трудно не заметить.
– Ано обеспечивает это, – объяснила Абеке. – У нее есть знакомый мастер подделок, и он изготавливает документы на экспорт наших товаров в обмен на долю от прибыли. В сегодняшних бумагах говорится, что нас девятеро, а не семеро, как бывает обычно. Если все пройдет гладко, она просто покажет эти бумаги стражам у южных ворот и мы поедем дальше.
– Звучит легко, – сказал Экон. И про себя добавил: слишком легко.
* * *
Ехать через Лкоссу до главных ворот было приятнее, чем ожидал Экон, но ненамного. Потоки дождя сделали дороги грязными и мягкими, поэтому пассажиры ощущали каждую ямку и каждый камень, когда повозка проезжала по улицам. Когда караван наконец остановился, он выглянул через щель в тенте.
Стало ясно, что они доехали до ворот Лкоссы – дорога была плотно забита людьми. Экон уже чуял неприятную смесь запахов – испорченные продукты, экскременты животных, пот, покрывавший тела тех, кто давно здесь ждал. По крайней мере, ему было что считать. Он начал с повозок и вскоре насчитал тридцать две – столько ему было видно. Он считал мулов, когда заметил, что сквозь толпу пробирается худой лысый мужчина. В отличие от всех остальных, он удалялся от ворот, а не приближался к ним. Экон сообразил, почему обратил на него внимание – это был участник Компании, вроде бы его зовут Боседа. Экон увидел, как он остановился у первой повозки каравана, видимо, чтобы поговорить с Ано, а затем подошел к ним. Экон едва успел развернуться, когда Боседа забрался внутрь.
– Плохие новости, – сказал он. – Произошел несчастный случай, повозки двух фермеров столкнулись прямо у ворот. Из-за этого тут такой огромный затор. Сыны перенаправляют всех к малым воротам, в километре отсюда.
Экон настороженно выпрямился.
– Что это означает?
– Надеюсь, ничего, – ответил Боседа. – Мы следуем исходному плану, но в другом месте. Пока что мы просто развернем повозки и двинемся в нужном направлении. Оставайтесь на местах. – Он исчез, не говоря больше ни слова, и через несколько минут караван снова пришел в движение. Абеке вздохнула, а Экон переглянулся с Тэмбой.
Это сработает, – сказал он себе. – Это хороший план. Он сработает. Должен сработать.
Он рискнул еще раз выглянуть сквозь щель в тенте и увидел, что они приближаются ко вторым, меньшим воротам. Даже отсюда он мог разглядеть ярко-синие униформы Сынов Шести – похоже, двое стояли с каждой стороны ворот. Караван остановился, Экон – не обращая внимания на предупреждающий взгляд, который бросила на него Тэмба – встал и перешел в переднюю часть повозки, пытаясь разглядеть, что происходит. У него пересохло во рту.
К каравану подошли два человека, и Экону они оба были хорошо знакомы. Один был круглый и низкий, второй – высокий и мускулистый; на одном был длинный синий балахон, на другом – стандартная туника Сынов Шести. Легкие Экона сдавил холодный как лед страх, когда он увидел, как Кухани и Камау, его старший брат, остановились перед первой повозкой. Он был слишком далеко, чтобы расслышать их голоса в общем шуме; он только видел, как Табо – а не Ано – вышел из первой повозки и протянул им документы на вывоз товаров. Экон невольно восхитился вниманием к деталям – храм с меньшей вероятностью будет придираться к группе путешественников, если их предводитель – мужчина. Камау без особого интереса взял бумаги, бегло просмотрел их и кивнул. Кухани, похоже, ими даже не заинтересовался. Вместе с Табо он подошел к первой повозке. Табо откинул тент первой повозки, затем второй. Когда он показал на третью, лицо Камау исказило отвращение. Каждая секунда тянулась словно столетие, Экон ждал, а потом…
Камау отошел и махнул рукой, приказывая им проезжать.
Экона окатила волна облегчения, когда Табо вежливо кивнул Камау и Кухани, а затем забрался в первую повозку. Он хлестнул мулов, и караван снова пришел в движение.
– Это было необычно. – Как и Экон, Абеке выглядывала сквозь щель в тенте, наблюдая за происходящим. – Кухани нечасто появляется у городских ворот.
Экон крепко сжал губы. Он наверняка знал, почему Кухани появился здесь. Это из-за меня. Они здесь из-за меня.
Он знал, что его разыскивают Сыны Шести, но не догадывался, что все настолько серьезно и Кухани сам приходит к городским воротам. Камау пропустил их без особых придирок, но адреналина в крови Экона по-прежнему было предостаточно. Близко, слишком близко.
– Мы почти у ворот, – сказала Абеке. – Слава богам, тогда вы сможете стереть эту…
– Стоять!
Экон застыл, как и Тэмба, а Абеке широко открыла глаза. На этот раз все трое слегка приподняли края тента, чтобы увидеть, что происходит. Экон присмотрелся, и у него упало сердце.
Какая-то его часть не удивилась, увидев, что перед первой повозкой их каравана стоит Шомари, подняв руки. Другая его часть была в ужасе. Шомари, с которым он когда-то проходил испытание, держался с уверенностью и бахвальством, типичными для недавно посвященных Сынов Шести – он напружинил грудь, с важным видом поднял подбородок, глядя, как Табо снова спускается из первой повозки. Экон попытался расслышать, что они говорят.
– Господин, какие-то проблемы?
– Мне нужно увидеть ваши бумаги. – Глаза Шомари жестко блеснули. – Ваш караван считается большим, и мне нужно убедиться, что у вас все в порядке.
– Разумеется. – Табо снова достал документы, которые принесла Ано сегодня утром. Шомари изучил их куда более тщательно, чем Камау. Затем он поднял взгляд.
– Что у вас в третьей повозке? В документах написано «разное».
У Экона похолодела кровь. Нехорошо, нехорошо, нехорошо. Это было очень нехорошо.
– Там несколько человек из нашего каравана, – сказал Табо. – Они больны, поэтому едут отдельно от остальных.
Шомари поднял брови:
– Больны?
– Леопардовая чума, – приглушенным голосом произнес Табо. – Не знаю, случалось ли у вас, но выглядит не очень. Оставляет пятна и еще кое-какие… неприятные симптомы.
Сквозь щель в тенте Экон увидел, как Шомари нахмурился еще сильнее.
– Не повезло вам, – сказал он. – Но все равно мне нужно проверить.
Экон содрогнулся всем телом от неприкрытой паники. Им некуда было бежать, не было никакого выхода – только через переднюю часть повозки. Если они попытаются выбраться сейчас, их заметят. Он услышал, как рядом ахнула Тэмба. Рука Абеке скрылась в складках туники.
– Что ты делаешь? – прошептал Экон.
– Тихо, парень.
Взгляд Экона снова метнулся к Шомари. Теперь он шел к ним, все так же мрачно нахмурившись. Когда ему оставалась всего пара метров, кто-то спрыгнул со второй повозки, пытаясь перехватить его. Сафия.
– Господин, – сказала она нарочито милым голосом. – Пожалуйста, проявите немного сострадания, эти люди очень больны…
Шомари протолкнулся мимо нее. Ужас поднялся к горлу Экона. Он смотрел, как Шомари подходит все ближе. Двенадцать шагов, одиннадцать, десять…
Кто-то схватил его за рукав туники и дернул. Тэмба. Она свирепо взглянула на него.
– Ложись и отвернись
