в декрет одна за другой, и Наталья на финальном собеседовании чуть ли не на крови поклялась, что подобное с ней в ближайшие пять лет не случится.
— Слушаю, Егор Алексеевич, — бодриться на седьмом месяце получалось всё хуже и хуже.
— Присаживайтесь, — Егор пригладил тёмные волосы и отъехал в кожаном кресле от стола. В последнее время, он редко предлагал Наталье присесть.
Наталья понимала, что уволить её он не имеет права, но всё равно панически боялась какой-нибудь подножки с его стороны. Внешне Егор ей нравился, и тем более было неприятно получать щелчки от красивого молодого босса. Наталья положила органайзер на стол и присела, сложив руки на животе.
Егор разглядывал её так, словно сидел перед мольбертом и собирался писать картину. Дорогая ручка подрагивала в длинных пальцах. Золотая печатка на безымянном поблескивала в солнечных лучах, рассыпавшихся по кабинету в панорамное окно. Под белой манжетой рубашки запястье обхватывали часы, сравнимые по стоимости с квартирой в их городе. Молчание тяготило. Наталья готовилась к худшему.
— Вы говорили, что у вас нет ни мужа, ни любовника. Это так?
Кровь прилила к щекам Натальи.
— Да, — выдохнула она, судорожно соображая, куда этот разговор может завести.
— У меня к вам необычное дело… Вернее даже — просьба.
— Слушаю вас.
— Мне нужно, чтобы вы полетели со мной в Москву. В эти выходные.
«Причём здесь муж и любовник?» — искала подвох Наталья.
— Хорошо, Егор Алексеевич.
— Но не в качестве секретаря… — В карих глазах Егора промелькнула настороженность.
Наталья терпеливо выдержала ещё одну паузу. Открыла ежедневник и посмотрела на строчки условно выходных дней внизу страницы. Егор умудрялся и на уик-энд давать ей задания.
— С вечера пятницы до понедельника я в вашем распоряжении.
— И вы не спросите, в качестве кого я предлагаю вам лететь со мной? — Егор редко улыбался Наталье, хотя улыбка шла ему.
— Полагаю, вы не предложите мне ничего неприличного, — Наталья покосилась на свой живот, — учитывая моё положение.
— Вам придётся жить со мной в одном номере. Улыбаться мне на людях. Возможно, я буду вас обнимать и целовать при них. Конечно, это всё оплачивается.
Наталью бросило в жар, и рука машинально начертила на бумаге замысловатый узор. Егор вышел из-за стола и встал за её спиной.
— Мне нужна фиктивная невеста. Заявление в загс подадим сегодня. Вы согласны?
— Я помогу вам. Что нужно подготовить к отъезду? — Наталья написала цифру один и поставила скобку.
— Закройте ежедневник.
Наталья захлопнула органайзер. Егор провёл пальцами по её открытой шее от затылка до воротничка рубашки. Мурашки бросились врассыпную по спине. Егор стянул резинку с волос Натальи, и они тяжёлыми прядями рассыпались по плечам.
— Встаньте… Встань. Пожалуйста.
Наталья поднялась, опираясь на стол, и повернулась к Егору. Он тыльной стороной ладони провёл по её щеке. Наталья слегка отпрянула.
— Не дёргайся. Нам нужно привыкнуть друг к другу за два дня.
Наталья прижала руку Егора к своей щеке.
— Правильно, привыкай, — он снова улыбнулся, и их взгляды встретились. — Ты красивая, Таша. И, думаю, у нас всё получится.
— Вы хоть немного введёте меня в курс дела?
— Говори мне «ты».
Неловкость таяла с каждой минутой.
— Расскажи, что, как и почему.
— Я из очень состоятельной семьи, Таша. Моя компания — лишь малая часть бизнеса нефтяного магната Вяземского.
— За его подписью приходят иногда директивы, — припомнила Наталья.
— Последняя директива — жениться на дочери его партнёра. Вяземский — мой отец. Я из деловых соображений ношу фамилию матери. — Егор вернулся к столу взял с него мобильник и ключ от автомобиля. — Нас с будущей невестой должны представить друг другу на свадьбе двоюродного брата. В отличие от меня, он согласился на брак по расчёту.
Наталья схватилась за стул. Её бывший босс, Вадим Базанов, пользовал её не только по специальности и уволил одним днём, сославшись на скорую женитьбу. Никто в жизни не причинял ей такую боль. Бывший босс стал её первым мужчиной, и она дарила ему любовь на съёмной квартире, не требуя ничего взамен. В качестве компенсации он перевёл ей крупную сумму денег, но Наталья отправила их обратно ему на счёт и, узнав о беременности, вернулась в родной город.
Компания Егора входила в тот же концерн, что и компания Базанова. Наталья попросила не запрашивать рекомендации с прошлого места работы, и Егор исполнил её просьбу.
— Как фамилия вашего… Твоего брата?
Егор мышкой свернул окна на рабочем столе и поднял глаза на Наталью:
— Базанов. Вадим Андреевич Базанов.
Мы вечное эхо друг друга
Сегодня я расскажу вам о непростой судьбе человека. Скорее это даже биографический очерк, ведь уложить целую жизнь на паре страниц невозможно, но я всё-таки попробовала.
«Мы вечное эхо друг друга…»
Валера очень любил жизнь и куролесил на полную катушку. Закончив в шестидесятые мореходку, ходил на торговом судне, домой возвращался всегда с подарками — родителям, брату, сёстрам, любимым. Женщины просто млели от него. Валере обаяния в двадцать восемь лет было не занимать, он даже внешне походил на Бельмондо.
Татьяна стала его третьей официальной женой, ещё две женщины в промежутках между официальными браками успели глотнуть счастья в гражданском браке. Валера познакомился с Татьяной на судне. Он играл на аккордеоне и так задушевно пел про Маленького принца в звёздной стране, что Татьянино сердце дрогнуло. Вернувшись из рейса, они подали заявление в загс. Семья жениха не оценила избранницу и послала Валеру прописываться в коммуналку к жене и тёще. Разница у молодых была пять лет. Татьяна безоглядно любила мужа. Вместе с Валерой переехала семилетняя Наталья — его дочь от первого брака. Её мать выпивала, и по настоянию Валериных сестёр Наташу оставили после развода с отцом. По приезде Наталья сразу бросилась к Татьяне с криком: «Мама!» Молодую мачеху это важное в жизни каждого человека слово больно царапнуло.
Татьяна устроилась продавцом в обувной отдел Гостиного двора, а Валера по-прежнему ходил в «загранку». Вскоре у них родилась Юля, и Валера тоже ушёл с флота. Подался в таксисты. Кутёжник по натуре, Валера не жил, а горел. Обожал весёлые вечеринки и хороший алкоголь. Вместе с мужем зажигала и Татьяна. Любовь друг к другу и к детям крепко держала их семью. Ангелом-хранителем их очага преданно служила тёща. Маленькая, но крепкая женщина закалилась в блокадном Ленинграде. Оставшись с больной матерью в окружённом городе, тушила зажигалки, а потом работала связной на Пулковских высотах. Пока молодые гуляли, тёща следила за домом и за детьми. Валера старался, чтобы
