прямым ответом ланисты. А как же все это сон и прочая чушь? Может тем самым ланиста хотел вселить в гладиаторов ярость? Мол, просыпайтесь, открывайте глаза и поймите насколько не ценят ваши жизни, вы расходники в игре больших римских дядей.
В принципе — неплохо, могло задеть, но говорил бы он тоже самое, знай на какую благодатную почву накладываются эти высказывания?
А так — передел власти, ничего нового. Кроме того, что мне придется подставляться ради интересов кого-то другого. Нельзя упускать свой шанс, и захватить власть в свои руки. У меня будет надежнее…
Сквозь темноту и неверный свет факелов на воротах, я смог разглядеть небольшое одноэтажное здание, видимо, являющееся конечной точкой нашего путешествия на сегодня.
Вот только зайти и уже устроиться на отдых не получилось. Ровно перед входом богатой делегацией замер толстый мужик в богатых одеждах и с перстями на каждом пальце, из-за чего они были врастопырку. «Это» принесли на носилках рабы, судя по его комплекции, мужик давно разучился передвигаться самостоятельно на более менее длинные расстояния.
Я удержался от хмыкания или закатывания глаз, но смотрелось это… своеобразно. Сразу видно, что мужик ничего не делает руками. Все выполняет либо стража, стоявшая полукругом сзади, либо пара рабов по бокам от хозяина.
— О, Мантул, мой старый добрый друг! — визгливым голосом поприветствовал он нашего ланисту, и тот снова поморщился, но кисло улыбнулся, а стража тоже подтянулась поближе, не давая гладиаторам растягиваться по улице. — Какой сброд ты привел на этот раз? Неужели тебе так понравились прошлые игры, и ты решил повторить? Я только рад! Да услышат боги мои молитвы!
Толстяк театрально вскинул руки к небу, вопрошая к тем самым богам, которым молился.
— Назон, как давно тебя не видел! — поприветствовал «старого доброго» друга наш ланиста, а между строк читалось «И лучше бы ты сдох, пока мы не встречались». — На этот раз тебе не победить. Так что правильно делаешь, что молишься богам, только и они тебе не помогут.
— Так давай заключим пари, раз ты так уверен в своих бойцах! — толстяк мигом посерьезнел и его выражение лица стало выражением опытного дельца.
Даже я, далекий от коварных интриг что в прошлой жизни, что в этой (хотя здесь поближе, да), понял, что это и было целью прихода этого Назона. Увидеть бойцов конкурента, деморализовать гладиаторов, ну и урвать что-нибудь от Мантула бонусом. Я же видел, что наш ланиста колеблется, хотя ему крайне не хотелось отступать от заклятого друга. Видимо опыт уже был и не самый благоприятный.
— Давай, — продолжая держать лицо, нехотя выдавил Мантул, и Назон снова расплывались в доброжелательны улыбке, подошел ближе, протягивая руку для пожатия.
— Кто выигрывает игры, получает все, а проигравший больше в них не участвует, — выпалил конкурент, поблескивая перстями в свете факелов. — Или испугался? Я бы тоже испугался, положа руку на сердце…
С этими словами конкурент презрительно смерил взглядом нас, гладиаторов.
Мантул помедлил всего секунду, но затем пожал руку сопернику.
— Идет. Не хочу видеть больше твою рожу на играх, все настроение портишь. И наш рынок он тоже не безразмерный, а у тебя больно толстая задница Назон, много места занимаешь.
— Да ладно тебе, брат! Я всегда говорил маме, когда ты начинал рыдать, что ты просто не умеешь играть! — захохотал Назон и жестом показал своей свите, что они уходят. — Помни, победить получает все!
— Проваливай к Плутону, — рыкнул Мантул, и кивнул Карасу на здание, приказывая пошевеливаться и уже устраиваться на ночь.
Ого, так вот какие истории… И снова ничего нового. Два брата, которые вечно спорят, а мы снова попадаем под замес. Интересно, а вот это «победитель получает все» — это что именно «все»? Как бы то ни было, вся эта возня играла на руку моему делу.
Проводив взглядом ланисту-конкурента я долждался своей очереди, и зашел внутрь нашего ночлега, часто моргая, чтобы привыкнуть к скудному освещению после ночной темноты. Поймал себя на мысли, что до сих пор ищу выключатели…
— Это что такое, я тебя спрашиваю⁈ — ланиста уже тряс за шиворот местного раба, тыкая пальцем во что-то в комнате, что мне из небольшого коридора было не видно. — Я за это платил⁈
Карас распихивал гладиаторов по конурам, которые были по размерам похожи на совмещенные санузлы в хрущевках, и я понял, почему орал Мантул. На полу пук соломы — вот и все удобства. Ни тюфяков, ни нар, к которым уже привык в лагере, ничего. Земляной пол и немного колкой свалявшейся соломы. В таких условиях восстановится после перехода и выйти на арену в лучшей форме, к которой все это время нас подводили — в принципе невозможно.
— Где он⁈ Где, я тебя спрашиваю! — орал ланиста.
— Он уехал, господин, я не могу ничего сделать, простите меня! — пищал совершенно перепуганные раб.
— Я тебе голову оторву! А потом и до него доберусь! — Мантул раздраженно оттолкнул раба от себя.
Кажется, кого-то обманули и свалили, не дожидаясь встречи… ну с опытом Мантула в этой игре, такие вещи можно было предугадать заранее.
— Господин, а клетки куда? — в момент разборок в коридоре возник школьный раб, запустив с улицы явственный запах диких животных и их помета. Оттуда же доносилась глухое рычание диких кошек.
— Ты что, еще их не устроил⁈ А ну показывай двор! — ланиста протиснулся между гладиаторами, вылетая наружу, а мы переглянулись между собой. Гладиаторы подняли ропот.
— Я готов с человеком сражаться… Но с этими тварями…
— Да уж, я лучше против троих выйду!
— Хватит разговоров, давай, пошли, пошли! — Карас вмешался, не дав уронить боевой дух еще больше, и чуть ли не за руку потащил первого гладиатора в комнату.
Наставнику происходящее нравилось не больше, чем ланисте. С такой горячей встречей как здесь, на его много недельном труде можно будет поставить крест.
— Когда начинать? — сбоку подкрался Тигран, задав вопрос еле слышным шепотом.
— Я дам сигнал, — так же тихо ответил я, и отправился в свою комнату, не дожидаясь пинка от Караса.
Вот интересные люди. Они же видели то же, что и я. Слышали все то же самое. Тут слишком много факторов, и в таких условиях строить конкретные планы дело неблагодарное — одна мелочь поставит под угрозу все действие. А второго шанса
