— Извини, но именно сейчас я не могу подвергать свою репутацию сомнениям, проникая в запретные места, — неоднозначно ответил юноша.
— Это еще почему?
— Сегодня начинается чемпионат, разве ты не в курсе? Я еле попал в состав из-за своих прошлых деяний.
— Не знала, что тебе так важны глупые броски мяча на воде, — удивилась пламенной речи собеседника.
— Это не просто броски, Бэмби! Отец с детства выигрывал каждый кубок чемпионата, именно поэтому наша семья такая могущественная. Подаренная победителям магия очень на многое влияет.
— Например, на что?
— Помнишь, как я перенес тебя на другой конец земли? Не каждый волшебник способен на такое, а тем, кто освоил навык телепортации отведено определенное количество перемещений. У нас в семье они бесконечны благодаря кубку победителя, — сообщил родовую тайну Роланд.
Я поняла, как важно для него оказаться не хуже отца на водной поверхности, поэтому больше не стала уговаривать пробраться в каморку спортивного инвентаря, чтобы подглядеть прошлогоднюю форму.
— Расскажи мне правила игры, — попросила я, хоть и знала их наизусть. Просто нравилось наблюдать, как мой любимый с азартом и вдохновением рассказывает о самом сокровенном в его жизни.
— Всего в командах по шесть игроков, они перемещаются по водной глади. По противоположным сторонам находятся проруби, куда и должен угодить мяч. Их охраняют «водантари», которые всеми силами должны предотвратить попадания противника. Самое сложное — бегать по воде, потому что, потеряв концентрацию, можно легко нырнуть на глубину, — поведал Роланд.
— Тот, кто проваливается под воду, выбывает? — уточнила я.
— Нет, глупышка. Он выкарабкивается и снова включается в игру, пока его товарищи находятся в меньшинстве и пытаются отобрать или удержать мяч.
— Я приду посмотреть на все это, — решительно заявила, чем несказанно обрадовала молодого человека.
— С твоей поддержкой у меня все получится, — прошептал Роланд и нежно поцеловал меня в губы.
Мы еще долго не могли расстаться, прогуляв не одну пару. В перерыве, увидев свою свиту, опомнилась и побежала творить для них чудо-спецовку. Пробраться на склад не удалось, пришлось полагаться на фантазию. Уже через секунду передо мной лежали девять нежно-розовых топов, расшитых блесками и кое-где стразами, а также ярко-розовые юбки.
Антария отказалась участвовать, ссылаясь на природное отсутствие пластичности. Думаю, она передумает, увидев такую чудесную форму. Тем более, к ее белокурым волосам розовый цвет подходит как нельзя кстати. Себе я наколдовала короткое платье немного другого оттенка, чтобы, как всегда, отличаться от своих копий. Как только собралась уходить, услышала позади громкие хлопки.
— Браво, я рад, что наше общение пошло на пользу. Теперь ты умеешь создавать одежду не только себе, но и другим, — язвительно проговорил появившийся Оливер. Он являл из себя малоприятное зрелище, но сбежать от величайшего колдуна не удастся.
— Что тебе нужно? — спросил за меня страх вперемешку с ненавистью.
— Я предупреждал, что скоро придется вернуть долг. Так вот, начнем с клеветы. Сейчас, отдавая форму своей свите, ты вскользь упомянешь о несправедливом отборе в команду по водному регби.
— Не понимаю…
— Речь о незаконных перемещениях по водному полю во время игры, — продолжил Оливер, перебив мой вопрос.
— Но я ничего об этом не знаю, — до сих пор не осознавала, к чему клонит Нумибус.
— А мне кажется, ты все уже давно поняла, — усмехнулся негодяй. Предательские слезы снова брызнули по вине бывшего помощника.
— Нет, я не буду предавать Роланда! — закричала во все горло, словно крик помог бы расправиться с несправедливостью.
— Это еще не предательство, дорогуша, а всего лишь клевета, — заметил Оливер, продолжая ехидно улыбаться.
Глава 28. Кассандра
Я плакала навзрыд в объятиях убийцы. Луций всегда был для меня воплощением добра и света, а это оказалось ложью. Мою душу захватило чувство, что в мире не осталось ничего хорошего. Нет ни одного безопасного места, ни одного человека, которому можно доверять.
