него, охваченная паникой, и дико мотаю головой из стороны в сторону. Я ни за что не вылезу из этого окна.
Он наклоняется и приближает свой рот к моему уху.
— Мои люди у ворот видели, как въехали четыре бронированные машины. Полиция нашла нас. Нужно сбежать, и это единственный выход. Мои люди оставили для меня машину под этим балконом, и мы должны идти.
Качаю головой.
— Я не могу, — шепчу я.
Его глаза опасно сужаются.
— Ты должна.
— Я не могу.
Он трясется от ярости, когда его пальцы сжимают мою шею сзади.
— У нас нет времени. Дискуссия окончена. Ты сделаешь это, или я вырублю тебя, понесу на себе, а когда проснешься, устрою наказание всей твоей жизни, поняла?
Я так сильно дрожу, что у меня стучат зубы. Он притягивает меня к своей груди и быстро обнимает так крепко, что я не могу дышать.
— Ты не упадешь, Клэр. Я буду защищать тебя.
Я верю ему. Приходится.
Я киваю, дрожа подхожу к маленькому столику под окном. Осторожно взбираюсь на него, и он раскачивается подо мной. Она ни за что не выдержит даже половины его веса.
— Как ты…
Не говоря ни слова, он встает на край ванны, упирается ладонями в кафельный выступ под окном и подтягивается. Я смотрю, но недолго, потому что, как только он оказывается наверху, то открывает окно и выходит прямо наружу. Откинувшись назад, он протягивает ко мне руки, и, прежде чем я успеваю подумать дважды, он тащит меня, вытаскивает на выступ вместе с собой.
О боже. О боже. Звезды мерцают в глубокой синеве ночного неба. Здесь красиво и великолепно, так открыто и свободно. Я хнычу и отворачиваюсь от зияющего тротуара, который находится в милях под нами.
— Залезай мне на спину, — рявкает он. Он опускается на одно колено и наклоняется, подставляя мне широкую спину. Не говоря ни слова, я забираюсь на него, обвиваю руками его шею и прижимаюсь к нему всем телом. Шмыгаю носом, слезы текут по щекам от страха, но я нетерпеливо смахиваю их, когда он приседает, как пружина, и мы прыгаем.
Крик вырывается из моих легких прежде, чем я могу остановить себя, потребность в тишине забыта, но ночной воздух и ветер быстро поглощают звук. Мы приземляемся с тяжелым стуком, он сбрасывает меня вниз, затем тащит к узкой пожарной лестнице с балкона.
Я едва оправилась от шока и испуга, когда слышу звуки выстрелов.
Вместо того чтобы убежать, Константин смотрит в сторону источника этого звука, прищурившись.
— Быстрее, Клэр. Они видели нас.
Пожарная лестница стонет под нашим весом, раскачиваясь из стороны в сторону. Яркие огни заливают ночное небо, освещая лестницу и ослепляя меня.
— Стоять! Полиция! Замрите, или мы стреляем.
— Продолжай двигаться, — рычит он. — Они слишком далеко, чтобы остановить нас.
Под нами ждет заведенная машина.
— Прыгай! Я тебя поймаю.
Замираю. Мы на высоте двух этажей над землей. Он хочет, чтобы я прыгнула?
Что?
С удивительной грацией он спрыгивает с балкона и приземляется на землю, как пантера.
— Прыгай!
Он протягивает ко мне руки. О боже мой.
Раздается выстрел, и пожарная лестница звенит прямо у меня над головой. С испуганным криком я подпрыгиваю. Мне кажется, я закрываю глаза. Не смотрю, куда лечу, но через долю секунды падаю в его объятия. Он даже не теряет равновесия.
Дверца машины открывается, мы запрыгиваем внутрь и трогаемся с места.
Глава 15
Константин
Я запихиваю Клэр на заднее сиденье машины Юрия. Он нажимает на газ до того, как задняя дверь за нами закрывается. Несколько пуль пробивают боковую панель, громко, как фейерверк внутри консервной банки.
— Ааа! — Клэр визжит, вероятно, в нее никогда раньше не стреляли.
— Не волнуйся, — добродушно говорит Юрий. — Я ее подлатал, теперь она почти пуленепробиваемая.
— Почти пуленепробиваемая? — Клэр пищит, ничуть не успокоившись.
— Конечно, — говорит Юрий. — Дает больше шансов, что они не попадут.
— Насколько больше?
— Мм… пятьдесят на пятьдесят.
— Пятьдесят на пятьдесят?!
Еще одна струя пуль атакует заднюю часть машины, как разъяренные шершни. Юрий сворачивает за угол, едва не задевая припаркованные вдоль улицы машины.
Полицейские с визгом едут за нами, с устрашающими сиренами. Обе машины черные, едва выделяются на фоне ночи.
— Ты это видишь? — бормочу я Юрию.
— Да, — говорит он. — И они не так осторожны в стрельбе.
— Что это значит? — требует Клэр, широко раскрыв глаза.
— Это означает неприятности в раю, — говорю я ей. — Может, твой отец и сказал шефу Парсонсу быть осторожным с его дочерью, но он, черт возьми, не сильно старается. Валенсия и Парсонс сотрудничали, чтобы засадить меня в тюрьму. Сейчас — не так сильно.
Заднее ветровое стекло разлетается вдребезги. Клэр пригибается, осколки стекла рассыпаются по ее волосам, как бриллианты. Я смахиваю их, не боясь порезаться.
— Хочешь сказать, что Парсонс не против меня подстрелить? — спрашивает она.
Я вижу шок на ее лице.
Она лично знакома с начальником полиции. Он присутствовал на вечеринке по случаю ее дня рождения. Вероятно, он шутил и смеялся вместе с ней. Может, даже называл ее одним из милых дурацких прозвищ.
А неделю спустя ему плевать, если ее вместе со мной и Юрием.
Он не потеряет ни минуты сна, пока доказательства всего этого фиаско умрут вместе с нами.
— Никогда не бывает приятно узнавать, кто твои настоящие друзья, — говорю я ей.
Это случалось со мной слишком много раз.
С другой стороны, я знаю, кому могу доверить свою жизнь. Это короткий список, но он чрезвычайно ценен для меня. Юрий, например. Как я сказал Клэр, я бы отдал свои легкие в буквальном смысле в его руки на хранение и ни минуты не волновался.
Неосознанно маленькая рука Клэр прокрадывается в мою.
Она хочет чувствовать себя защищенной, пока человек, который должен сохранять жизни граждан, пытается снести ее голову с плеч.
Я крепко сжимаю ее руку, молча давая понять, что никогда не позволю этому случиться.
— Сейчас нужно поменять машину, — ворчит Юрий, выворачивая руль вправо, заезжая в переулок.
Мои братья Царь и Римо уже ждут. Как только наша машина проезжает, они вытаскивают мусорный контейнер в переулок. Полицейские машины резко тормозят, их двери распахиваются. Еще один залп пуль попадает в мусорку, но им это не поможет — контейнер застрял в переулке, как пробка в бутылке. Копы не смогут проехать, придется объезжать. Я слышу, как они ругаются, забираются обратно в свои машины, поспешно дают задний ход.
Я уже сажаю Клэр на заднюю часть спортивного
