ты думал, что для того, чтобы занять пост главы, мне необходима помощь Шеля, то глубоко заблуждаешься.
Её зрачки угрожающе сузились. Мужчина же в ответ лишь хмыкнул.
Похоже, у них тут свои тёрки. И довольно серьёзные.
Я же спокойно произнёс:
— Я не стану вмешиваться в дела Ордена до того момента, пока Орден не пересечёт границы допустимого, а также пока не атакует и не станет угрозой для моей семьи, Рода или будущей империи. И если речь об обязательных требованиях, то это одно из обязательных требований с моей стороны.
Я заметил, как после моих слов он быстро кинул взгляд на Клариссу.
— Идёт, — сразу ответил образ, опередив остальных, которые явно хотели на это что-то возразить.
Все они прекрасно понимают, к чему было моё условие. Теперь я смогу помочь Клариссе только если она станет моей женой или если вступит в мой Род.
Вот только пока Кларисса в Ордене, она не может сделать ни то, ни другое. Ей либо придётся покинуть Орден, либо мне в него вступить. Именно поэтому Карлан так быстро и согласился. Потому что не хотел, чтобы я начал расширять требование дальше.
— Также, — продолжил он, — ты отдаёшь нам сектор Вирса, если становишься Императором.
— Только при условии, что вы будете моей основной ударной силой, — тут же ответил я.
— Это вряд ли, Вайторл, — усмехнулся образ. — Тот сектор хоть и обширен, но за такую нашу помощь мы можем требовать как минимум четверть Империи. Готов ли ты пойти на это?
Силен.
Похоже, я встретил действительно серьёзного соперника именно в переговорах. Да и как практик он тоже не слабый. Что многое говорит о нём. В прошлый раз, идя за Клариссой, я так и не до шёл до Карлана, поэтому мне не ясно, к чему привело бы наше столкновение.
— Неприемлемо, — помотал я головой. — И раз уж мы снова выяснили, что на этой почве не сойдёмся, предлагаю следующее. Вы, а точнее конкретно Кларисса, займётесь защитой Этараксийцев и только тогда я готов рассмотреть передачу того сектора.
На этом моменте девушка очень удивлённо посмотрела на меня. Я же продолжил:
— Сейчас Этараксийцы довольно уязвимы перед Империей. Поэтому им понадобится некоторая защита на первое время. За вашу помощь я предлагаю вам двадцать пять процентов от системы Вирса, и пять процентов дополнительно за каждый год, который вы будете их защищать.
— Предлагаешь делить шкуру неубитого сарса? — усмехнулся мой оппонент.
— Так ты сам это начал, — пожал я плечами. — Я ведь не тянул тебя за язык приплетать свои дела. Вы сами решили говорить о будущем. И я лишь предлагаю вам альтернативный вариант.
— Десять, — вынес свой вердикт мой оппонент.
Раскатал губу, так раскатал. Всё же речь идёт о космической войне, масштабы которой могут длиться не одно столетие. И потом, когда у них наберётся весь возможный процент, я ещё и должен останусь.
— Семь, — ответил я. — Это максимальная уступка, на которую я готов пойти.
В зале снова повисло молчание. А затем Карлан произнёс:
— Договорились. Но всё это при условии, если Этараксийцы не пойдут лично по своей дурости против Империи.
На это я мог лишь кивнуть. Потому что прекрасно понимаю, что они не хотят прямой войны с ней лично.
Дальше с наших обеих сторон вновь посыпались требования, оговорки, предложения, ограничения, возможные уступки. Одни пункты тут же отклонялись, другие принимались, третьи срезались наполовину. Мы говорили не только о флоте и не только о пиратском вопросе.
Мы говорили о будущих поставках, о возможной покупке у Ордена кораблей по сниженной цене, о найме бойцов, о доступе к определённым маршрутам, о том, где заканчивается их ответственность, а где начинается моя.
Я старался брать не только то, что нужно здесь и сейчас, но и то, что пригодится в будущем моей империи.
К обсуждению присоединились и все остальные. Разговор действительно вышел жарким. Несколько раз Кларисса вмешивалась. Пару раз хмуро молчали те, кто явно хотел бы протолкнуть больше, но понимали, что этим только испортят итог.
В конце концов мы всё-таки заключили устное соглашение.
Почему устное? Всё просто.
Хоть я и являюсь сильной фигурой, реальной власти у меня сейчас нет. А значит, и смысла подписывать что-либо официальное или заключать какие-либо энергетические печати нет. Всё равно это будет «бумага» без трона. Или печать без государства. Поэтому теперь наша договорённость держится только на словах и «взаимоуважении».
Сказать, что кто-то из нас поимел для себя гораздо больше, было бы неправильно.
Но если говорить честно, в большинстве моментов выигрывал именно Орден.
Самый большой их плюс сейчас заключается в том, что, защищая Этараксийцев, они так или иначе смогут начать на них влиять.
Не сразу, конечно. Не грубо. Но влияние всегда начинается с заботы, помощи, безопасности и времени. Особенно если ты приходишь туда, где до этого была только боль.
Да, сейчас для Этараксийцев Орден — это люди, а люди для них источник ненависти, но среди Ордена есть Альвы и если Орден поведёт себя правильно, со временем может возникнуть уже своя связь. И это одновременно и хорошо, и плохо.
Когда всё закончилось, мы с Клариссой уже шли по тому самому дворцу, в который вошли после перехода. В этот момент нам навстречу из соседнего зала вышли Яна и Ольга. Девушки с некоторым удивлением смотрели на весело хохочущую Клариссу.
Она же не могла остановиться. Но когда мы подошли ближе, утерев выступившие от смеха слезинки, покачала головой и всё же произнесла:
— Мда, Грес… Они ведь даже не представляют, насколько сильно ты их развёл.
Глава 15
События прошлого, которые пора продолжить
— Скажешь тоже, — хмыкнул я.
Подойдя к Яне, ласково погладил её по голове. Девушка едва заметно улыбнулась. Её волосы мягко скользнули у меня между пальцев, а я, глядя на неё, продолжил:
— Орден себе столько привилегий на будущее отхапал, что считать замучаешься.
— Не прибедняйся, — усмехнулась Кларисса, сложив руки на груди. В её глазах всё ещё плясало веселье после разговора с советом. — Чего только стоит твой пункт о защите Этараксийцев. Они ведь думают, что теперь получат на них влияние. Начнут с ними торговлю, окажут пару услуг, влезут в доверие, а потом начнут потихоньку тянуть на свою сторону. И вот у тебя уже, считай, легальные шпионы в Ордене.
Я перевёл взгляд на неё, отвечая:
— Пусть попробуют. Это даже к лучшему. Да и в конце концов там будешь и ты, так что рассчитываю на тебя. Этараксийцы теперь ненавидят людей
