class="p1">Ну и дальше у нас пошел разговор самый рядовой, потом темы для первого знакомства иссякли. Закрыли беседу так:
— Я не знаю, как будет у меня с увольнениями, поэтому ничего обещать не могу. Но когда окажусь свободен, к вам загляну. Надеюсь, вы не возражаете.
Последнее я произнес вежливо, но уверенно.
Я нарочно не стал заводить разговоры про адрес, телефон… угадав, что с Марией это не прокатит. Напротив, она оценит мою скромность. Книг тоже никаких не стал брать: солдат человек служивый, кто знает, что завтра будет! И в общем, расстались, полные надежд. Я это совершенно точно могу про нее сказать.
А про себя…
Познай самого себя! — настоятельно говорили древние. И были правы. Себя познать труднее, чем кого бы то ни было. Трудно смотреть в глубину своей души правдиво. Все хочешь повернуть то так, то эдак…
Я это к тому, что на обратном пути мне очень захотелось увидеть Ольгу.
Вроде бы чего тут хотеть? — мимо «Союзпечати» не пройти, хочешь-не хочешь. Но дело в другом. Мне захотелось именно поговорить с ней, хоть парой слов перекинуться. Услышать голос, увидеть ее улыбку…
В таких сложных чувствах я дошагал до перрона… и увидел, что газетно-журнальный ларек закрыт. На сей раз без письменных объяснений. Просто закрыт, и все. Я даже постоял немного, посмотрел. Ну, нет так нет! И я пошел на базу.
По дороге усердно думал над услышанным от Марии, встраивая в цельную картину. Конечно все эти мазки, детали ложатся в одну масть. Слишком много не то, что странностей, а самых настоящих тревожных сигналов вокруг нас. И как-то все это чересчур, что ли! Что-то в этом есть бессмысленное. Хотя… Хотя, конечно, это мне может так показаться, потому что я со своего уровня смотрю, а на каком-то другом уровне некто складывает невидимый мне паззл.
Вернувшись, я вновь хотел потолковать с Богомиловым, но он как раз сдавал дежурство по части, и разговор пришлось отложить. Я переоделся, сразу же пошел проведать Грома и прочих псов, обиходил их. За этим занятием меня и застал Зинкевич.
Помкомвзвода поощрительно посмотрел на мои усердные труды, отметил:
— Неплохо у тебя выходит, молодец… Я сразу заметил, что собаки для тебя не случайность в жизни.
— Ну, что верно, то верно, — подтвердил я.
— А вообще к этому делу талант надо иметь. Уж это или есть, или нет. Как музыкальный слух.
Я распрямился, переводя дух:
— Талант ко всему надо иметь…
— Это точно, — сказал он и почему-то вздохнул. — Слушай! У нас с завтрашнего дня аврал начнется. Готовься.
— То есть? — не очень понял я.
Он пояснил: официально еще не объявлено, но войсковая часть что деревня, слухи разлетаются мгновенно… Короче, говоря на нас внезапно обрушились две напасти: срочная отгрузка огромной партии дизтоплива, а соответственно после этого и прием такой же партии — это первое. А второе: нагрянул срок замены автотехники, стоящей на длительном хранении. До настоящих морозов машины надо обслужить, отправить в войска, а новые принять, поставить на консервацию.
— А это, брат… — Гена покачал головой. — Это такая тягота… Всех на это дело кинут. Нас, пожарных, гражданских всех… Короче, увидишь.
Увидели назавтра. На утреннем разводе Романов выглядел строже и озабоченнее обычного.
— Товарищи офицеры, прапорщики, сержанты и солдаты! — объявил он. — На нас возложена очень ответственная задача. Всем слушать, вникать и запоминать!
От автора:
Свежая боярка про лекаря! Без монстров и разломов, клубок интриг, развитие героя, тайны и заговоры, закрученный сюжет:
https://author.today/reader/384999/3550735
Глава 15
И он разъяснил, что перед в/ч 52506 поставлена большая оперативная задача: отгрузить большое количество мазута и дизтоплива далеко на север, в приполярные и заполярные регионы: Мурманск, Архангельск, Североморск, Воркута. Это огромный объем работы и, разумеется, в сжатые сроки. У нас, черт возьми, всегда так: как гром грянет, так все крестятся — образно говоря, разумеется.
А полковник продолжил. Отгрузка, сказал он — это лишь одна из трех больших задач. Вторая — приемка такого же массива топлива. Сколько отправили на север, столько же надо и принять…
Пока он все это говорил, я, стоя в строю, прикидывал. Командир, естественно, не распространялся о подробностях, но я смекнул, что это отгрузка на Северный флот и Севморпуть, при том, что навигация вот-вот закончится. Но планы высокого руководства нам знать не дано, наша задача — выполнять указания свыше. Есть приказ? Выполним!
— Теперь третья задача, — объявил шеф. — Она не связана с первыми двумя, но не менее важна. А трудоемкость здесь и побольше…
И рассказал о замене техники длительного хранения. В общем, не раскрывая деталей — что правильно, ибо незачем болтать впустую. И подошел к финальной части речи:
— Таким образом… мы переходим на усиленный режим несения службы. Никто с нас не снимает обязанностей по охране, пожарной безопасности, нарядов по кухне и тому подобное… Все это остается, и еще прибавляется огромный объем работы. И мы должны справиться! Другого выхода у нас нет.
И сказал, что подача цистерн под загрузку начнется в десять ноль-ноль. Сейчас весь личный состав, не задействованный в нарядах, получает полчаса личного времени, после чего выдвигается на работы. Все!
Я, не задействованный в наряде, в аккурат попадал в число «работяг». Именно так: на время погрузочно-разгрузочных, а лучше сказать, «перекачивающих» мероприятий мы все, по сути, превращались из солдат в рабочих… Но это было впереди, а пока я побежал слегка затовариться в пресловутый чипок. Или чепок?..
Вот одна из самых легендарных причуд Советской Армии! Жаргонное словечко, не имеющее правописания. Чипок (пусть так) — маленький магазинчик/буфет/чайная Военторга, расположенная на территории войсковой части. О происхождении слова бытует множество версий разной степени достоверности… и это тот самый случай, когда до истины вряд ли добраться. Да вряд ли и нужно!
В общем случае чипок — пара прилавков, один из которых вещевой, другой пищевой. В первом продают форменную фурнитуру (погоны, петлицы, кокарды, шевроны, пуговицы…), необходимую мелочь типа ниток, иголок, подшивного материала и т. п. Во втором — продукты не из числа скоропортящихся. Сухари, печенье, пряники, консервы, концентраты… С консервами, правда, сотрудники Военторга работали неохотно. Оно и понятно: здесь существовал риск травануться, хотя бы и по вине покупателя. Открыл консервную банку, не переложил содержимое в стеклянную тару… и тут начинается рулетка: пронесет или не пронесет. Бывало всякое. И уж в любом случае это головная боль командира части.
Молочных продуктов в чипке тоже старались избегать, из напитков предпочитали лимонады и соки. Практически все это
