Она уже не помнила когда последний раз ходила на танцы. Катерине надоела игра в глянец, и она решила просто быть собой. Всё своё свободное время, не занятое дочкой, она посвящала Стасу. Она чувствовала себя с ним спокойной и уверенной.
Однажды в выходной Стас пригласил её посмотреть рукопашный бой. Кто-то отблагодарил его двумя хорошими билетами, и он решил прогнуться перед Катей. Поначалу, она отнеслась к этому достаточно прохладно, подумав:
— Что она, не видела мужиков, бьющих друг другу физиономии?
Но поскольку заняться было нечем — согласилась. Единственной проблемой было подобрать подходящую одежду. Она думала об этом с утра, но так и не пришла к однозначному решению. Когда до начала оставался час и Стас позвонил, что уже едет за ней, вопрос решился сам собой. Вспомнив, какими сгустками кровь разлеталась с ринга в фильме Рокки, она влезла в кожаные штаны и рубашку.
Зал располагался в бывшем кинотеатре. В центре красовался обыкновенный квадратный боксёрский ринг с канатами и двумя цветными углами, как положено. Помещение было не очень большое. У входа стояла охрана в чёрных костюмах и наушниках. Выглядели они солидно. Заглянув, в сумочку Катерины и проведя вдоль её тела металлоискателем, пропустили в зал.
Со Стасом она стала медленно пробираться в центр. Вокруг ринга стояли столики в три ряда. Дальше зрители просто сидели на скамейках и стульях. На каждом столике стоял флажок с номером, а рядом с ним — виноград, спиртное, папка с меню и винной картой. Звучала музыка.
Стас достал билет и посмотрел на номер.
— Вот сюда, — сказал он, приглашая Катерину сесть. Это был столик номер семь. Хотя он явно был рассчитан на четырёх человек, стульев было только два, и стояли они к столу так, чтобы удобно было смотреть на ринг. Сиденья оказались мягкими и удобными.
Стас махнул рукой и вскоре появился официант.
— Убери, пожалуйста, это всё, а нам принеси бутылочку текилы, порежь к ней лимончик и сыр. Да, чуть не забыл — соль оставь!
— Ты не возражаешь? — спросил он Катерину.
Катерина с утра думала о шампанском, но здешняя обстановка слегка смущала. Она представила, как на ринге будет литься кровь, а она со Стасом — пить пузырящееся шампанское. По телу пошли мурашки, и она, согласилась с предложением.
Пока Стас выискивал взглядом своих знакомых и друзей, Катерина осмотрелась.
Основными посетителями были мужчины. От двадцати до пятидесяти лет. Все они были с очень короткими стрижками или лысые. Одеты в тёмное, чаще в чёрное. Их одежда, как правило, подчёркивала спортивность и накаченность фигуры. Походки всех мужчин — динамичные, пружинящие. Казалось, что можно любого брать и выставлять на ринг. По их азарту и заинтересованности можно было подумать, что они не откажутся. Аромат дорогого парфюма был не в силах перебить периодически вытекающий из комнат разминки, расположенных по бокам от ринга запаха пота.
Чем ближе к рингу, тем солидней выглядела публика. Среди лысых и стриженых голов, изредка виднелись локоны женщин. Это успокоило Катерину. Выходило, что и кроме неё здесь есть любительницы острых ощущений.
Свет притушили, осветив ринг. Стас уже успел налить по стопочке и протянул одну Катерине. Она подставила левый кулак, и Стас насыпал ей щепотку соли.
— Пока не началось! — сказал Стас и коснулся стопки Катерины своей. Затем слизнул соль с кулака, опрокинул стопку в рот. Заел долькой лимона.
Катерина повторила его манёвр и почувствовала, как горячая жидкость проникла внутрь, растекаясь по всему организму. Стоящий в ринге, одетый в чёрный фрак ведущий, похожий в свете прожекторов на королевского пингвина, произнося слова, тянул их на манер зарубежных комментаторов, рекламируя бойцов предстоящих поединков. Катерине названные фамилии имена и клички ничего не говорили. Вышедшие бойцы сильно удивили её отсутствием ожидаемой рельефности мышц на теле.
— Какие-то хиловатые ребята, — выразила своё мнение Катерина, — ни одного Шварценеггера или Сталлоне!
— Это же бойцы, а не качки, Катюша! — улыбнулся Стас, им надо драться, а не подиум топтать!
Схватки начались. Народ стал подзадоривать бойцов. Первые пары не представляли для знатоков интереса и зрители за столиками свободно переговаривались, подливали горячительное, иногда смеялись и хлопали в ладоши.
Катерина, сначала отворачивалась при резких и сильных ударах бойцов. Потом привыкла и стала просто прикрывать глаза. Но слыша всеобщий одобрительный гул, всё сильнее проникалась азартом. В этом ей старательно помогала текила с лимоном.
Вскоре она уже махала руками, грозила кулаком и подначивала соперников к активным действиям. В зале становилось жарко, и Катерина сняла свою куртку, оставшись в белом кожаном топике и брюках. Её особо точные реплики привлекали внимание мужчин с соседних столиков. Они посматривали на Катерину, и было не совсем понятно, хлопают они бойцам или ей.
Крови было достаточно, но за ринг она не брызгала как в фильмах, а оставалась на лице, кулаках, и других частях тел бойцов. Частично на ковре.
Вместо крови, с ринга периодически летели капы прямо на столики болельщиков. Этот факт вызвал у Катерины неподдельную активность.
— Ура! Наш тому зубы выбил! — кричала она восторженно, хлопая с размаху своей ладошкой по ладоням мужчин сидящих рядом.
И хотя «наш» — это был парень с Украины, а его соперник — чёрнокожий негр с Верхнего Волочка, её это не смущало.
Бутылка текилы была уже наполовину пуста, когда на ринге появились основные бойцы тяжеловесы. Зал притих, и Катерина поняла, что веселье закончилось. Она посмотрела по сторонам и, увидев серьёзные лица мужчин, решила посидеть спокойно и понаблюдать.
Но смотреть пришлось недолго. Ещё молодой, малоизвестный Фёдор Емельяненко за две минуты нокаутировал разрисованного многочисленными татушками исландца. Зал был разочарован. Конечно, все болели за своего земляка, но не предполагали, что всё кончится так быстро. Поднявшись со стула, Катерина почувствовала, что её ноги перестали слушаться и хотят вернуться в первоначальное положение.
— Да, текила — это тебе не шампусик! — назидательно сказал Стас, — ножки ослабели? Ничего страшного, пусть все выйдут и мы с тобой потихоньку дотопаем. Он помог Катерине одеть куртку.
— Хочу как они! — громко сказала она, так что идущие мимо парни обернулись.
— Не понял, — переспросил Стас и вопросительно посмотрел на неё.
— Хочу драться, как Фёдор Емельяненко! — повторила она, — чтобы ты меня своим гипнозом не доставал. Услышу, что бормочешь мне что-нибудь на ухо, как врежу промеж глаз, и будешь знать!
