ноги на каждую новую ступеньку. — Факелы не пробовали вешать?
— А менять ты их будешь, — отозвался сверху Тер. — Или лечить ожоги, когда жопой на огонь сядешь?
На это Жакан не нашёл что ответить, лишь сплюнул вниз и продолжил спуск. Добравшись до сырых плит катакомб, наёмник, почти обессилевший и с красными пятнами перед глазами, опёрся о склизкую стену туннеля, чтобы перевести дух и подождать своего проводника.
— Ну вот и добрались, — чуть запыхавшись, проговорил Тер. — Теперь осталось немного пропетлять и дело в шляпе.
— Зато я одной ногой почти в гробу, — с трудом проговорил Пентр, чувствуя, как всё его тело горит и ломит. — Давай быстрее.
— А тебе и вправду крепко досталось, — обойдя наёмника, отметил проводник. — Ладно, давай за мной. Тут недалеко.
Тер не сорвал, когда сказал, что придётся вилять. Поворот, немного вперёд, поворот — и так несколько раз за считанные минуты. Жакан плёлся позади проводника и с каждым шагом чувствовал, как сильнее болят изрезанные руки, как горит лицо, как мозг вот-вот взорвётся от боли, а сердце сделает последний удар и остановится. Хорошая драка, где наёмнику досталось по первое число, сильно на нём сказалась, и даже его тело, которое было натренировано для таких случаев, не выдерживало нагрузки.
— Кто… построил эти петли? — заговорил наёмник, чтобы удержаться в сознании. — Одни повороты, мать его…
— Никто не знает, — ответил проводник. — Кто-то говорит — монахи, у которых здесь была вроде как крипта, кто-то — что маги специализации земли, чтобы тренировать свой дар, а некоторые — что контрабандисты в рассвет своего ремесла.
— Маги… лучший вариант. Обычному человеку такое… не под силу.
— Я тоже так думаю, — усмехнулся Тер. — Слишком большая раб…
Проводник резко замолчал и выкинул руку назад, на которую ослабевший наёмник благополучно напоролся и ойкнул.
— Тихо! — прошипел Тер.
Жакан, который было уже хотел высказать всё этому идиоту, оборвал себя, не успев открыть рта. За поворотом, куда они не успели свернуть, слышались голоса и звук множества шагов. Судя по шуму, человек двадцать, а может, и больше. Неизвестные “прохожие” шептались, но даже так в их в голосах слышалось напряжение. Когда голоса достаточно удалились, проводник аккуратно выглянул из-за угла, после чего испуганными глазами посмотрел на своего спутника.
— Это не наши, — серым голосом проговорил Тер. — Я не узнал ни одного голоса.
— А ты прям всех знаешь? — скептически спросил Пентр.
— Да даже если и нет, — упирался проводник, — наши никогда не ходят такой толпой. А там прошло человек пятнадцать, может, больше.
— Облава? — предположил Жакан.
— Смеёшься? — вскинув брови, спросил проводник. — Вся власть давно куплена. Ни один стражник не полезет к нам, если жизнь дорога.
— Тогда кто это?
— Хрен его угадает, — нервно проговорил Тер. — Может, Ананси кого в гости позвал, но тогда бы они не шептались, и с ними был бы проводник. Чёрт, хрен его угадай что происходит. Думаю, стоит…
— Пойти за ними, — оборвал явно паникующего проводника наёмник. — В драку лезть сейчас — самоубийство, по крайней мере, для меня… да и для тебя тоже. Я не успел забрать свои вещи из тайника, так что я безоружен, но незаметной слежке это не помешает.
Тер хотел было что-то возразить, но едва открыв рот, осёкся. То ли понял, что другого варианта у них всё равно нет, им так и так нужно в логово “Сороконожки”, будь там хоть полсотни гастролёров. Либо же на него подействовал измождённый, но всё ещё суровый и тяжёлый взгляд Жакана.
Проводник аккуратно пошёл впереди, прислушиваясь к любым звукам в туннелях, Пентр плелся за ним, в любой момент готовый к драке. Сейчас из наёмника боец, как из столетнего деда всадник авангарда, но всё же, несмотря на своё состояние, Жакан был твёрдо готов следовать одному из своих принципов: “Чужие жизни ему не нужны, но за свою он будет драться”.
Залётные гости нашлись довольно быстро. Они, как и предполагал Тер, вправду шли к главной базе “Сороконожки”, но проводник оказался прав и в другом. Они скрывались. Шли тихо, говорили редко, лишь изредка шептались. Иногда человек, что шёл впереди, останавливался. Стоял почти без движения несколько секунд, а после вёл свой отряд из почти сорока человек — теперь Жакан посчитал более точно — дальше по тоннелям.
— Я не знаю их, — шепнул проводник, когда они слегка отстали от группы незваных гостей. — Я не слышал, чтобы у нас был с кем-то конфликт или ссора. Но эти уроды точно крадутся в наше логово.
— Есть способ опередить их?
— Нет, — покачал головой Тер. — Другие дороги есть, но все входы в них довольно далеко, мы не успеем.
— Понятно, — сухо проговорил Жакан. — У вас же есть кодовая фраза или слово, которым вы подаёте сигнал тревоги?
— Есть, — неуверенно протянул проводник. — Молния в землю.
— Вот и отлично, — натянув улыбку, ответил наёмник. — Тогда есть шанс, что ваша шайка ещё попортит кровь местным.
Когда на стенах стали всё чаще появляться факелы, запах сырости и затхлости почти сошёл на нет, а идущие впереди гастролёры почти затихли, Жакан понял, что они почти пришли. Когда группа скрылась за следующим поворотом, послышался глухой голос.
— Что? Кто вы та…
Затем голос оборвался, послышался хрип, и всё затихло.
— Часовой, — еле слышно обронил Тер. — Убили.
— До базы далеко?
— Следующей поворот, и они…
— Молния в землю! — заорал во всё горло Жакан, чем заставил своего спутника подпрыгнуть от испуга. — Молния в землю! Сорок человек! Молния…
Ещё раз выкрикнуть наёмник не успел — из-за поворота, куда минуту назад ушли убийцы, выбежали шесть крепких мужчин с оружием наголо, а возглавляла их женщина в длинном чёрном плаще, кожаных штанах и сапогах на невысоком каблуке.
— Убить их! — прорычала она, вскидывая руки перед собой.
— Беги! — только и успел крикнуть Пентр, скрывшись за каменной стеной.
Тер, который стоял чуть дальше, не успел добежать до укрытия каких-то пару сантиметров. Ещё секунду назад его перекошенное от ужаса лицо было перед лицом наёмника, и вот его, кричащего что-то нечленораздельное, уносит огромная волна мутной воды, словно они были не в подземелье, а посреди бурного моря.
Объяснять Жакану, как так вышло, не пришлось. Он и сам заподозрил эту странную женщину без оружия во главе отряда мужиков в чём-то нечистом, а теперь понял, чем она ему так не понравилась. Она — маг-стихийник со специализацией вода. Драться с такими магами даже возле лужи чистое безумие, а здесь, где сырость, и куда выходят ливневки с улиц, истинное самоубийство.
Будь Пентр в лучшей форме, он, возможно, смог бы уйти от
