не собиралась. Я уже подумывала предпринять попытку, будь прокляты крысы и Поджигатели. И тут услышала шум. Я решила, что это один из тех сумасшедших придурков, которые на нас напали. — Она с досадой посмотрела на Габриэля.
Габриэль скривился при воспоминании.
— Она свалилась с потолка, вопя, как воин-камикадзе. И чуть не изрезала меня своим ножом.
Хорн поведал как можно больше правды, как это делают все искусные лжецы. Габриэль искал в городе пиццерию, которую описал Хорн, старался держаться в тени, переходить из здания в здание, где только можно, чтобы не оставлять следов, менял и удваивал свои передвижения, когда приходилось выходить на улицу, делал все возможное, чтобы двигаться бесшумно и незаметно.
Он наблюдал, как еще две группы Поджигателей сваливали и сжигали тела, помечая здания зловещим крестом, заключенным в круг. Некоторые здания они оставляли в покое, не считая граффити, другие поджигали. Они ехали в бронированных грузовиках по узким дорожкам, проложенным ими в боковых улочках, кричали и смеялись, у каждого из них было мощное импульсное оружие.
Габриэль держался от них так далеко, как только мог. Он уничтожил десятки крыс, но не полчища. В небольшом количестве он быстро расправлялся с ними с помощью импульсного жезла. Он отбился от трех бродячих собак, двух зараженных и одной нет.
Неинфицированный бродяга умирал от голода, его ребра проступали сквозь свалявшийся коричневый мех. Габриэль открыл несколько банок с готовой говядиной и разбросал мясо на заснеженной земле. Пес набросился на еду и сожрал ее в считанные секунды.
Габриэль оставил его в живых, чувствуя странное родство с этим животным, пытавшимся выжить в диком городе, одиноким и преследуемым врагами, но не побежденным.
Он нашел туши еще четырех собак у мусорного контейнера в переулке, когда спустились сумерки, а вместе с ними и леденящий душу холод. Дыхание паром вырывалось из-под маски. На земле была кровь, брызги, полосы и сотни крошечных отпечатков когтей.
Габриэль двинулся к погруженной в полумрак промышленной кухне ресторана, ужас сковал его нутро, он стиснул челюсти, сжимая в кулаке импульсный стержень.
Он так испугался, когда Селеста набросилась на него, свалившись с потолка, как какое-то безумное ночное создание, что едва не убил ее. Эту часть он оставил за кадром.
Она дрожала, была напугана и находилась в полубезумном состоянии, но была готова бороться, чтобы сохранить себе жизнь. Габриэль пересмотрел свое мнение о ней за те часы, что они плутали по городу в темноте, пробираясь сквозь снег, дрожа от холода и боли, отчаянно пытаясь укрыться от смертоносных тварей, охотившихся за ними.
— Вам обоим повезло, что вы остались живы, — сказал Джерико.
— Селеста выжила не благодаря Хорну, — прорычал Габриэль, его ярость вернулась с новой силой. — Теперь вопрос только в том, что с ним делать.
Уиллоу сцепила руки на бедрах.
— Разве не Хорн хотел изгнать Сайласа и отправить его на мороз, чтобы он выживал сам?
— Это был несчастный случай, уверяю вас, — пискнул Хорн. Его лицо было бледным, как кость, а выражение — затравленным. — Если вы только…
— Заткнись, черт возьми! — Габриэль вышел из себя. Он бросился вперед и схватил Хорна за тощую шею, подняв его с пола. Хорн отчаянно брыкался, нанося удары. Белки его глаз мерцали в тени.
Габриэль даже не почувствовал ударов. В нем пульсировал праведный гнев.
— Ты должен умереть за это!
— Габриэль! — закричал Мика. Он дернул его за руки, оттаскивая назад.
Краем глаза Габриэль заметил, как что-то шевельнулось. Полоска света в темноте снаружи.
Стекло разлетелось вдребезги. Что-то взорвалось. Дым заполнил воздух.
Габриэль крутанулся, бросив Хорна, как мешок с картошкой. Быстро выхватив пистолет, он стал судорожно искать угрозу.
Но было уже слишком поздно.
Первая пуля просвистела у него над ухом. Вторая нашла свою цель.
Габриэль в ужасе наблюдал за тем, как Финн пошатнулся. Его огромное тело падало как в замедленной съемке, с грохотом рухнув на пол.
Глава 21
Уиллоу
Уиллоу ничего не видела. Она едва могла дышать. Сердце бешено колотилось в груди. Запястья горели от электрических наручников, грубо сковывавших ее руки. Ткань черного мешка, закрывавшего лицо, неприятно прижималась к ноздрям и приоткрытому рту при каждом вздохе.
Она то и дело неловко спотыкалась, ее толкали вперед, как животное, тыкая чем-то острым в спину. Уиллоу не понимала, где находится и куда идет. Лишь смутно ощущала открытое пространство, а потом накатила клаустрофобия, когда она оказалась зажатой в тесном помещении. Почувствовав движение, она резко дернулась, и ее тело столкнулось с остальными. Они находились в кузове какого-то фургона или грузовика.
Попытки поговорить шепотом прервались после нескольких резких ударов по плечам. Судя по стонам, которые Уиллоу услышала, с остальными поступили так же.
Чье-то плечо ударилось о ее плечо. С другой стороны она почувствовала колени, чье-то бедро, прижатое к ее собственному. Но Уиллоу не знала, кто это был. Бенджи хныкал, но она не могла подойти к нему, не могла утешить или сказать, чтобы он был сильным.
Она едва могла успокоить себя. Где Финн? Он с ними? Живой? Все ли с ним в порядке? Дым мешал видеть, что-то похожее на слезоточивый газ жгло глаза и легкие, выбивая из колеи. Через несколько секунд после того, как Финн рухнул на пол, как поваленное дерево, на них набросилась дюжина вооруженных людей, сковывая им запястья и натягивая на лица мешки.
Поджигатели, должно быть, выследили Габриэля и Селесту по следам на снегу. Все они так сосредоточились на Селесте, что потеряли бдительность и ничего не замечали, пока Поджигатели приближались к ним, как гиены на охоте.
— Это все ужасное недоразумение! — закричал Хорн. — Вы не можете так поступить со мной…
— Заткнись, черт возьми, — прорычал глубокий голос.
Уиллоу рывком вытащили из машины. Кто-то толкал и пихал ее по неровной земле в большом, гулком пространстве. Спотыкаясь, она поднялась по нескольким лестницам. Один раз она упала, ушибив колени и едва не рухнув на пол лицом, но ей удалось восстановить равновесие.
Ее охватила паника. Страх и ужас когтями впились в ее горло, но вместе с тем в ней нарастал гнев. Они проделали слишком долгий путь, чтобы вот так погибнуть, схваченные и убитые обычными уличными бандитами. Уиллоу подергала наручники. По рукам пробежали болезненные разряды.
— На колени! — крикнул кто-то, толкая ее вниз.
Черный мешок сорвали с ее лица.
Она быстро моргала, глубоко вдыхая. Наконец в глазах прояснилось.
Уиллоу повернула голову, судорожно ища глазами Бенджи и Финна. Все они стояли на коленях в ряд. Все были там. Мика по одну сторону от нее,
