на нее.
Спенсер попятилась назад; сердце подскочило к самому горлу. В следующее мгновение фигура отвернулась и растворилась в толпе – безымянная, незаметная, но все еще опасно близкая.
18. Между друзьями не должно быть тайн
Внедорожник Роландов уже не стоял во дворе, когда в четверг вечером Эмили заехала на подъездную дорожку к их дому. Потянувшись к кнопке звонка, она заметила, что входная дверь приоткрыта.
– Привет? – Эмили распахнула дверь и переступила порог прихожей. На экране телевизора в гостиной мелькали кадры из мультика. В углу, в своей люльке, спала Грейс, склонив головку набок. Роланды ускакали на какое-то мероприятие, в последнюю минуту повесив на Хлою обязанности няньки, и Эмили предложила ей помощь.
– Эмили? – позвала Хлоя из кухни. – Это ты?
– Привет, Хлоя! – Эмили направилась к ней. – Прости, что опоздала!
– Ерунда! Я готовлю начос![69]
Эмили прошла через гостиную в большую светлую кухню. Стол был завален коробками с хлопьями Cheerios, сохнущими бутылочками, нераспечатанными упаковками памперсов и детскими влажными салфетками. Пакет с чипсами Tostitos и банка сырного соуса стояли на рабочем столе рядом с открытой бутылкой шампанского. Хлоя заметила, что Эмили скосила на нее взгляд.
– Хочешь выпить?
Эмили выглянула в гостиную, где дремал ребенок.
– А как же Грейс? – Перед глазами тотчас всплыли кадры из телесериалов, в которых полицейские тащат пьяных нянек в тюрьму.
– Один бокал не повредит. – Судя по расслабленной походке, Хлоя уже выпила бокал-другой до приезда Эмили. Она налила шампанское в два хрустальных фужера. – И вообще, надо отметить.
– Что?
– Что мы стали друзьями. – Хлоя робко улыбнулась. – Это здорово, когда приходишь в новую школу и сразу удается сблизиться с кем-то.
Эмили улыбнулась. Она всегда питала слабость к сентиментальным дружеским ритуалам – ее всегда умиляли «фенечки» для лучших подруг, тайный язык, шутки, понятные только посвященным. И как же давно никто не порывался разделить с ней эту радость.
– Ладно, один бокал, – уступила она, хватаясь за тонкую хрустальную ножку.
Девушки чокнулись и глотнули шампанского. Звякнула микроволновка, и Хлоя достала блюдо с начос. Они потащили тарелки, бокалы и бутылку шампанского в гостиную, чтобы присматривать за Грейс.
– А где твои родители? – спросила Эмили, устроившись на диване.
– У них романтический ужин. – Хлоя захрустела чипсами. – Мама говорит, что им нужно освежить отношения.
Эмили нахмурилась.
– Ты вроде сказала, что теперь у них все супер.
– Да, было… но многое изменилось с тех пор, как мы переехали сюда. – Отстраненное выражение появилось на лице Хлои. – Клянусь, все из-за этого дома. У него плохая энергетика.
Эмили растерянно уставилась на обложку увесистой книги под названием «Рим в картинках», лежавшей на журнальном столике. Сердце колотилось так сильно, что стук отдавался у нее в ушах.
– Когда ты обмолвилась об изменах, ты имела в виду маму или отца?
Хлоя стерла салфеткой каплю сыра, упавшую на подбородок.
– Отца. Но я так и не выяснила, правда это или нет. – Она вдруг с интересом посмотрела на Эмили. – А что это ты так переживаешь за моих родителей?
– Вовсе я не переживаю! – Тепло поднялось к лицу Эмили. – Ну, я имею в виду, что да… но… – Она замолчала.
– Мы должны говорить о наших отношениях, а не о проблемах моих предков. – У Хлои слегка заплетался язык. – Я расскажу тебе мой секрет, если ты доверишь мне свой.
– Я тебе уже рассказала, – возразила Эмили. – Что я встречалась с девушкой? Помнишь?
– Да, но ты не рассказала в подробностях. – Хлоя сложила руки на груди и выжидающе посмотрела на нее.
Эмили прочертила ногтем указательного пальца глубокую линию на деревянном столе.
– Может, ты первая?
– Ладно. – Хлоя задумчиво постучала по губам подушечками пальцев. – Я встречалась кое с кем, с кем не должна была встречаться. Это мой тренер по футболу.
– Правда? – Эмили чуть не выронила из рук начос.
– Ага. Его звали Маурицио. Он был из Бразилии. Все девчонки сохли по нему, но однажды вечером мы оказались одни в спортзале, и… – Хлоя закрыла глаза. – Это было очень жарко.
– Вау. – У Эмили перехватило дыхание. – Вы все еще вместе?
– Ни в коем случае. – Длинные серьги-люстры шмякнули Хлою по лицу, когда она яростно замотала головой. – Я узнала, что у него есть девушка в Рио. На самом деле она хотела надрать мне задницу. Честно, это было главной причиной, почему я завязала с футболом. Просто не могла оставаться рядом с ним.
Эмили молча хрустела чипсами. Грейс, в люльке рядом с диваном, открыла глазки и нежно пожевала соску, вяло отреагировав на новость.
– Вот так. – Хлоя скрестила ноги. – А у тебя когда-нибудь был парень, кроме того лузера из бассейна? Или он навсегда отбил у тебя охоту встречаться с парнями?
Шампанское обожгло внутренности Эмили.
– Хм, у меня был парень после него. Айзек. Но у нас ничего не получилось. – Щемящая грусть пронзила ее, и она опустила глаза.
Хлоя уселась поудобнее.
– Жалеешь об этом?
Грейс завозилась, и Эмили погладила ее по мягкой пушистой головке. Провокационный вопрос.
– И да, и нет, наверное. – Следующие слова, слетевшие с губ, оказались полной неожиданностью для нее самой. – Он не был любовью всей моей жизни, правда. Ею была Эли. Ну, та девушка, которую я знала как Эли в седьмом классе.
У Хлои отвисла челюсть.
– Вы с Эли были… вместе?
Эмили глубоко вздохнула.
– Не совсем так. Я была без ума от нее. И не находила себе места, когда она пропала. Я фантазировала, что у нее все в порядке, постоянно мечтала о том, что она вернется. А потом… она вернулась.
Слова хлынули из нее потоком, и она выложила все, вплоть до поцелуя настоящей Эли.
– Но все это было спектаклем, – прошептала Эмили, и ее глаза наполнились слезами.
– О боже. – В глазах Хлои тоже стояли слезы. – Мне так жаль.
По какой-то неведомой причине сочувствие Хлои открыло шлюзы внутри Эмили. И, чем сильнее сотрясались в рыданиях ее плечи, тем сильнее она сомневалась в том, что плачет только из-за Эли. Может, она оплакивала и Ямайку. Когда Табита и Эмили пошли танцевать, все вдруг встало на свои места, совсем как в тот миг, когда ее поцеловала настоящая Эли. Но вдруг что-то на запястье Табиты привлекло внимание Эмили. Браслет из выцветшей голубой веревки.
Эмили замерла на танцполе и уставилась на него. Он выглядел в точности как браслет, что Эли сплела для Эмили, Спенсер и других девочек в то злосчастное лето, после того как они случайно ослепили Дженну Кавано. Эли торжественно вручила им эти веревочки, взяв с девочек обещание носить
