— Я знаю, где Соррель! — озвучил причину переизбытка эмоций Луций.
— Где? — нетерпеливо спросила я.
— Мой студенческий приятель кочует с Караваном пилигримов, и они остановились в одном старинном монастыре. Мы поддерживаем переписку, и он рассказал, что среди монахинь узнал Мадам Соррель. По его словам, она в невменяемом состоянии, и на ней, точно, обет молчания, — импульсивно поведал анимаг.
— Получается, Аварус ее сослал, и ей известно то, что другим знать не положено. Тогда почему он ее не убил? — задумалась я.
— Может, пожалел, все же столько лет проработали вместе, — предположил Луций, — в городе у нее осталась сестра. Предлагаю сегодня съездить поговорить с ней.
— Я не могу, у меня репетиторство, — второй раз озвучила эти слова. Почему вдруг все решили включить меня в свои планы в один день?
— Тогда завтра вечером.
— Вечером тоже не смогу, поехали днем?
— Днем у меня лекции. А что у тебя вечером? — нахмурился Луций. Мне было стыдно признаться, что поставила свидание выше расследования. Нужно поговорить с Ирисом и все отменить.
— Забудь, что-нибудь придумаю, — пообещала я, — значит, завтра едем к сестре Соррель.
Мой ответ удовлетворил Луция, он хотел остаться, чтобы еще обменяться теориями, но я стремилась сплавить приятеля поскорее: нельзя, чтобы Принцесса увидела профессора в моей комнате. Но Блэр Темперенс, как всегда, возникла вовремя. Появилась в дверях, как нежданный ливень в солнечную погоду.
— Блэр? — Луций подскочил с места, как ужаленный.
— Здравствуйте, профессор Кай, Кассандра. Я не помешала? — Блэр внимательно осмотрела комнату, словно стараясь уловить следы преступления.
— Профессор Кай принес мне материалы для студенческого исследования, — соврала я.
— Да-да, я уже ухожу. Проходите, Блэр. Вам, девчонкам, наверное, нужно посекретничать, — приятель, не отрывая взгляда, следил за Принцесской. Откуда он вообще знает ее имя? Вроде бы даже не преподавал на ее факультете.
Блэр горделиво прошествовала по комнате и брезгливо присела на стул, перед этим проверив его на наличие шерсти. Лулу всегда убегала в лес во время наших занятий, она не слишком жаловала студентку Хаоса.
— Что за исследование? Может, и я могу поучаствовать? — спросила Блэр.
— Там нужно слишком много работать мозгами. Думаю, тебе не понравится, — поддела я ученицу.
— Как некрасиво, Кассандра. Вежливость — одна из доминант, на которых строятся ценности Факультета гармонии. Ты не забыла? — отчитал меня Луций.
— Да, этой особе стоит поучиться вежливости, — поддакнула Блэр.
— Вы, кажется, спешили, профессор Кай, — с намеком обратилась я к Луцию.
— Верно, мне пора. Был рад повидаться, Блэр, — расплылся в улыбке приятель, мне лишь слегка махнул рукой на прощание.
Несмотря на обычную колючую манеру разговаривать, я почувствовала, что с Блэр что-то не так. Девушка не могла сосредоточиться, а отвлекалась на свои мысли, и, судя по выражению лица, они были печальными.
— Что-то случилось, Блэр? Ты кажешься грустной, — искренне встревожилась я.
— Не к месту применяешь свою проницательность, — предсказуемо огрызнулась язва, затем, будто пожалела об излишней грубости и смягчилась, — я обидела дорогого мне человека, — призналась девушка.
— Ты сделала это намеренно?
— Да, я сделала это намеренно, я же обожаю обижать людей! — почему-то начала раздражаться Блэр.
— Но?
— Что, но? — цокнула ученица.
— Ты сделала это намеренно, но есть что-то еще, — я задумалась, — у тебя не было выбора?
Блэр кивнула и, к моему изумлению, начала плакать. Впервые я видела слезы Блэр Темперенс, она всегда казалась мне непоколебимой воительницей, которую ничто не может сломить. Сейчас передо мной предстала ранимая девушка, и теперь я смогла поверить, что у нее есть сердце, возможно, даже умеющее любить.
