оттенок, но по ним было видно, что когда-то они были нежно-фиолетовыми или синими. Сафия подняла на него взгляд:
– Когда-нибудь слышал про свинчатку?
– Нет, – честно признался Экон. – Но предполагаю, что это она?
Сафия кивнула.
– Я нашла ее, когда сегодня перебирала лишние вещи, – пояснила она. – И у меня появилась идея. Тебя ждет краткий курс ботаники.
– Я люблю учиться.
– Гляди, свинчатка выглядит довольно мило даже в сушеном виде, – сказала Сафия. – Еще у нее приятный запах, так что на юге благородные дамы украшают ей комнаты. – Она подняла палец. – К несчастью, у свинчатки есть еще одно свойство: она крайне ядовита – достаточно дотронуться, чтобы появилась ужасная сыпь, которая расползется по всему телу.
Экон быстро отдернул палец, который был уже в нескольких сантиметрах от лепестков.
– О, можешь и потрогать. – Сафия ухмыльнулась. – Я собираюсь засыпать тебя ими.
– Что? – Экон непонимающе посмотрел на нее. – Ты же сказала, что она вызывает сыпь!
– И появляются оспины, – улыбаясь, продолжила Сафия. – А именно это нам сегодня утром и пригодится. – Экон по-прежнему смотрел на нее с непониманием и ужасом, так что она объяснила: – Мы сделаем вид, что у тебя и Тэмбы – тяжелый случай леопардовой оспы.
– Леопардовой оспы? – переспросил Экон.
– Эта болезнь часто встречается в отдаленных районах Замани, – ответила Сафия. – Ее так называют, потому что на коже больного остаются пятна, как у леопарда. Известно, что она очень заразна.
Экон плотно сжал губы.
– Прости, я не понимаю.
– Когда мы натрем тебя свинчаткой, вы с Тэмбой сядете в одну из повозок нашего каравана, – сказала Сафия. – Мы замотаем вас бинтами, а когда Сыны Шести захотят вас осмотреть, мы скажем, что вы больны.
Экон поднял бровь.
– И ты думаешь, этого будет достаточно, чтобы они не стали выяснять, кто мы?
Сафия улыбнулась еще шире:
– Не думаю. Знаю.
– Почему?
В глазах Сафии промелькнул озорной блеск.
– Потому что мы обязательно упомянем, что леопардовая оспа не только оставляет следы на теле, но и вызывает неприятные последствия для определенных частей тела. – Она многозначительно посмотрела на него: – Для тех частей тела, о которых мужчины очень переживают.
– О. – Экон помрачнел. – Погоди, это правда?
– Надеюсь, тебе не придется это проверять, – сказала Сафия так радостно, что Экон почувствовал себя неуютно. – И я думаю, что Сыны Шести тоже не захотят рисковать.
Экон откинулся назад. Он был одновременно возмущен и впечатлен. Похоже, это был хороший план.
– Сыны Шести ценят мужественность, – проговорил он. – Они никогда не станут делать что-то, что требует… рискнуть ей.
– Именно.
– Ладно. – Экон вздохнул. – Так, и что нужно делать?
* * *
Тэмба вскоре присоединилась к ним в задней комнате, и Сафия объяснила план и ей. Старуха рассмеялась, когда она упомянула эффекты леопардовой чумы, но сама идея ей, похоже, понравилась. Когда Табо заглянул в комнату, чтобы сказать им, что мулы и повозки готовы, Экон напрягся.
– Так, пора обработать вас свинчаткой, – сказала Сафия. Она взяла сухие лепестки, которые показывала Экону раньше, и растерла их в ступке до состояния серой пасты. – Обещаю, будет не так уж мерзко. Слегка неприятно, но, как только мы выберемся из Лкоссы и намажем вас противоядием, чесотка пройдет.
– Давайте меня первую. – Тэмба закатала рукава туники и села перед Сафией. Экон смотрел, как Сафия обмакнула в ступку маленькую щеточку, а затем аккуратно нарисовала крошечные точки на руках, ногах и лице Тэмбы.
