смог хрипло прошептать:
— Спасибо тебе большое, Келти. Пока в магическом мире ты сделал для меня больше, чем все волшебники. И я буду благодарен, если ты никому не скажешь, что я тут.
Эльф торжественно кивнул, глядя на Гарри огромными глазами-блюдцами.
— Келти рад помочь Гарри Поттеру, — признался он. — Келти может еще что-то сделать для Гарри Поттера, сэр?
Мальчик задумался. Мысли роились в голове, с трудом выстраиваясь в некое подобие плана.
— Келти, я с удовольствием воспользуюсь твоим предложением, — сказал он, приседая так, чтобы его глаза оказались на уровне глаз домовика. — Надеюсь, что моя просьба не будет для тебя слишком сложной.
— Сэр может сказать, что ему нужно, — заявил эльф.
— Раз уж вышла такая ситуация, то мне, похоже, не стоит и дальше оставаться в «Дырявом котле», — начал Гарри. — Я не скрываюсь от волшебников, но у меня есть ощущение, что они попытаются заставить меня и дальше жить у тети и дяди, а те… они очень жестокие магглы. – Поттер преувеличивал, опасаясь, что иначе эльф ему не поможет. – Я не хочу к ним возвращаться. У меня есть куда пойти. У меня есть порт-ключ, который перенесет меня к воротам Поттер-мэнора.
— Это хорошее решение, Гарри Поттер, сэр, — улыбнулся Келти. — Мы, эльфы, связаны между собой. Поэтому я знаю, что у Поттеров три домовика. Если вы отправитесь в мэнор вашей семьи, то сможете разбудить их, а они о вас позаботятся.
— Три? Здорово, — искренне обрадовался Гарри. Ему совсем не хотелось оказаться в пустом доме в одиночку или в компании одного эльфа. — Тогда… Я соберу вещи и… Мне надо будет незаметно покинуть паб. И хорошо бы, чтобы Том не узнал хотя бы день или два, что я выехал.
— Это просто, Гарри Поттер, сэр, — преспокойно покивал домовик. — Я могу перенести вас прямо из этого номера на площадку, откуда маги аппарируют в другие места. И хозяин Том ни о чем не узнает. Хозяин Том следит лишь за тем, чтобы у него не жили бесплатно, но не следит за тем, как постояльцы выселяются. Я могу отнести ключ на его стол через два дня.
Гарри кивнул. Его устраивал такой план. И мальчик знал, что никто не станет проверять номер и самочувствие постояльца. За две недели с уборкой сюда наведывался лишь эльф, а Тома не волновало, если обитатель 7 комнаты не выходил наружу по три-четыре дня.
— Хорошо, — улыбнулся эльфу мальчик. — Тогда… я тебя позову, когда буду готов?
— Келти может помочь собрать вещи, сэр, — предложил домовик.
— Не нужно, — заверил его Гарри и даже руками замахал. — Ты и так сделал для меня очень много. А вещи я и сам соберу.
Доказывая это, Поттер решительно подступился к паре мантий, наброшенных на спинку стула. Эльф проследил, как мальчик занимается уборкой вещей без магии, подивился, но не стал переубеждать юного волшебника, лишь улыбнулся и исчез.
В своей недолгой жизни Гарри занимался самой разной работой. Он убирался в доме Дурслей, мыл посуду, готовил, загружал стирку, развешивал белье, косил газон, полол сад и даже пару раз копал землю, когда тетя Петунья решила, что ее сад не обойдется без еще двух кустов роз. Нередко получалось, что всю подобную работу мальчик делал в один день, а потому сбор вещей, тем более своих собственных, совершенно не утомил Гарри, а лишь принес радость, ведь он смог еще раз полюбоваться мантиями, стопками новых носков, подержать в руках все свои книги и остальные покупки последних дней. Чемодан без затруднений принял в себя имущество Поттера, не став тяжелее и на фунт.
Перед тем, как звать Келти, мальчик педантично обошел спальню и заглянул в ванную, убеждаясь, что ничего не забыл. Даже перетряхнул постельное белье на всякий случай. В магическом зрении комната тоже выглядела пустой и прозаичной, никаких намеков, что тут две недели прожил самый известный в Великобритании мальчик со шрамом.
Келти, как и было уговорено, перенес Поттера прямо на небольшую площадку между магазинчиками. На Косой переулок спустился вечер, возле каждого здания сияли огоньки, привлекая внимание к особо красочным витринам. И никому не было дела до худенького ребенка с черным чемоданом, внезапно возникшего в маленьком тупичке, чтобы через еще несколько секунд вновь исчезнуть.
1.13
Гарри не знал, чего ожидать от настоящего волшебного поместья. Но после переноса несколько мгновений ему оказалось совсем не до наследия и дома предков — если эльф перенес мальчика легко и незаметно, то перемещение порт-ключом принесло волну неприятных ощущений. Гарри будто пропустили через какую-то узкую трубу, закрутили, а после выплюнули. Да так, что Поттер банально свалился на брусчатку перед высокими коваными воротами.
Прошло не меньше минуты, прежде чем Поттер смог отдышаться и собрать в кучку глаза. А встал он, цепляясь за холодные прутья.
— Какой отвратительный способ транспортировки, — прошипел Поттер. — Так каждый раз или только с теми, кто делает это впервые? А каминная сеть? Аппарация? При этих способах тоже едва не выворачивает? Или я особенный? Надо разобраться.
Покачав головой и отложив мысли об этом на потом, Гарри отыскал в чемодане нож и осторожно надрезал ладонь, чтобы тут же прижать ее закровившей раной к гербу на стыке кованых створок.
С секунду ничего не происходило, а потом по гербу прошла трещина, и створки скрипнули, отворяясь вовнутрь. Мальчик огляделся, прежде чем переступить границу и ощутить на себе мягкое, но решительное давление защитной магии мэнора.
Гоблин ничего не говорил о том, где именно находится поместье, но мальчик не увидел ни других домов, ни даже огоньков вдалеке, лишь скрытые сумерками холмы и поля. Видимо, владения Поттеров располагались в каком-то уединенном местечке.
Пусть сумрак и не таил в себе ничего опасного, Гарри предпочел углубиться в странноватый прохладный туман, скрывавшийся до этого за коваными воротами. Туман явно был магическим, потому как не вытекал за пределы поместья, покачиваясь рядом с границей, и тяжелым покрывалом опустился на плечи Гарри, обнимая со всех сторон, а не рассеиваясь. Тяжесть была неприятной, тягучей, как покрывающая с головой вода, но мальчик не испугался, а устремился вперед, кое-как волоча за собой чемодан.
«Разве магия не должна была пропустить меня? — лишь через минуту задался вопросом Поттер, слыша, как за спиной глухо захлопнулись ворота. — Я что-то сделал