— Диана, пожалуйста, успокойся и выслушай меня, — умолял анимаг.
Мое тело дрожало, наполненное бессилием, и не могла даже оттолкнуть от себя преподавателя. Луций взял мое лицо в ладони и с мольбой взглянул в глаза, стараясь через них поговорить напрямую с сердцем. Он тоже плакал, в последний раз видела его слезы после смерти Хрустика. Но тогда это были рыдания ребенка, а сейчас немой плач взрослого мужчины.
— Умоляю, позволь мне рассказать, — попросил профессор, и я кивнула.
Теперь ничего не будет как прежде, счастливые дети из прошлого навсегда остались там. Я и сама планировала причинить вред Аварусу и даже убить, какое право имею осуждать Луция?
— Во время экспедиции в Знойной Долине наша группа наткнулась на лагерь браконьеров, они истребляли махайродов, саблезубых тигров, ради драгоценных клыков. Мы пытались уладить вопрос миром, но они были настроены враждебно, достали оружие, и нам пришлось применить силу. Я не оправдываю этот поступок, но хочу, чтобы ты знала, как все произошло, — рассказал преподаватель, и я ему поверила. Возможно, в будущем придется поплатиться за наивность, но сейчас ощущала именно это.
— А животных ты убивал? — задала вопрос.
— Нет, анимаги, наоборот, стараются установить с животными доверительную связь, — заверил Луций и погладил меня по щеке, вытирая слезы, — я не наврежу тебе, Диана, обещаю.
— Не называй меня так, теперь я Кассандра, — напомнила приятелю.
А что будет, если я убью Аваруса? Как буду себя чувствовать, смогу ли жить с осознанием, что теперь являюсь убийцей? Каким животным стану? Не поселится ли тьма в моей душе навсегда? Мне хотелось задать эти вопросы Луцию, но промолчала. Должно пройти время, чтобы снова смогла ему довериться.
В последние дни «Сладости и радости» ломились от посетителей, всему виной чемпионат по водному регби. Спортсмены из других королевств приехали в наше, чтобы готовиться к турниру. Мне такое скопление людей было не по душе: хоть они и оставляли приличные чаевые, за это приходилось выслушивать скверные шуточки. Наша нелепая форма никому не давала покоя.
— Можно мне прокатиться на твоем воздушном облачке? — лыбился коренастый парень с другими такими же тупоголовыми бизонами.
— Еще одно слово в ее адрес и отправишься на небеса кататься на облачках, — вместо меня на похабную реплику отреагировал Ирис, восседая с Пегасами за любимым столиком.
— Хотите, чтобы мы наделали вас еще до турнира? — усмехнулся лидер амбалов.
— Говорят «уделали», болваны. Наделать вы можете в свои штанишки, — парировал Нарцисс.
— Кажется, они уже. Чувствуете гнусный запашок? — поморщился Роланд и помахал ладонью у носа.
Каждый день в кондитерской происходили такие перебранки между соперниками. Скорее бы прошел чемпионат, и работа вернулась в прежнюю колею.
— Кассандра, постой! Надо поговорить, — обратился ко мне Ирис, когда обслужила столик спортсменов и отправилась дальше по делам.
Ждать я, естественно, не собиралась, поэтому отправилась на кухню за заказом. Но обернулась, услышав позади себя топающие звуки: Нарцисс изображал бег в замедленном темпе.
— Поо-го-диии, Кассандраааа! — растягивая каждый слог, медленно проговорил старшекурсник.
— Что ты делаешь? — спросила я, смотря на него, как на умалишенного.
— Бегаю за Кассандрой — мое привычное состояние, — пожал плечами Ирис.
— Избавь меня уже от своего паясничества.
— Разве оно тебе не в радость? — усмехнулся парень, — Я же тебе нравлюсь.
— Конечно, нет! Головой что ли ударился? — возмутилась я.
— Ты целуешь всех, кто тебе не нравится?
— Это была Будка поцелуев.
— Можно любое место представить Будкой поцелуев, — сказал старшекурсник и взял меня за руку, которую я сразу же вырвала.
— Практикуй свои приемчики на другой, а от меня отвяжись. Ясно, Нарцисс?
