Словецкий тяжело дышит в шею.
— Ничего обещать не могу.
— Постарайся хотя бы.
— Буду. Но не обещаю, малышка.
— Спасибо.
Следующий вечер я провожу в компании Вики и Темки, дико извиняясь, что постоянно пропадаю.
— Ты дура? — возмущённо спрашивает подруга. — Мы живём у тебя за твой счёт, а ты извиняешься, что живёшь своей жизнью.
— Ты тоже дура. Можешь хоть вечность жить. И содержать могу вечность. У меня богатый мажор, — смеюсь. Конечно, это шутки, я даже картой его ни разу не пользовалась. Да и не надо мне от него ничего было.
— Папик, — прыскает Вика от смеха, и я подхватываю.
— Да.
— Слушай, а Артём. Что можешь о нём сказать?
— Отличный парень. Служил в горячих точках. Смешной, харизматичный, очень ответственный.
— И очень понравился Тёмке.
— А тебе?
— Что мне?
— Тебе понравился?
Вика тушуется, и я, поняв настрой, достаю бутылку холодного вина из холодильника.
— Я вообще не уверена, что готова к отношениям.
— Ну Тёма не будет слушать это "готова", "не готова". Он придёт и заберёт.
— Он красивый, — мечтательно улыбается подружка. — А ещё сильный. Мне с ним не страшно.
— Это ты ещё не видела его в действии, — смеюсь я. Мне хватило его напряжения, когда Марк орал на меня у клуба. Отгоняю дурные воспоминания, которые я давно поместила в мусорку в своей памяти.
— И что ты думаешь?
— Думаю, стоит попробовать. Кстати, Марк обещал помочь с работой.
— Надо мелкого в сад устроить.
— Тоже решим. Родителям говорила?
— Нет ещё. Думаю, съездить к ним.
— Ну вот. Артём отвезёт, если что.
— Его твой Словецкий уволит потом.
— Не уволит, — смеюсь. — Он знает, что я за него топлю.
Мы включаем музыку, начиная подпевать и танцевать. Не пьяные, а весёленькие. Артёмку Вика укладывает спать, и мы продолжаем фуршет. Нас даже накрывает дикая истерика, сопровождающаяся хохотом. В этот момент звонит Словецкий.
— Что происходит? — вкрадчиво интересуется.
— Привет, милый, любимый, самый лучший.
— Ты пьяная? — со смешком спрашивает Словецкий.
— Ну почему сразу пьяная? Как будто я тебе никогда так не говорю, — слегка запинаюсь в словах.
— Ты пьяная, — усмешка. — По какому случаю фуршет?
— Мы с Викой отмечаем… — смотрю на подружку в поисках помощи, но она только заливается. — Четверг! Это же маленькая пятница. Да и по-любому какой-то праздник есть.
— Да ты моя хорошая. Четверг они с Викой отмечают. Выйдешь, если приеду?
— Скорее вылечу, но да.
— Буду через десять минут.
Мы с Викой в это время выпиваем ещё по бокалу, и это уже третья бутылка. Относительно мы неплохо себя вели. Шатались только немного, но это просто так.
— Вика, я скоро, — кланяюсь я, спускаясь вниз. Решаю не использовать лифт, чтобы не стало плохо. Зачем плохо, когда хорошо?
Чуть не спотыкаюсь на выходе из подъезда. Фокусирую взгляд в поисках машины Марка. Заприметив мужчин у автомобиля, старательно иду к ним.
— У-у-у, уху-ху, — смеётся Артём. — Нарядная вы, Даная Сергеевна.
— Спасибо, Артём. Ты тоже ничего. Там вторая такая же. Кстати, — делаю вид, что только вспомнила. — Поднимись, пожалуйста. У нас там сломался… Что-то у нас там сломалось. Посмотри, пожалуйста.
Артём тут же смекает что к чему, как и ухмыляющийся Марк.
— Понял вас, Даная Сергеевна! Сейчас всё починим, — смеётся он, удаляясь.
А я звонко чмокаю Словецкого в щёку.
— Такой я тебя ещё не видел. Сколько ты выпила?
— Три.
— Так унесло с трёх бокалов?
— Три бутылки.
— СКОЛЬКО? — шокированно спрашивает Марк, отрывая меня от себя.
— Ну мы чуть-чуть расслабились. Дома. А могли бы в клуб пойти. В коротком платье. На каблуках, — стою на цыпочках и шепчу ему на ухо, упираясь руками в грудь. — Где куча парней.
Марк резко хватает меня за талию, больно сжимая.
— Кажется, кто-то хочет получить.
— О, да, — смеюсь я. — Пошли в машину.
Я даже обхожу и сажусь с другой стороны, как приличная. Но Марк тут же пересаживает меня на себя в позе наездницы. Хорошо, что окна тонированные.
Я судоржно ищу рычаг, чтобы опустить спинку его кресла, пока Марк неистово целует меня. Трясущимися от возбуждения руками расстёгиваю его брюки, пока Марк расправляется с моими джинсами. Он проводит пальцами, подмечая:
— Влажная.
— Да, посмотреть на тебя достаточно.
Марк без церемоний приподнимает меня и насаживает на себя. Делаем всё быстро, рвано, резко, грубо. Когда я уже почти на пике, Марк резко поднимает меня, почти выходя.
— Так куда ты там хотела поехать?
— К тебе. Только к тебе.
— Ты путаешься в показаниях, — усмехается мужчина, продолжая эту пытку.
— Только к тебе, Марк. Пожалуйста, — жалобно прошу я.
— А как же клуб?
— Ты хочешь в клубе? Без проблем. Только закончи сейчас здесь.
Словецкий резко входит, и кончает, делая пару толчков. Я заканчиваю вместе с ним.
— Мой, — падаю на его широкую грудь.
Лежим так пару минут, приходя в себя. Марк перебирает мои волосы, а я слушаю стук его сердца. В конце концов поднимаюсь с него, приводя себя в порядок.
— Сумасбродная девчонка, — подмечает Марк. — Что ты делаешь со мной? Я ехал просто увидеть тебя.
— А получилось ещё и почувствовать.
— Да. Одно слово, один взгляд — и я хочу тебя.
— Вот пусть так и останется, — улыбаюсь.
— Так и останется.
Словецкий забирает с заднего сидения огромный букет шикарных роз. Нежно-розовые.
— Спасибо, — искренне улыбаюсь, даже смущаясь.
— То есть переспать в машине — это пожалуйста. А как цветы я привёз — так мы смущаемся.
Начинаю смеяться и плакать. Кажется, пьяная истерика подъехала.
— Это ещё что такое? — Марк даже опешил.
— Просто ты заботишься обо мне
