движение руки – и я легко, словно подушка, улетела на топчан. Он улыбнулся.
– Молодец! Но вы не готовы. Я не боец, не боксёр и не мастер джиу-джитсу. Тем не менее, легко разоружил и победил вас. Этим я показал, что вы должны быть всегда сосредоточены, внимательны и крайне осторожны. Нельзя расслабляться ни на секунду. Будьте начеку в любых обстоятельствах!
Он бросил пистолет на кровать рядом с моим телом и отошёл к столу. Мы замерли, как изваяния, не зная во что верить.
– Чего зависли? – Виг хлопнул в ладоши. – Надо торопиться.
Я поднялась с топчана и покачала головой.
– Ну и шуточки у тебя!
Он улыбнулся в ответ. Уилл стал отлеплять оставшиеся деньги, и мне пришлось ему помогать. Но я всё же сказала Вигу:
– Здоровый ты, как бык! На вид не скажешь.
– Не пью, не курю и по утрам делаю зарядку. Ежедневно по часу. Иначе давно бы уже где-нибудь засветился, не успев неуклюже спрятаться, – он засунул руку под матрац и вытащил оттуда ещё один пистолет: – Отобрал давным-давно у одного подонка, который меня подловил в подвале.
– Где он сейчас? – поинтересовался увлечённый переодеванием геймер.
– Нет его. Совсем нет. Туда ему и дорога.
Мы сложили деньги в рюкзак Уилла, и я взвалила его на свои плечи.
– Ты собираешься с таким горбом лазать по вентиляции, прыгать, бегать и драться?
– Я их здесь не оставлю.
– Тогда оставайся сама.
– Нет!
– Тебя никто не спрашивает. Но ты спалишься сама, и нас сольёшь. Достаточно одного неосторожного шороха, как гангстеры пустят в ход своё оружие.
– Я буду осторожна.
– Не будешь. Я сказал: или рюкзак, или ты. Оставайся!
Он был непреклонен. Но и я после его выходки не собиралась бросать деньги, где попало. В настоящий момент рядом со мной не было ничего дороже, чем эти злосчастные доллары.
– Тебе выбирать. Или ты идёшь с нами спасать своего парня, или остаёшься здесь сторожить свои липкие бумажки, за которые несчастные нарики продали мафии своё здоровье и здоровье своей семьи. На кон поставлена человеческая жизнь. Выбирай: твой парень или вонючие деньги.
Плюнув и выругавшись, я закинула рюкзак под топчан. После этого мы стали отрабатывать подробности нашей акции: сигналы рукой, последовательность продвижения, команды и меры предосторожности. Дошли до момента условий спуска из вентиляционного короба в комнату, где стояла ёмкость с кислотой.
– Ты останешься в коробе и будешь ждать нашего возвращения с верёвкой в руке, – заявил мне Виг.
– Я пойду с вами.
– Опять споришь? А как мы заберёмся наверх?
Уилл почесал затылок и выразил сомнение:
– Я не умею лазать по канату. Пробовал, но не получается.
– Зато я неоднократно забиралась по нему на уроках физкультуры, – тут же парировала я.
Джонатан помолчал, но возразил:
– Его то мы легко поднимем. А вот если ты застрянешь и быстро не заберёшься назад, то у нас могут возникнуть существенные неприятности.
В это время Уилл огляделся и указал рукой на швабры, стоявшие перед выходом из комнаты.
– Какие проблемы? Давайте сделаем верёвочную лестницу. Здесь три швабры. Распилим или сломаем каждую из них на части. Это будут ступеньки, которые по краям обвяжем верёвкой.
– Да ты парень весьма толковый! Голова!
Так и сделали. У бездомного за пять лет накопилось множество разных, на первый взгляд, не столь уж нужных вещей. Нашлась и ножовка. Джонатан мгновенно распилил деревянные черенки швабр на части. Затем по краям каждой из них коловоротом просверлил по отверстию. В эти отверстия продели крепкий капроновый жгут и завязали толстые узлы, чтобы ступеньки не проскакивали вниз. Получилась лёгкая и удобная верёвочная лестница, у которой было двенадцать ступенек. Тринадцатой ступенькой Джонатан сделал бейсбольную биту.
– Если мы все спустимся, бейсбольная бита, которая гораздо шире вентиляционного отверстия, будет удерживать конец лестницы наверху, – пояснил он.
Мы двинулись в путь. Если, не дай бог, с Джонатаном что-нибудь случится, я превращусь в призрака этих подвалов. Обратного пути точно не найду. Мы вновь лезли по коробам, спускались время от времени в канализационные колодцы, вновь взбирались наверх и продолжали путь. Виг показал рукой, что с этого момента надо двигаться предельно тихо и осторожно. Мы преодолели последний участок на цыпочках, практически не дыша и наконец добрались до проклятого «аппендицита». Я это место мысленно назвала «аляской». Для меня оно было таким же мрачным, холодным и далёким. Лестница оказалась крепкой. Зря я боялась, что она меня не выдержит. Внизу простиралась кромешная тьма. Джонатан дал нам фонари. В их свете всё показалось совсем уж страшным и мрачным: огромная ванна с облезлой поверхностью, какая-то ёмкость, в которой, как мне пояснили затем, хранилась кислота и всё. Больше ничего там не было – только грязная, противная чистота. Нет, вру! Там ещё валялись два длинных сильно ржавых багра с крюками на концах. Зачем они были нужны, я так и забыла спросить.
Глава 5
Ева Мария Фитцджеральд
Левый глаз практически не видел, затянутый огромной гематомой. Это только в кино все друг друга бьют кувалдой по лицу без всяческих последствий. Я поднялась. Немного тошнило и штормило. Пришлось встряхнуться и постараться состряпать нужную гримасу. Такую, чтобы она была подобием улыбки.
–Люблю игры, – сказала я ласковым и немного эротичным тоном. – Поиграем! Ударь меня ещё раз! Мне так понравилось! – выдвинув грудь вперёд, напирала я на всё ещё улыбающегося садиста. – Даже испытала оргазм. Ты такой сексуальный!
А что ещё мне оставалось делать? У этого урода должно быть слабое место. Надо его чем-нибудь зацепить. И я старалась. Старалась изо всех сил. Старалась спасти себя, Стэна, ребят. Он замахнулся, но я не отпрянула, а наоборот вытянула лицо навстречу ему и улыбнулась.
– Ты мне нравишься, – пустил от удовольствия слюни альбинос. – У меня ещё таких не было. Хорошо! Раз ты тоже хочешь поиграть – начнём с экскурсии. Я покажу свой замок. Это не просто замок! Это чистилище душ, через который я пропускаю разного рода людишек. Словно апостол при вратах рая, я сортирую их на достойных и недостойных. Сегодня ты будешь моей гостьей. Клянусь, я тебя не обижу, если ты этого не добьёшься сама. Спускаемся в чертоги моего чистилища. Как тебя зовут?
– Ева Мария!
– Ева Мария? А твоего дружка?
– Адам, – соврала я.
– Врёшь!
– Нет!
– Тогда сегодня я буду Змеем Искусителем. Зови меня Снейком. Если забудешь, я напомню, – и он показал кулак, которым пять минут назад ударил меня в лицо.
Не такой уж он и внушительный этот кулак. Просто достойного соперника
