Читаем без скачивания Колдовской сапфир - Антонина Дельвиг

А потом, когда давление уменьшалось, снова возвращалась на место. Умный был старик, ничего не скажешь… Не в пример тебе дураку! – Болотник снова ткнул в бок своего молчаливого ученика. – Ты хоть понял, что сейчас произойдет? – визгливо осведомился он.

Альбинос кивнул и, указав на темный провал внизу скалы, спокойно ответил:

– Сейчас из этой дыры хлынет вода и смоет все, что окажется у нее на пути.

– Совершенно верно! – провозгласил колдун, продолжая следить за синим и красным плащиками, – они, словно яркие флажки, указывали местонахождение беглецов. Иначе он уж потерял бы их в тумане.

Сеня шла, чуть поотстав. Ей все время чудилось, что кто-то за ними наблюдает. Казалось, затылком она ощущает чей-то пристальный взгляд! Более того, у нее было чувство, что они оказались в ловушке. В самом деле: старое русло со всех сторон было окружено отвесными скалами. Каменная мышеловка, да и только! Девочке мучительно хотелось спрятаться куда-нибудь от сверлящего, преследующего ее взгляда, но вокруг не было ни кустика. Да и какой в том был бы толк?

Над озером шел сильнейший дождь. В небе сверкали ослепительные молнии, громыхал гром… Иногда девочке даже казалось, что между раскатами она слышит чей-то язвительный хохот, и, оборачиваясь, она оглядывала гору, по которой ползли, клубясь, клочья тумана; бедняга не знала – действительно ли она видит две человеческие фигуры наверху скалы или же это ей только мерещится…

Но вот внезапно что-то тяжело бухнуло внутри горы. Девочка в испуге остановилась. Полыхнула молния, и в ее свете Сеня, наконец, явственно увидела стоявших на скале колдуна и его верного соратника. Более того; она смогла разглядеть их лица – злорадную гримасу Болотника и презрительную ухмылку Альбиноса. Но мысль о них сейчас же вылетела у нее из головы. Она вдруг увидела, как из черного зева пещеры вырывается бурлящая лавина воды!

С ревом гигантская волна понеслась вниз по старому руслу, подбрасывая перед собою здоровенные валуны с такой легкостью, будто они были резиновыми мячиками. Девочка в ужасе следила за ее приближением. Ноги стали ватными, в голове все завертелось, и она отчаянно закричала:

– Берегите-е-есь!

В последнюю долю мгновения вспомнив, как ее учили нырять в волну, девочка закрыла голову руками и, высоко подпрыгнув, кинулась в середину водяной стены. Ее маленькое тело завертело в гигантском водовороте подобно щепке; она ждала, что вот-вот, сейчас стукнет ее о каменное дно, и тогда – прощай жизнь! Но песчинки времени продолжали пересыпаться, а девочку крутило и вертело по-прежнему. Потом стало не хватать воздуха, а с этим трудно было спорить… Легкие будто распирало изнутри… Один бы глоток воздуха!

И вот когда бедняга совсем готова уже была вдохнуть воды, та же слепая сила, что болтала ее, почти утопив, вынесла вдруг на гребень волны. Сеня хватала ртом воздух и молотила по воде руками и ногами, стараясь удержаться наверху. Она ничего не видела вокруг, кроме клубящейся пены, и скоро перестала понимать, где верх, а где низ. Силы были на исходе! Утомленные мышцы стало сводить болезненной судорогой; ледяная вода все сильней сковывала движения, а конца этому кошмару не было и не было… И Сеня поняла – конец! Больше она не может…

В глазах ее потемнело, сознание выключилось, и девочка, уже неподвижная, понеслась вместе с ревущим потоком вниз в долину.

Болотник с Альбиносом в полной мере насладились устроенным безобразием. Оба они ощущали себя повелителями стихий и, по-прежнему стоя на вершине скалы, досматривали последний акт разыгравшейся трагедии. Дождь над озером стихал: поднявшийся ветер сносил облака. Под скалой что-то снова глухо ударило – да так, что громада ее содрогнулась. Мутный поток на глазах стал иссякать, все больше обнажая дно, и скоро от него остался ручеек; с тихим журчанием обтекал он те самые валуны, которые совсем недавно летали по воздуху. Болотник удовлетворенно тряс головой.

– Видел бы добрый старичок, что творение рук его сделало с бедными детьми! Может, тогда не стал бы трудиться! – злобная гримаса перекосила лицо колдуна. – И поделом им. Украсть у меня стрелу! Наследство от бабушки! Но ничего… Теперь наглецы сгинули, и стрела сама найдет своего хозяина.

