиции держит! Вклад в борьбу с преступностью вносит! К тому же ему исполняется сорок пять! Вот обрадуется!
Шапкин соглашался, кивал головой, но ему хотелось двигать головой совсем в ином направлении.
— Какой бардак! — сокрушался он про себя, слушая своего молодого начальника. Награды стали поздравительными побрякушками к праздникам, но вслух ответил, — Есть!
Закипела работа. Оформление поручили Стасу. Тот пошёл в управление кадров и взял послужной список. Почитал его. Ничего интересного. Всё как обычно. Родился в Ленинграде, закончил ВТУЗ при Ленинградском Металлическом заводе.
— «Все Тупицы Уже Здесь», — вспомнил Стас юношескую расшифровку аббревиатуры этого вуза. Дело обычное. Почти у каждого ВУЗа было своё шуточное определение. Про курсантов инженерного училища имени адмирала Макарова (ЛВИМУ) говорили: «Чтоб познать морскую силу, бог создал курсанта ЛВИМУ». Про будущих полярников Арктического училища: «Как терять морскую славу вас научат только в ЛАУ».
Кого только в милицию не направляли по комсомольским путёвкам.
Стас читал личное дело дальше. Получалось, что Маслов был совсем незаметной фигурой. Благодарности, пара грамот. Зацепиться не за что. Странная скромность вызывала подозрение. Как это дослужившись до начальника управления, он не побывал ни в Афганистане, ни в Чечне? Как ему это удалось? Данные странности возбудили у Стаса оперской инстинкт. Он решил для начала посмотреть на своего клиента. Взяв пустую папку, пошёл к нему в приёмную. Сел на стул рядом с ожидавшими офицерами. Их было человек пять. Из разговоров он понял, что все сидят уже давно, нетерпеливо посматривая на часы. Звонили своим водителям, чтобы те продолжали ждать. Давали по телефону указания в руководимые ими подразделения.
Приёмная была похожа на штаб революционного восстания, откуда каждый отдавал по телефону приказы. Подчинённые отзванивались о выполнении, и получали новый приказ. Прошло полчаса. За это время подошли ещё человека три и, поскольку свободных стульев не было, встали посреди приёмной. Смущаясь, переминались на месте, не зная то ли к секретарше повернуться задом, то ли к двери начальника управления.
Секретарь, симпатичная молодая девушка только разводила руками:
— Просил не беспокоить, у него экстренное заседание.
— Так он же сам назначал на это время, — тихо возмущались офицеры.
Секретарша пожимала плечами и, уткнувшись в монитор компьютера, продолжала лазить по интернету.
Наконец послышалось открывание внутренней двери и довольный хохот выходящих. Все в приёмной встали и вытянулись по стойке смирно. Наружная дверь отворилась. Сначала появился блестящий пиджак, обтягивающий, круглый словно шар, живот. На офицеров пахнуло коньяком и дорогим мужским одеколоном. Лоснящаяся улыбающаяся физиономия была ещё повёрнута внутрь кабинета и офицеры видели только маленькое завёрнутое красное ухо почти без извилин внутри и лысый со складками на шее череп. Мужчина был невысокого роста. Обернувшись, упёрся взглядом в полковничьи погоны ждущих офицеров. Вздрогнув от неожиданности, он сделал серьёзное лицо и окончательно вышел в приёмную. Сразу направился на выход. По дороге бросив секретарше через плечо:
— Машенька, мы не прощаемся, вечером привезу, что обещал!
За ним появилась спина мужчины в чёрном костюме, стянутые назад волосы, перехваченные резинкой, образовывали небольшую косичку длинной и толщиной с указательный палец.
Стас вспомнил, что иногда слышал разговоры сотрудников, где они кого-то называли «косичкой». Теперь он понял кого. Мужчина явно не хотел выходить. Он продолжал стоять между двух дверей и предположительно ковырялся с замком. Наконец ему это надоело и он, чертыхнувшись, вышел к офицерам.
— Маша, позвони коменданту, пусть пришлёт слесаря. Что-то с замком непорядок.
Не замечая стоящих в кабинете сотрудников, прошёл сквозь них к столу секретарши и положил ей на стол ключ.
— Я на обеде, — сказал он ей.
— Товарищ полковник, Константин Васильевич… — сумбурно зарокотало со всех сторон. Но тут же затихло, стоило ему повернуть голову.
Начальник управления остановился и медленно обвёл всех взглядом, как будто впервые увидел. Словно только сейчас рассмотрел стоящих вокруг него офицеров с портфелями и папками подмышками. Большинство из них были выше ростом, но образовав круг, похожий на бублик, они словно стали меньше ростом.
— У меня же обед, вы, что не в курсе который час? — сказал он невозмутимо.
— Константин Васильевич, вы мне назначали, у меня срочное донесение… — начал было один из офицеров с интонацией просителя.
— Вечно у тебя донесения, только донести не можешь! Или не туда носишь? Вот после обеда и донеси! — засмеялся своей остроте начальник управления.
