моем тоне или выражении лица убедило гвардейца. Он снова активировал артефакт, на этот раз для связи, судя по всему, с кем-то внутри дворца. После короткого разговора он кивнул.
— Следуйте за мной. Его Величество примет вас через пятнадцать минут в Малахитовом кабинете. Ваш сопровождающий должен остаться здесь. И попрошу без резких движений.
Виктор бросил на меня вопросительный взгляд. Я кивнул — все в порядке, и последовал за гвардейцем через анфиладу роскошных залов. Дворец жил своей жизнью: чиновники спешили с бумагами, придворные шептались о чем-то в укромных уголках, слуги деловито сновали туда-сюда.
Малахитовый кабинет получил свое название, благодаря отделке стен редчайшим уральским камнем. Изумрудные панели, искусно подобранные так, что узоры на них создавали ощущение живого леса, переходили в потолок, украшенный лепниной и фресками мифологических сюжетов. Рабочий стол императора — массивный, из красного дерева — был завален документами, а за ним, в высоком кресле сидел сам Алексей Сергеевич Романов.
Император выглядел уставшим, но его глаза сохраняли живой блеск. Когда я вошел, он отложил какие-то бумаги и жестом отослал секретаря.
— Законник Темников, — голос императора был сдержанным, но в нем чувствовалась скрытая сила. — Что за дело такое спешное, что оно не может ждать до утра?
Я склонился в коротком, но почтительном поклоне.
— Ваше Императорское Величество, прошу прощения за такое внезапное вторжение. Но то, что я обнаружил, требует немедленного вмешательства. Дело касается вашего поручения относительно рода Корниловых.
Император указал на стул напротив.
— Говорите.
Следующие полчаса я излагал всё, что мы с Виктором обнаружили. Рассказ начался с первых подозрений, их странных связей с Англией и пропавших ученых. Затем я перешел к недавним событиям: поездке в Тяглино, проникновению в усадьбу и обнаруженным там ужасам.
— Мы нашли лабораторию, где проводятся бесчеловечные эксперименты над людьми, — мой голос оставался ровным, но от воспоминаний поднималась злость. — Стеклянные резервуары с измененными телами, какие-то чудовищные медицинские приборы. И документы, множество документов, доказывающих, что Корниловы создают не просто лекарства, а пытаются вывести особую разновидность людей с выдающимися физическими и магическими способностями.
Император слушал, не перебивая. Его лицо оставалось непроницаемым, лишь глаза постепенно темнели, словно грозовое небо.
— Было упоминание проекта под названием «Феникс», — продолжил я. — Судя по всему, сейчас он находится в третьей фазе. Подготовка к массовому производству этих улучшенных людей, несмотря на массу побочных эффектов. То есть для них люди — не более чем расходный материал.
— И вы утверждаете, что в этом замешана Англия? — наконец спросил император, когда я сделал паузу.
— Да, Ваше Величество. Я лично слышал разговор о сделке с Британской Короной. Кроме того, в документах упоминались иностранные источники финансирования. Конечно, вещественных доказательств немного, лишь ряд документов, что удалось взять с собой из лаборатории.
— А что с пропавшими учеными?
— Они, действительно, там. В отчетах упоминались Климов, Алехина, Вершинин, Зотов и недавно похищенный Свердловский. Мы не смогли их найти — скорее всего, их держат в подвалах западного крыла, куда нам не удалось проникнуть.
Император встал и подошел к большой карте империи, висевшей на стене. Его пальцы медленно скользили по поверхности, словно прослеживая невидимые связи.
— Насколько масштабна эта операция? — спросил он, не оборачиваясь.
Тут я сосредоточился, вызывая в памяти увиденные документы. Перед глазами всплыли схемы, списки, координаты. Память юриста, да еще усиленная местной магией, — благословение и проклятие одновременно.
— Помимо лаборатории в Тяглино обнаружены упоминания еще о четырех объектах, — я подошел к карте и указал точки. — В окрестностях Выборга, лаборатория под руководством некоего профессора Крылова. Занимается адаптацией организма к экстремальным условиям. В Новгородской губернии испытательный полигон, где проверяют физические возможности объектов. В Псковской губернии — санаторий для восстановления после экспериментов. И, наконец, на Карельском перешейке — хранилище образцов и архив исследований.
Император повернулся ко мне, в его взгляде мелькнуло удивление.
— Вы запомнили все это с одного взгляда?
— Работа в Бюро и не такому научит, Ваше Величество.
Алексей Сергеевич кивнул, словно получил подтверждение чему-то давно известному. Он вернулся к столу и нажал скрытую кнопку. В стене открылся потайной шкаф, откуда император достал странный прибор, в виде шкатулки с кристаллом связи.
— Знаете, Темников, — начал он, настраивая устройство, — я давно подозревал что-то подобное. Не конкретно Корниловых, но то, что в империи действует организация, преследующая собственные цели. Слишком много странных совпадений, слишком много неожиданных смертей ключевых фигур.
Он активировал прибор, и в воздухе возникло полупрозрачное изображение — схематичная карта империи с мерцающими точками.
— Четыре месяца назад пропал один из моих агентов, расследовавший подобное дело. Последнее, что он передал — неясные намеки на эксперименты с истинными словами «Жизнь» и «Разум». Ваши находки подтверждают его опасения.
Точки указывали ровно на те места, что указал я. Но неужели это проигнорировали и не послали никого разведать? Император выключил прибор и в упор посмотрел на меня:
— Вот что, Законник. У нас нет времени на формальности. Если всё так, как вы говорите, заговорщики уже знают о вашем визите в Тяглино и заметают следы. Они уничтожат доказательства, перевезут ученых, сделают всё, чтобы мы не смогли их найти.
Он достал из стола золотой медальон с императорской печатью.
— Этим я наделяю вас чрезвычайными полномочиями. Вы можете использовать все необходимые ресурсы империи для расследования этого дела и пресечения деятельности заговорщиков. Включая военные подразделения, Судебное Бюро и расходы из казны. Но помните — каждое ваше действие отражается на авторитете короны.
Я принял медальон, ощущая его тяжесть не только в руке, но и на плечах.
— Благодарю за доверие, Ваше Величество.
— Не благодарите раньше времени, — глаза императора сузились. — Есть еще кое-что, о чем вы должны знать. Заговор такого масштаба не мог существовать без поддержки кого-то из высших кругов власти.
— Вы подозреваете кого-то конкретно, Ваше Величество? — посмотрел я на Алексея Сергеевича.
— У меня есть мысли, но без доказательств даже я не могу делать выводов, — ответил император. — Потому и поручаю это дело вам, Законнику. Вы не связаны придворными условностями и сравнительно недавно в столице, чтобы не иметь глубоких личных привязанностей, которые могут повлиять на вас.
Он вернулся к столу и взял лист бумаги.
— Я дам вам карт-бланш на операцию по нейтрализации этой угрозы. Но помимо уничтожения лабораторий и спасения ученых, есть еще одна задача.
Император написал что-то на бумаге и запечатал личной печатью:
— Исследования Корниловых, каким бы путем они ни были получены, могут иметь стратегическое значение для империи. Необходимо сохранить все научные данные, которые вы сможете обнаружить. Главное, чтобы они не достались нашим противникам.
Я принял
