я хочу. Он посмотрел на мои губы. В животе скрутило от предвкушения. — И ты раздвинешь ноги и позволишь мне взять это. Пока что, насколько я слышу, кодового слова не было,
Дела.
Но прежде чем я успела огрызнуться, прежде чем могла решить — оттолкнуть или притянуть его снова — в дверь резко постучали. Я замерла. Рэйф — нет. Он даже не шелохнулся. Если уж на то пошло, его руки только сильнее сжали края стола.
— Адела? — раздался за дверью лёгкий, насмешливый голос Лауры. — Извини, что мешаю вашему… стратегическому совещанию. Но у нас проблема.
Я зажмурилась. Сделала медленный, ровный вдох.
— Одну минуту, — ответила я, к собственному удивлению — вполне спокойно.
Рэйф всё так же не сдвинулся. Его взгляд не отрывался от моего. Он по-прежнему прижимался ко мне, как будто уходить — вообще не входило в его планы.
— Дай мне встать, — прошептала я.
Его улыбка стала ленивой, почти лениво-садистской.
— Скажи «пожалуйста».
Я сузила глаза:
— Рэйф…
— Скажи это.
Я хотела придушить его. Я хотела поцеловать его. Я хотела слишком много всего… но в итоге процедила:
— Пожалуйста.
Он поцеловал меня в шею — последний, ленивый, обжигающий поцелуй — и только тогда отступил.
Я встала, ноги подгибались, и на дрожащих коленях подошла к двери, разглаживая платье и приводя в порядок волосы. Как только я открыла, взгляд Лауры метнулся от меня к Рэйфу — и ухмылка, разлившаяся по её лицу, была просто невыносима.
— Как мило с твоей стороны, Вон, что отпустил её, — сладко произнесла она.
— Всегда рад, — ответил Рэйф, голос — сплошной обольстительный бархат, будто не он только что довёл меня до грани на моём собственном столе.
Я метнула в него предупреждающий взгляд. Он только усмехнулся.
— В чём дело?
— Они уже нацелились на его груз.
Комната застыла. Пульс в ушах загремел громче, чем голос. Я медленно повернулась и встретилась с глазами Рэйфа. Лицо его не изменилось. Спокойное. Ничего не выражающее.
— Похоже, твой мир только что вторгся в мой, — тихо сказала я. — Как вообще кто-то мог узнать, что ты работаешь со мной?
Голос вышел резким, но под уколом иронии скрывалось кое-что куда менее приятное — беспокойство. Рэйф не ответил сразу. Он просто… застыл. Всё тело стало напряжённым, плечи выпрямились, челюсть сжалась, и привычная дерзость, которую он носил, как доспех, соскользнула — на долю секунды. Достаточно, чтобы я увидела: под поверхностью — угроза.
— Рэйф, — проговорила я чуть мягче. — С кем, чёрт побери, мы имеем дело?
Прежде чем он успел ответить, вмешалась Лаура:
— Не волнуйтесь, — сказала она, но в голосе слышалась настороженность. — Кто бы это ни был, до критичных систем они не добрались. Только… до наших экранов. В офисе мигнули лампы. Мониторы дрогнули, потемнели.
А потом, прямо перед нами, появилось сообщение — жирными буквами, бескомпромиссно:
ОН — ТВОЯ СМЕРТЬ.
Тишина. Тяжёлая. Удушающая. Сердце колотилось, но я заставила лицо остаться безучастным. Я не покажу страха. Ни перед Лаурой. Ни перед Рэйфом. Но когда я взглянула на него, увидела, как на челюсти заиграл мускул. Он не отводил глаз от экрана. Холодный взгляд. Сжатые в кулаки руки.
Лаура выдохнула:
— Окей… это уже жутко. Ты же, вроде, влиятельный парень. Так кто у тебя враги?
Никто не стал спорить. Я посмотрела на Рэйфа, ища хоть какое-то объяснение, но он всё ещё смотрел на сообщение — будто запоминал. Будто уже планировал, что делать дальше.
— Рэйф, — тихо сказала я. — Что ты мне не договариваешь?
Он не ответил сразу. Только потом медленно повернулся ко мне, голос стал низким:
— Похоже, это ты нажила себе врагов.
Но я не купилась. Не до конца.
— Или, — парировала я, — я просто унаследовала твоих.
Воздух между нами стал плотным, как перед грозой. Лаура кашлянула.
— Эм… вызвать охрану?
— Нет, — резко ответила я. — Всё в порядке.
Мне нужно больше информации, прежде чем поднимать по тревоге всю компанию. Я снова повернулась к Рэйфу:
— Это кто-то, кого ты знаешь?
Он молчал слишком долго.
— Рэйф. Я вложила в голос всё своё холодное, женское влияние. — Говори.
Он медленно выдохнул.
— У меня есть подозрения.
— То есть, это значит «да», — рявкнула я. — Господи. Ты втягиваешь меня в это — и даже…
— Адела. Он произнёс моё имя мягко. Но в голосе не было ни капли нежности. — Мы с этим разберёмся.
— Мы? — переспросила я. — Ты до сих пор не объяснил, с кем именно мы, чёрт возьми, воюем.
Он улыбнулся.
— С тем, кто посчитал, что может тебе угрожать. А это… Он шагнул ближе, голос стал опасным, как лезвие. — …роковая ошибка. Я бы пережил, если бы он угрожал мне. Но не тебе.
Горло сжалось. Не от страха — от чего-то другого. Более тёмного. Чего-то, чему не должно было быть места, когда на мою компанию напали. Рэйф Вон мог быть самой опасной моей отвлекающей мыслью. Но, похоже, он стал и самым опасным союзником.
Он задержал взгляд на экране ещё на секунду. А потом снова посмотрел на меня — точно, резко.
— Я поеду сегодня к месту отгрузки. Говорил спокойно. Но под словами чувствовалась напряжённая угроза. — И я хочу, чтобы ты поехала со мной.
Я моргнула, уверенная, что ослышалась.
— Ты хочешь, чтобы я…
— …была там, — без пауз договорил он. — Ты же хотела участвовать, не так ли?
Это был удар ниже пояса. Я едва сдержала желание закатить глаза. Через всю комнату Лаура распахнула глаза, с интересом следя за нами, будто это было лучшее шоу за всю неделю.
— У меня вообще-то компания, — сказала я. Но голос звучал неубедительно. Лаура вскинула бровь:
— Я могу закрыть офис. Без проблем.
Я бросила на неё взгляд:
— Лаура…
Она подняла руки, вся на радостях:
— Иди, поиграй со своим нестабильным бойфрендом. Я прослежу, чтобы здесь всё не сгорело к чертям.
— Очень помогла, — пробормотала я.
Но когда обернулась, чтобы ответить Рэйфу, он уже смотрел на меня с тем самым раздражающим спокойствием — как будто знал, что я соглашусь.
— Во сколько? — спросила я холодно.
На его лице промелькнул тот самый тёмный блеск.
— Заеду в десять.
Мой живот предательски сжался.
— Отлично, — сказала я, будто сердце не неслось в бешеном ритме. — Но если это окажется засадой — клянусь богом…
Он улыбнулся. Слишком довольный собой.
— Да ну, любовь. Даже в мыслях не было.
Лжец. Он уже направился к двери — всё так же плавно, как хищник, идущий за добычей.
Но я не собиралась его так просто отпускать.
— И с чем ты, собственно, собираешься
