площадь Лоргрина, которая находилась не так уж и близко. Оттуда, от ратуши, должны отправляться в поход драконьи дружины.
Когда она, запыхавшись, прибежала на площадь, то застала там только редких прохожих, спешащих по делам, и дворников, метущих ставшие ненужными праздничные ленты, украшавшие здание ратуши в честь отправки на войну храбрецов. Она стояла остолбенев. Ветер принес Элле прямо в руки обрывок синей ленты. Она сжала ее в кулаке и заплакала.
— Как же так?! Она даже не смогла проводить своего жениха! Cлезы застилали девушке глаза. Она сосредоточилась, произнесла магические формулы. И вскоре на своем внутреннем экране Элла увидела любимого, наскоро писавшего записку для нее и наказавшего слуге не торопиться с ее доставкой адресату.
— Мой Ингвар, он не хотел, чтобы расставание было тяжелым, чтобы я плакала… — с нежностью думала девушка. — А я все равно плачу… Но, наверное, ему легче было уйти так.
В ней боролись два чувства, горечь от разлуки вкупе с переживанием за жизнь любимого и гордость за него. Она долго стояла на площади, перечитывая дорогие строчки. Не отрывалась от них и когда вернулась в школу.
Потом спохватилась: «Да что я, дурочка, сижу и слезы лью?! Надо же что-то делать, чтобы помочь ему там, в бою, моему храброму дракону».
Девушка обложилась магическими книгами, лихорадочно выискивая нужную информацию. Она знала несколько формул, которые могли оградить от мелких порезов, от ушибов и переломов. Но это все было не то, не хватало в них силы, чтобы они могли уберечь воина в сражении от ударов меча. «Да, это все бытовые случаи магии, — думала Элла, — но так ли уж они отличаются от ран, полученных в бою? Только меньшей силой. А что многократно усиливает воздействие заклинаний?» Девушка вспомнила, что в одной из книг она встретила отрывок об этом, но на стала его запоминать, поскольку для бытовой магии это не нужно. Сейчас она, листая книгу за книгой, ругала себя за это на чем свет стоит.
Стоп, вот оно! Элла жадно вгляделась в нужный абзац старой, замусоленной книги, в которой она почерпнула немало любопытной информации о варгах.
Она прочитала отрывок вслух, еще не веря в удачу:
«На оборотней всегда велась безудержная охота, особенно в Сноваргене. Их убивали местные жители ради волшебной крови, которую они выливали на землю вокруг своего жилища, окропляли ею предметы. По их верованиям, кровь варгов обладает магическими защитными свойствами. Если окропить ею предмет, то человек им владеющий, будет избавлен от любых угроз и неприятностей».
Элла задумалась. Оказывается, и варги могут быть полезны. Она, конечно, оборотень, но только наполовину. Крови ей не жалко, тем более для Ингвара. Но какой же предмет им окропить, чтобы он хоть немного защитил ее любимого?
— Он у тебя висит на шее, — услышала она детский голосок.
Девушка обернулась, уже зная, кого она там увидит. Так и есть: маленький призрак ее неродившегося брата сидел на стуле и болтал ногой, с которой съехал чулочек.
— Ингвар, детка, какой же ты умница! — Элла подбежала к малышу, подтянула его чулок и обняла. — Как я сама не догадалась! Заклинание на защиту, моя кровь варга и магический талисман — это хоть сколько-то да поможет твоему брату, моему жениху!
Призрак шмыгнул носом и с улыбкой смотрел на Эллу.
— Но миленький, сладкий детка, — огорчилась вдруг Элла. — А как же артефакт окажется у Ингвара? Его войско уже в пути!
Девушка с отчаянием смотрела на малыша, который, к удивлению, казался вполне довольным.
— Малыш, ну как? Может, ты знаешь?
— Завтра полнолуние, — невозмутимо сказал маленький призрак и исчез.
Глава 42. Встреча в лесу
Дружина Ингвара выступила выступили ранним утром, когда повсюду расстилался густой туман: над сонными улочками Лоргрина, над тихими водами Ольдрима, над полями поспевающей ржи. Лесные перелески, окутанные белой пеленой, издали казались волшебными миражами, принимая очертания то ли замков, то ли кораблей. Шли хорошим шагом, пехотинцы уже взмокли даже под легкими кольчугами. Пока не начало припекать солнце, норовившее выглянуть сквозь рваные облака, надо бы добраться до феррстадского леса.
До него можно добраться двумя путями. Короткий путь предполагал пройти маршрутом от Лоргрина на юг, обогнуть болотную пустошь, затем преодолеть мелководье залива Драконьего моря около башни Страж Юга. А дальше- тупик: отряд упрется в горную гряду, возле, с одной стороны — пустыня Сувара, а, с другой, вся местность просматривается из Койгалы, гнездовья каридасов, как на ладони. А к тому времени и дружинники будут измотаны переходом под палящим солнцем, потому что укрыться от него там негде.
Ингвар решил выбрать путь подлиннее: двинуться на север, вдоль реки Ольдрим. Его берега покрыты густыми лесами, там есть, где укрыться от солнца, и дружина не будет измотана зноем. Затем пройти южнее Лиссберга, обогнув болота и потом напрямую преодолеть равнину до феррстадского леса. Там нужно будет укрыться и двигаться вслед за противником навстречу с двумя дружинами из Лилльсольма и Феррстада. Через некоторое время отряд Ингвара должен догнать кузен Ангус со своими воинами. Когда стало известно о походе, его не было в столице. Очевидно, он двинется прямо от своего имения Креймод, но у него дорога займет гораздо больше времени.
Хотя Ингвару очень не хотелось видеть своего кузена, он помнил, что пока не поквитался с ним за провокацию с участием девчонки из борделя.
Вечерело. На закате в лесу на берегу Ольдрима сделали привал. Ингвар собрал воинов, чтобы дать им указания, как себя вести в феррстадском лесу.
— Помните, лес в Сноваргене и лес в Феррстаде — не одно и то же. Это два разных леса. Здесь мы можем спокойно вести себя, вокруг дружественный народ. И пока мы на отдыхе, говорю вам, ибо после может не представиться такой возможности: в лесу Феррстада вести себя тихо, чтобы не быть обнаруженными разбойниками. Громко не разговаривать, не ржать, как застоявшиеся жеребцы, шлемами на солнце не сверкать, убрать их в мешки с провизией. Разбойники — тоже не дураки, все видят и замечают. Когда настанет пора идти в бой — достанете. А сейчас готовимся к ночлегу. Все понятно?
— Да, дей командир! — дружинники в основном были уже обстреляны в конфликтах за золотоносные рудники, и знали правила, так что сказанное было обращено прежде всего к новичкам, тем, кто шел в свое первое сражение.
На привале дружинники занялись кто чем: кто-то разминал уставшие ступни, у кого-то разыгрался аппетит, и он уминал упомянутую провизию из мешка, кто-то прилег на траву под редкими
