– Этот мошенник, Девайз! Я был крайне недоволен, но он заставил меня выдать ему пустой чек со счета вашего брата. Это абсолютно против правил, но, клянусь вам, миледи, этот бандит не оставил мне выбора.
– И что, чек был обналичен? – поинтересовалась Виола. Управляющий посерел.
– Да, миледи. Получатель явился к открытию банка сегодня утром. Я лично выплатил деньги, хотя мое сердце щемило.
– Наверняка на счете было достаточно денег, чтобы оплатить этот чек, – заметила Виола.
– Конечно, миледи, – заверил он ее. – Но все равно это очень большая сумма.
– Разумеется. Вы сказали, что мистер Девайз заставил вас выдать чек. Каким образом?
– Угрозами, миледи. Он запугал меня. Я был в ужасе.
– Он угрожал вам? – поразилась Виола. – Насилием?
– О нет, миледи. Он слишком хитер для этого! Он пригрозил мне закрытием всех счетов его светлости сразу. Это породило бы панику. Банк Англии осадили бы полчища клиентов, требующих возврата их денег. Нам пришлось бы закрыть двери. Потребовались бы годы, чтобы восстановить доверие людей.
– Садитесь, мистер Харман, – нетерпеливо сказала Виола. – Я устала задирать голову, глядя на вас. Он мог бы обрушить Банк Англии, как обрушил «Чайлдс банк»? Вы это хотите сказать?
Управляющий с благодарностью опустился в кресло.
– Боюсь, он мог это сделать, миледи. Более того, когда я заглянул в эти холодные голубые глаза, я понял, что он готов это сделать. Я патриот, миледи. Я не мог позволить ему поставить Банк Англии на колени. – Он открыл свой портфель. – Я принес его досье, миледи, чтобы вы сами увидели, насколько он опасен.
Брови Виолы приподнялись.
– У вас есть его досье?
– Да, миледи, – ответил он, протянув ей папку с бумагами. – С тех пор как он обрушил «Чайлдс банк», правительство вынуждено проявлять чрезвычайный интерес к этому молодому человеку.
Виола с любопытством взяла папку.
– Я думала, что маленькие банки то и дело лопаются.
– «Чайлдс банк» совсем не маленький, – возразил он. – Весьма важные люди потеряли большие деньги. Скандал был такой, что пришлось вмешаться парламенту. Возникло даже подозрение, что Девайз работал на иностранное правительство.
Виола фыркнула.
– Только этим утром он устроил обвал на Бирже, продав акции австралийской шерстяной компании, – сообщил мистер Харман. – К счастью, у Банка Англии весьма разнообразные вложения, но, как я понял, многие потеряли свои деньги.
– Такова жизнь, мистер Харман. Кто-то теряет, а кто-то находит. Что заставляет вас думать, будто мистер Девайз работал на иностранное правительство?
– Видите ли, он питает слабость к иностранкам. – Поощренный внезапным интересом, вспыхнувшим в глазах Виолы, он продолжил: – Мы знаем о трех. Во время войны у него была испанка, графиня де ля Вега, но он вынужден был передать ее своему полковнику в связи с финансовыми затруднениями.
– Что значит «передать»? – осведомилась Виола, неприятно пораженная.
– Он был всего лишь лейтенантом, – объяснил управляющий. – У него не хватало средств на ее содержание, и он уступил ее своему начальнику. Вот что это за тип. Вскоре после этого его повысили до капитана.
– Вы намекаете, что мистер Девайз обменял эту женщину на продвижение по службе?
– Этого я не могу утверждать, миледи, – осторожно отозвался он.
– Вы сказали, что было три женщины, – напомнила Виола.
– Да, миледи. После войны Девайз увлекся мисс Шварц, дочерью прусского эмигранта, часовщика. Некоторое время он ухаживал за ней, но в конечном итоге она вышла замуж за помощника своего отца. Кажется, они вернулись на родину.
– Значит, она осталась в его прошлом, – отметила Виола. – А третья?
– Она не в прошлом, – злорадно сказал управляющий. – Пока еще мы не установили ее личность, но она явно иностранка. Девайз купил ее на аукционе в доме терпимости. Собственно, миледи, деньги, которые он украл у вашего брата, пошли хозяйке этого заведения.
– Миссис Дин! – воскликнула Виола. Он удивленно моргнул.
– Ваша милость знает ее?
– Я много чего знаю, мистер Харман. Что заставляет вас думать, что эта женщина иностранка?
– Она устроила шумную сцену на улице прошлым вечером, – ответил управляющий. – Девайз, должно быть, потерял голову из-за нее. Иначе он не стал бы так рисковать, похищая деньги у герцога. Вы, конечно, видите опасность?
– Опасность?
– Трудно сказать, что еще он способен натворить, охваченный страстью. Если его пассия – обычная проститутка, нам, возможно, не о чем беспокоиться. Но если она иностранная шпионка... Она может убедить его предать страну. Если вам дорога Англия, миледи, вы должны убедить своего брата выдвинуть обвинение против этого вора.
– Вы хотели бы видеть его повешенным? Как вы отправили на виселицу того клерка, мистера... Уайтхеда, кажется.
Управляющий неловко поерзал.
– Преступление Девайза того же рода, что и Уайтхеда, если не больше. Почему он должен уйти от ответственности? Удар по Банку Англии, миледи, – это удар по Англии.
– Я понимаю, мистер Харман.
– По крайней мере, попытайтесь убедить вашего брата уволить его. Лишившись доступа к счетам герцога, он не сможет с такой легкостью обделывать свои делишки.
– Я серьезнейшим образом обдумаю этот вопрос. А теперь можете идти.
Управляющий вскочил на ноги.
– А что... Что насчет меня, миледи? – взволнованно спросил он.
– Вашей вины здесь нет, – ответила Виола. – Я позабочусь, чтобы вы не пострадали.
– Благодарю вас, миледи! – Он поклонился и вылетел из комнаты.
– Ну, Ловер? – сказала Виола, открывая папку. – Что вы думаете об обвинениях мистера Хармана? Что это? Попытка оправдать себя? Или искренняя убежденность?
Дворецкий не привык, чтобы его мнением интересовались.
– Полагаю, и то и другое, миледи, – отозвался он с польщенным видом. – Я могу идти?
– Да, – сказала Виола. – Захватите с собой письма, пожалуйста. И пришлите мне чашку шоколада.
К тому времени, когда она закончила читать досье Джулиана, стрелка часов приблизилась к трем.
– Боюсь, я не успею пройтись с вами по дому, – сказала она дворецкому извиняющимся тоном, когда тот явился на зов колокольчика. – Вы не могли бы показать мне гостевые спальни?
Изо всех роскошно обставленных комнат только одна, казалось, заслужила ее одобрение.
– Да, – сказала она, входя в голубую комнату. – Эта подойдет. Пожалуй, я заберу кровать, шторы, диванчик. Эти два стула, ковер, столик для игр, часы... – Она огляделась, сосредоточенно хмурясь.
– Миледи? – произнес Ловер в явном замешательстве.