— Плачу в ободранной комнате дикарки — как это жалко, — сквозь рыдания сказала Принцесска, но я не обиделась. То, что она заплакала при мне, доказывало, что Блэр мне доверяла, — ты же хваленая травница, дай мне что-нибудь, чтобы унять душевную боль, — немного успокоившись, попросила студентка.
— Мама говорила, что от нее помогает сбор из бузины и фиолетового василька, но…
— Это ни черта не помогает? — догадалась Блэр.
— Это ни черта не помогает, — подтвердила я ее слова.
— Бесполезный предмет! — закатила глаза девушка, и мы улыбнулись друг другу.
Глава 31. Блэр
До сих пор не могла простить себе слабость перед Кассандрой. Слезы так и текли, хорошо хоть язык остался за зубами, и удалось уберечь от посторонних тайны моей черной души.
Откладывать уничтожение Нумибуса в долгий ящик аналогично смерти. Необходимо изучить противника и узнать его слабые места. Где, как ни в библиотеке, этим заняться?
Спокойно заседая за талмудами, я находилась в безопасности от нападок не только Чародея, но и Роланда. В последнее время он всячески пытался задеть меня, показывая, какой ненавистью наполнено его сердце. Поговаривают, что Единороги в повозке Плохого Короля приобрели свинцово-черный отлив, а их грива пылала ярким огнем.
— Не думал, что встречу Блэр Темперенс в библиотеке в разгаре соревнований между группами поддержки, — разрушил тишину мягкий, но уверенный голос профессора Кая.
Оторвавшись от страниц биографии соперника, я взглянула на безупречного мужчину, который, в свою очередь, внимательно вглядывался в мои задумчивые глаза.
— О каком соревновании идет речь?
— Разве глава сестринства Калипсо не обязана знать о таком мероприятии? — удивился Луций, проявляя больший интерес, чем обычный преподаватель Филориума.
— Навалилось куча не менее важных дел. Так, все же, о каком соревновании идет речь? — чуть кокетливее спросила я.
— Несколько групп показывают свои заготовленные танцы перед жюри. Как раз они и решают, кто будет выступать в качестве поддержки наших спортсменов, — пояснил профессор, поддавшись моим чарам.
— Зачем так напрягаться без веской на то причины? — разочарованно произнесла я, после чего уткнулась обратно в талмуд.
— Чтобы получить кубок, как у сборной, которая победит на чемпионате.
— С магией? — подскочила я от удивления, едва не выпрыгнув из платья.
Луций кивнул, все еще поражаясь моей неосведомленности.
— Надеюсь, ты не ищешь здесь запретных способов победить? — строго спросил молодой человек.
Он по инерции вглядывался в книги на моем столе, но не мог разглядеть их содержание. Библиотека носила полностью приватный характер, поэтому никому не удавалось увидеть не только все собранные в помещении экземпляры, но и те, что взял тот или иной посетитель.
— Почему вы тянетесь ко мне, зная характер и все поступки, совершенные в стенах Академии? — ответила вопросом на вопрос, потому что мой показался куда более важный. Луций засмущался, долго обдумывая положение, в которое его поставили.
— Просто вижу твою истинную натуру, — произнес он полушепотом, затем перевел взгляд на часы и удалился.
Я же, в свою очередь, начала задыхаться от путаницы, устроенной органами чувств. Профессор Кай заинтересовал меня с первого появления в Филориуме, а теперь между нами образовалась незримая химия. Роланд, безусловно, моя первая любовь, но тогда за какую часть в моем сердце отвечает Луций? Самой стало неприятно от подобных мыслей. Я словно начала распадаться на части или раздваивать личность на противоположных друг другу персонажей.
В любом случае, доверять профессору так же глупо, как и его рыжеволосой подружке. Что они замыслили против директора Академии? Только подумав об Аварусе, наткнулась глазами на его имя в хрониках Нумибуса. Там говорилось, что нынешний директор Филориума прямой потомок знаменитого Чародея. Именно по этой причине у обоих одинаковые символы на теле. Получается, мы с Кассандрой на одной стороне. Если я помогу ей с местным управленцем, может, и она вступит в бой с Нумибусом?
