взлет, слишком много странных совпадений. Но чтобы такое… — он покачал головой. — Что конкретно планируешь делать?
Я развернул на столе карту, отметив четыре точки — предполагаемые локации лабораторий Корниловых:
— Нужно ударить по всем объектам одновременно, чтобы они не успели предупредить друг друга. Для этого формируем четыре группы, каждая под командованием проверенного человека.
Соколов задумчиво потер подбородок:
— Хм, интересно. А кого планируешь привлечь в качестве командиров?
— Тебя, Виктора, Левински, а четвертую группу возглавлю сам. Важно, чтобы в каждой группе был хотя бы один сильный маг, способный справиться с охранными системами и возможным сопротивлением.
— Левински на выезде, — нахмурился Соколов. — Но должен вернуться к утру. А что насчет принцев? Они знают о твоих планах?
Я покачал головой.
— Только император. И до начала операции пусть так и останется. Слишком высоки ставки, чтобы рисковать утечкой информации. Я даже не хочу привлекать ресурсы Михаила Алексеевича. Не то, чтобы я ему не доверял, но зная его излишний патриотизм и тягу к справедливости, к утру вся армия будет стоять на ушах.
Соколов понимающе кивнул:
— Разумно. Но нам понадобится поддержка. Ты же знаешь, как работает бюрократия — даже с императорским указом без связей можно увязнуть в согласованиях.
— У меня есть идея, — я достал из кармана серебряный значок Законника и золотой медальон, выданный императором. — С этими регалиями можно миновать большинство формальностей. А ресурсы… есть один надежный источник.
Следующие несколько часов мы провели в подготовке. Наставник активировал свои каналы связи, вызывая проверенных агентов и бойцов. Я составлял детальные планы операций, учитывая особенности каждого объекта. Виктор отправился за оружием и специальным снаряжением.
К рассвету основные приготовления были завершены. В просторном конференц-зале Судебного Бюро собрались около сорока человек — костяк будущих оперативных групп. Уставшие, но собранные лица, внимательные взгляды, сдержанные движения — лучшие из лучших, кого можно было привлечь в такой короткий срок.
Ярослав Левински, только что вернувшийся с задания, с неизменными закрученными усами; несколько следователей, с которыми мне доводилось работать ранее; даже пара магов из отдела ликвидации, привлеченных, судя по всему, Андреем Павловичем. А ведь они подчиняются непосредственно Воронцову. Неужели глава Бюро тоже в курсе.
— Господа, — начал я, обводя взглядом присутствующих, — благодарю всех за оперативность. Времени на долгие объяснения нет, поэтому перейду сразу к делу.
Я кратко обрисовал ситуацию, описал обнаруженную лабораторию в Тяглино и предполагаемые локации других объектов. Затем разделил присутствующих на четыре группы, назначив командиров и обозначив задачи.
— Наша цель — ликвидация незаконных лабораторий, освобождение пленных ученых и сбор доказательств для последующего расследования. Действовать нужно решительно, но помните: мы не каратели, а представители закона. Бессмысленной жестокости не нужно. И да, все важные документы и возможных свидетелей — в Бюро. Андрей Павлович, вы же не против?
— Место точно найдется, — усмехнулся Соколов.
Я разложил на столе четыре папки с детальными планами операций, которые составил на основе воспоминаний.
— Группа Андрея Павловича отправляется в окрестности Выборга. Группа Левински — в Новгородскую губернию. Группа Виктора — в Псковскую губернию. Моя группа — на Карельский перешеек, где предположительно находится центральный архив исследований. Координация через специальные артефакты связи, которые выдаст господин Соколов.
Последовали технические детали: способы проникновения, частоты для связи, правила взаимодействия. Особое внимание я уделил безопасности операции:
— Помните: судя по тому, что мы видели, противник не только хорошо вооружен, но и располагает экспериментальными магическими технологиями. Будьте предельно осторожны и не рискуйте без необходимости.
Ярослав Левински, потирая закрученные усы, поднял руку.
— А что с местными властями? Не создадут проблем?
— У нас есть императорский указ, — я продемонстрировал золотой медальон. — Сделаю оттиски. Любое препятствование будет рассматриваться как государственная измена. Но по возможности, действуйте деликатно и, не привлекая внимания. Нам не нужен лишний шум. Чем меньше людей узнает об операции, тем успешнее она пройдет.
Когда все детали были согласованы, группы приступили к финальным приготовлениям. Оружие проверялось, артефакты калибровались, последние наставления отдавались в тихих разговорах.
Я отозвал Виктора в сторону.
— У меня плохое предчувствие. Вся эта история слишком запутанная, слишком много неизвестных. Будь предельно осторожен.
— Я всегда осторожен, — сдержанно улыбнулся Виктор. — Это ты обычно лезешь на рожон.
— В этот раз постараюсь сдержаться, — я протянул ему руку. — Удачи.
Экипажи были подготовлены, люди распределены, оружие выдано. Мы выдвигались на позиции с интервалом в двадцать минут, чтобы не привлекать лишнего внимания. Первой отбыла группа Соколова — им предстоял самый долгий путь. Затем группа Левински.
Я наблюдал за их отъездом, чувствуя странную смесь решимости и тревоги. Слишком много поставлено на карту, слишком высоки ставки. Но отступать было некуда — эти изверги, экспериментирующие над людьми, должны быть остановлены любой ценой.
Когда пришло время отправляться моей группе, я еще раз мысленно пробежался по плану операции. Архив исследований, предположительно минимальная охрана… звучало почти слишком просто. И именно это беспокоило больше всего. Потому я выбрал это место для себя.
Глава 15
Андрей Павлович Соколов, склонившись над картой, словно коршун над добычей, отмечал последние детали маршрута. Серебристый свет луны, пробивавшийся сквозь окно движущегося экипажа, придавал его лицу почти мистическое выражение. Ни один мускул не дрогнул, когда повозка подпрыгнула на очередной выбоине, лишь пальцы крепче сжали карандаш.
— Подъезжаем, господин Соколов, — доложил кучер, замедляя ход лошадей.
Андрей Павлович аккуратно сложил карту и убрал её во внутренний карман. Затем проверил специальные наручи, где в миниатюрных ячейках поблескивали металлические иглы, пропитанные десятком различных ядов — от парализующих до усыпляющих. Каждая стоила целое состояние, но глава третьего отдела Судебного Бюро никогда не экономил на инструментах.
— Помните, ребята, — обратился он к своей группе — агентам, затянутым в черную форму Бюро, — быстро, тихо, эффективно. Никаких ненужных жертв.
Экипаж остановился в стороне от главной дороги, в густой чаще леса, примерно в версте от предполагаемой лаборатории. Выпрыгнув из повозки, Соколов беззвучно скользнул меж деревьев, за ним последовали остальные — слаженные движения говорили о многочисленных совместных операциях.
Спустя полчаса группа вышла на опушку, откуда открывался вид на старинное поместье, стоявшее на холме. Некогда величественное здание теперь выглядело заброшенным: облупившаяся краска, сырые стены, покосившаяся крыша. Но зоркий глаз Соколова мгновенно отметил странности — слишком ухоженная тропинка, ведущая к черному входу, несколько новых окон в западном крыле, и едва заметный голубоватый свет, мерцающий в одном из подвальных помещений.
— Там, — прошептал он, указывая на это свечение. — Видите? Слишком ярко для обычной лампы. Магический источник.
Двое агентов незаметно выдвинулись вперед для разведки. Соколов достал из нагрудного кармана миниатюрный артефакт