Альбинос промолчал. У него были сомнения насчет гибели беглецов. В отличие от старого колдуна он видел, как приготовилась нырнуть девочка, как ящерицы, свернувшись в тугие клубки, прикрыли головы хвостами. Но он ничего не сказал волшебнику, обидевшись на «дурака». Вместо этого ученик колдуна крутанулся на месте и, обернувшись чайкой, слетел со скалы – размять крылья. Болотник же снял свой рыжий плащ, вывернул его наизнанку и снова накинул на плечи. Тотчас колдун начал стремительно уменьшаться, сморщиваясь вместе с плащом. Наконец, когда в нем осталось росточку все-го-то со столовую ложку, он нетерпеливо топнул ножкой, обутой в крошечный черный сапог, и чайка послушно подлетела к хозяину. Колдун ловко вспрыгнул ей на спину, и большая белая птица, неся на шее седока в развевающемся рыжем плаще, взяла курс на Черный Замок.

Очнулась Сеня потому, что почувствовала: кто-то легонько хлопает ее по щекам. Девочка открыла глаза и увидела перед собой встревоженное лицо девушки. Та,заметив, что девочка пришла в себя, радостно улыбнулась.

– Как я рада, что ты жива! – сказала она. – Мне вдруг показалось, что ты уже и не дышишь… Но теперь все будет в порядке. Можешь ни о чем не волноваться, я тебя вылечу.

Девушка подхватила худенькую девочку на руки и перенесла ее на тележку, запряженную парой осликов; она прищелкнула языком, и послушные животные тронулись с места. Сама же девушка пошла рядом. Сеня смотрела вверх на красивое спокойное лицо и тщетно пыталась вспомнить, что же с ней такое приключилось… И где это она сейчас? Тележка мерно покачивалась, убаюкивая: но спать не хотелось; одежда ее почему-то оказалась насквозь мокрой, и поэтому было очень холодно. К тому же все-таки хотелось понять, что происходит!

Девушка, будто услышав ее мысли, вдруг сказала:

– Добро пожаловать в Кулхор!

И тут Сеня все вспомнила. Название долины соединило в ее голове какую-то разомкнутую цепочку, и перед глазами поплыли картины воспоминаний: сначала озеро, затем зловещие фигуры наверху скалы, рокочущий поток, неожиданно вырвавшийся из пещеры, и, наконец, серебристые ящерицы в золотых коронах, обернувшиеся на ее отчаянный крик.

«Что теперь с ними?» – в страхе подумала девочка. Лицо ее страдальчески исказилось, и девушка в испуге склонилась над нею. Сеня, с мольбой глядя в ее зеленые глаза, прошептала:

– Ящерицы… Найдите ящериц…

Ее спасительница непонимающе глядела на нее.

– Но… Но где же мне их искать, таких маленьких? – виновато спросила она. Сеня покачала головой.

– Больших… Таких, как я! – выдохнула она.

Девушка в недоумении закусила губу, даже пожала плечами, но спрашивать больше ничего не стала. Вместо этого она вдруг неожиданно лихо свистнула. Удалой этот свист как-то не вязался с удивительно мягкими чертами лица и струящимся одеянием спасительницы, зато он возымел действие. Со всех сторон начали слетаться птицы. Их было сначала десятки, затем сотни, и скоро они живым ковром покрыли землю на десятки метров в стороны. Тут девушка негромко проговорила:

– Разыщите для меня больших ящериц, пожалуйста.

Вот только это она и сказала; стая тут же снялась и, громко хлопая крыльями, разлетелась в разные стороны.

Сеня благодарно улыбнулась спасительнице и, закрыв глаза, погрузилась в небытие; несколько произнесенных слов оказались для нее непосильным трудом.

XX. Кулхор

На этот раз Сеня очнулась, лежа в мягкой постели. Было так тепло и уютно! А белоснежные простыни пахли яблоками и медом. Девочка потянулась – она чувствовала себя замечательно хорошо! Это казалось довольно странным – ведь совсем недавно она чуть не погибла, а тело ее было избито так, что становилось больно от любого движения. Откинув одеяло, Сеня уселась на кровати, и ее босые ноги по щиколотку утонули в шелковом ворсе ковра. Ветер мягко шевелил белые занавески; за ними прятался цветущий сад.

Девочка поторопилась выглянуть в окно. Совсем не-далеко она увидела маленький круглый фонтанчик; на его бортике, опершись спинами друг о друга, сидели принц и принцесса! Филипп читал книгу, а Пина мечтательно глядела вверх на покачивающиеся кроны деревьев, Вода в фонтане тихо журчала; Сеня не знала, верить ли своим глазам? Она даже побоялась окликнуть друзей; у нее было такое чувство, что от шума или крика ящерицы могут исчезнуть, подобно чудесному видению. Вместо этого девочка села на подоконник и, перекинув ноги, спрыгнула вниз с небольшой высоты первого этажа. Брат с сестрой на звук повернули головы и, увидев любимую подругу, кинулись ей навстречу.