– Разве? – возразила Виола, потянув за конец платка, завязанного у него на шее. – Вы же обещали жениться на мне. И, как человек слова, не можете бросить меня, не так ли?
– Никогда, – клятвенно произнес Джулиан, чувствуя, как платок соскользнул с его шеи.
Виола принялась за пуговицы его жилета.
– Значит, во всем, что касается целей и намерений, я уже ваша жена, – сказала она. – А вы мой муж. Можете поцеловать новобрачную, – добавила она, коснувшись губами его губ. К ее неудовольствию, он не ответил. – Неужели нам нужен какой-то замшелый священник, чтобы благословить союз наших сердец, душ и тел? – Нетерпеливо спросила она. – Что он может дать нам, кроме клочка бумаги? Поцелуйте меня, Джулиан. Джулиан открыл глаза.
– А как насчет благословения церкви? – поинтересовался он, отстранившись. – Согласия общества. Эти вещи ничего не значат для вас?
– Вообще-то нет, – призналась она, состроив гримаску. Джулиан покачал головой.
– Не знай я, что вы дочь викария, подумал бы, что ваш отец дьявол, – посетовал он, одернув ее юбку.
– Мне просто любопытно, – сказала Виола, очаровательно надувшись. – Это вполне естественно.
Джулиан подавил стон. Воодушевленная, Виола удвоила усилия. Но, как она ни старалась, ей не удалось добиться отклика. Более того, он поймал ее руки, так что она не могла продолжить раздевать его.
– Боже правый! – воскликнул он, когда она оставила свои попытки. – Неужели так принято в Йоркшире?
– В Йоркшире все бы уже закончилось, – заявила она, сердито вспыхнув.
Джулиан рассмеялся.
– Извините, – сказал он, подавив веселье. – Я не понял, кого вы хотели оскорбить: моих земляков или своих?
– Я вас ненавижу, – сказала она, стряхнув его руки. – Я передумала. Я не выйду за вас замуж.
Джулиан не отпустил ее.
– Я пытаюсь защитить вас, – сказал он, заключив ее в объятия. – Потерпите.
К его ужасу, она разрыдалась.
Чувствуя себя вдвойне униженной, она высвободилась из его рук и убежала в гардеробную, захлопнув за собой дверь. Она не чувствовала себя защищенной. Она чувствовала себя глупой и отвергнутой. Обиженная и сердитая, она посмотрела в зеркало и, как ни старалась, не обнаружила ни одного изъяна в своей внешности.
И, тем не менее, Джулиан Девайз не хотел ее. За весь вечер он не сделал ей ни одного комплимента! Не то чтобы она нуждалась в его комплиментах, разумеется. Она оделась исключительно для собственного удовольствия.
– Я прекрасно выгляжу, – сказала себе Виола, шмыгнув носом.
Она немного подождала, фантазируя, как Джулиан появится на пороге и заключит ее в объятия. Но ничего подобного не случилось, и ожесточившаяся Виола вернулась в спальню с намерением отомстить.
Но он исчез. Выйдя на лестничную площадку, она услышала, как в замке повернулся ключ.
Раздосадованная и обиженная, она налила бокал вина, выпила его залпом и легла в постель.
Она лежала без сна, обдумывая планы мести. Прошло немало времени, прежде чем она услышала, что дверь приоткрылось. Виола закрыла глаза, притворившись спящей.
– Мэри, ты спишь? – шепнул Джулиан, скользнув в постель рядом с ней.
Не дождавшись ответа, он положил руку ей на плечо.
– Я знаю, что ты не спишь. Не сердись, любимая. Давай поговорим.
Виола не шелохнулась. Вздохнув, он отодвинулся от нее, вытянувшись на другой стороне постели. Виола мстительно представила себе, как он лежит, не в силах заснуть, чувствуя себя несчастным и отвергнутым. Иллюзия рассеялась без следа, когда он начал похрапывать.
Оскорбленная, Виола села на постели и повернулась к нему. Джулиан лежал на спине, закинув руки за голову. Он был так красив, что желание отомстить рассеялась, оставив чувство обиды. Она осторожно коснулась его плеча. Джулиан встрепенулся во сне и перестал храпеть. Его кожа была теплой и гладкой. Виола осторожно погладила ее, внимательно наблюдая за его лицом в свете камина. Не хватало еще, чтобы он проснулся и застал ее за этим занятием. Затем взъерошила тонкие волоски на его груди, вначале пальцами, затем своим дыханием. Джулиан снова встрепенулся и застонал. Виола быстро убрала руки. Боясь разбудить его и не в силах оставить в покое его тело, она принялась поглаживать его торс. Живот Джулиан напрягся, и он беспокойно зашевелился.
– Ты пытаешься свести меня с ума? – спросил он, не открывая глаз.
При звуке его голоса Виола испуганно отпрянула, бросившись на постель и повернувшись к нему спиной. Крепко зажмурившись, она притворилась, что спит.
Джулиан прижался к ней, почти грубо притянув ее бедра к себе, но его рука, убравшая волосы с ее шеи, была нежной.
– Я предупреждал тебя, чтобы ты не искушала меня, – сказал он изменившимся голосом, стягивая с нее платье. Если бы Виола не притворялась спящей, она наверняка остановила бы его.
Его губы прошлись по ее шее.
– Ты этого хотела? – вкрадчиво поинтересовался он. Его хрипловатый голос действовал на нее почти так же опьяняюще, как его губы. Виолу пронзила дрожь предвкушения, когда он крепко притянул ее к себе, а его рука нашла и обхватила пышную округлость ее груди. Она издала тихий возглас, когда его пальцы коснулись чувствительного бутона, венчавшего ее грудь. Никогда в жизни ее не касались так интимно, вызывая шок и восторг одновременно. Наслаждение растекалось по всему ее телу. Она ощущала странную боль внизу живота, и, словно почувствовав это, он передвинул руку ниже, поглаживая ее ягодицы, пока она не раскрылась и он смог почувствовать влагу сквозь тонкую ткань платья. Виола прикусила губу, чтобы не вскрикнуть.
– Я знаю, что ты не спишь, – выдохнул Джулиан, приподняв ее платье. Вид ее обнаженной плоти привел его в неистовство. В мгновение ока он высвободил свое возбужденное естество, не дававшее ему покоя весь вечер, и избавился от остатков одежды. – Повернись ко мне лицом. Ты же не хочешь, чтобы я взял тебя сзади, как кобылу? – мягко спросил он.
Виола ахнула, почувствовав, что он раскрывает ее пальцами. В следующее мгновение он перевернул ее на спину и навис над ней, привстав на колени. Его мужская сила поразила и возбудила ее. Она задрожала всем телом. – Ты все-таки не спишь, – заметил он, улыбаясь.
Едва ли она могла отрицать этот факт, лежа перед ним с задранными выше талии юбками. Она попыталась прикрыться, но он не позволил, положив одну руку ей на живот, пока другая рука умело ласкала ее между ног.
– Вот чем занимаются мужья по ночам, – сообщил он, продолжая улыбаться. – Тебе нравится?
Виола отвернулась, разрываясь между наслаждением и смущением.
– Ты права, – сказал он, опускаясь на нее. – Зачем отказывать себе в удовольствии? Зачем тебе чувствовать себя несчастной? Зачем мне мучиться?