– Как оно? – спросил он, пока Сафия была занята делом.
– О, определенно неприятно, – сказала Тэмба, нахмурившись. – Но не невыносимо.
Сафия протянула Тэмбе кусок ткани, а затем повернулась к Экону:
– Твоя очередь.
Тэмба ушла собирать вещи, а Экон уселся на полу вместо нее. Он старался оставаться неподвижным, когда Сафия начала наносить пасту на его лицо, но как только щеточка коснулась кожи, ему захотелось сжаться. Когда Тэмба сказала, что это неприятно, она явно преуменьшила – казалось, будто по коже маршируют муравьи.
– Извини, – сказала Сафия с совершенно невинным видом.
– Нормально. – Экон забарабанил пальцами по коленям, стараясь сосредоточиться на цифрах, а не на том, как тело заполняет нарастающий дискомфорт.
Раз-два-три. Раз-два-три. Раз-два-три.
– Встань, чтобы я смогла заняться ногами, – попросила Сафия, как только закончила с лицом. Экон встал. Пальцы продолжали барабанить, теперь по бедру, и кожа чесалась все сильнее. Сафия нарисовала несколько точек на колене и подняла взгляд.
– Ты всегда так барабанишь пальцами?
Экон покраснел:
– Ох. Да. Извини.
Сафия озадаченно свела брови.
– Почему ты за это извиняешься?
– Это… – Экону пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не поежиться, и этот дискомфорт не имел никакого отвращения к свинчатке. – Просто так делаю. Я понимаю, это странно.
На мгновение Сафия перестала рисовать точки и посмотрела на Экона. Ее лицо скривилось.
– Каждое утро первое, что я делаю после пробуждения – дважды заплетаю волосы. Дважды. Даже если я идеально сделаю это в первый раз. Все равно расплетаю и делаю заново. Если я этого не делаю, то чувствую… – Она замолчала. – Странно – понятие относительное, Окоджо.
Экон не знал, как лучше всего на это ответить, и к тому моменту, когда открыл рот, Сафия уже поднялась на ноги. Она протянула ему кусок ткани – такой же, какой выдала Тэмбе.
– Подожди несколько минут, а потом сотри пасту, – сказала она. – Она сойдет, а сыпь останется.
Экон кивнул. Ему по-прежнему казалось, что он должен что-то сказать в ответ на признание Сафии о косах, но он не мог подобрать слов.
– Хм, я…
– Увидимся снаружи.
Не говоря больше ни слова, она вышла.
* * *
Экону еще никогда в жизни не хотелось почесаться так сильно.
К тому моменту, когда караван Компании был готов тронуться в путь, Экон был готов вылезти из собственной кожи. Сафия была права насчет ткани – паста из свинчатки стерлась с кожи без проблем, но оставшаяся сыпь была невыносима. А еще на него намотали бинты, чтобы изобразить, будто его лечат. Ему хотелось кричать.
– Идем. – Ано жестом подозвала его, Тэмбу и Абеке. – Вы трое сядете в последнюю повозку.
Экон вышел на улицу следом за Ано, морщась на каждом шагу. Они прошли по тому же переулку, где Табо схватил их прошлой ночью, а затем свернули на чуть более широкую боковую улицу. Там стояли три крытые повозки, соединенные друг с другом и запряженные четырьмя крупными мулами.
– В первой повозке наши специи, – объяснила Ано. – Вторая для трав, а в третьей мы обычно храним еду, воду и личные вещи. Там и расположитесь вы трое.
Следом за Абеке и Тэмбой Экон забрался в третью повозку, как и было сказано. Несколько минут прошло в относительной тишине, а потом он услышал, как Ано приказала выезжать. Экон ощутил толчок, когда караван тронулся с места. Пальцы снова забарабанили.
Раз-два-три. Раз-два-три. Раз-два-три.
– Расслабься, парень. – Абеке, сидевшая напротив, посмотрела на него с насмешкой. – Все будет в порядке.
– Как Компания каждый раз выезжает из Лкоссы, не платя налогов? – спросил Экон, пытаясь отвлечься от чесотки. – Караван из трех повозок
