Он проклят. Проклят так же, как посох Шаль, мечи Алана и Нади, да и вообще все, что они нашли в подземелье.
Все эти артефакты невероятно сильны, но не могут перечить воле хозяина подземелья.
— Итак, мечники не могут двигаться, маги не могут колдовать. Посмотрим, как вы справитесь с ним теперь.
Стоило Оуру договорить, как обезглавленный минотавр начал медленно подниматься с пола.
Надя очнулась в незнакомой комнате.
Внутри стояли лишь нехитрая кровать и игравший роль туалета горшок. С трех сторон ее окружали стены, с четвертой — решетка. Похоже, ее бросили в темницу. Надя замотала головой, а затем постучала по лбу, пытаясь окончательно пробудиться. Однако сознание ее словно заволокло туманом, и она никак не могла собраться с мыслями. Она решила прокрутить в голове все, что с ней случилось.
Постепенно мысли возвращались, а сознание прояснялось. Она вспомнила, как не могла двигаться, а к ней бежал огромный безголовый мужчина. «Ах да, минотавр». Надя вздохнула. Неподвижные мечники ничего не смогли поделать с ожившим минотавром, и их без труда схватили.
Может, ей повезло избежать смерти, но радостного в ситуации мало. У нее забрали оружие и броню, оставили лишь грубую одежду. Та походила на платье, но слишком короткое и кончавшееся намного выше колен.
Кстати, об оружии… Надя прикусила от досады губу. Она так обрадовалась, когда получила тот проклятый клинок, что сразу же выкинула меч, долгие годы служивший ей верой и правдой. А ведь оставь она его — и они, быть может, смогли бы одолеть Оура.
Надя ненадолго погрузилась в раскаяние, но уже скоро вновь взяла себя в руки. Настоящий воин не может жить одним только прошлым. Куда важнее настоящее и будущее.
Разумеется, больше всего она беспокоилась за Алана. Нет, безопасность Шаль и Викии ее тоже волновала, но об Оуре, владыке лабиринта, говорят, что он забирает прекрасных девушек из подконтрольных деревень. Надя переживала за их честь, но коли жива она — наверняка маг пощадил и их. По крайней мере, пока.
Однако Алану надеяться не на что. Пусть их лидер и прекрасен настолько, что может сойти за девушку, он все же мужчина без каких-либо оговорок. Стало быть, Оуру незачем оставлять его в живых.
Девушка задалась вопросами, не надеясь узнать ответ, но…
— Шагай!
Темная альвийка с копьем в руках вдруг привела в темницу человека, которого Надя ни за что бы ни с кем не спутала. Того самого Алана, о котором она так переживала.
— Алан!
Надя тут же подбежала к решетке и схватилась за прутья, но альвийка перевела копье на нее.
— Руки на дальнюю стену, быстро!
Надя заскрипела зубами, но все же послушалась, после чего навострила уши. Раздался лязг открывающейся двери. Надя мгновенно развернулась и попыталась было вырваться на свободу, но столкнулась с Аланом, которого как раз пинком протолкнули внутрь.
— Не делайте глупостей. Помните, у нас двое ваших, — ледяным тоном бросила темная альвийка, заперла темницу и ушла.
Надя же обрадовалась тому, что остальные живы, и от счастья обняла Алана.
— Алан, я так рада, что ты цел и невредим.
— Да… и я рад, что ты в порядке, Надя.
— Что произошло?
Поймать-то их поймали, но Надя совершенно не понимала, с какой стати их вместе с Аланом закинули в одну темницу. Возможно, их забросили за решетку парами, но тогда непонятно, почему Алана так задержали.
— Меня прокляли, — Алан с трудом уселся на пол. — Мне запечатали магию. Если я попытаюсь зачитать любое заклинание, меня обездвижит чудовищная боль. С Шаль и Викией сделали то же самое. Наверное, тебя отпустили потому, что не почуяли в тебе энергию.
— …Ясно.
— Ты тоже присаживайся.
Алан пересел на кровать и похлопал рукой рядом с собой.
— А, хорошо.
Надя неуверенно села рядом. Она снова вспомнила, во что одета. Грубое, тонкое одеяние почти не скрывало линий ее тела, к тому же обнажало ноги. Более того, она ясно чувствовала, что белья на ней нет.
— Да, проклятие — вещь неприятная. Материальную печать еще можно сломать, но проклятие…
Проклятия умеет снимать Шаль, но если прокляли и ее, рассчитывать особо не на что. Даже божественная сила, которой владеют жрицы — лишь одна из разновидностей магии.
— Надя… — обратился Алан к задумавшейся подруге. — Может, сейчас и не время… хотя нет, именно сейчас самое время, чтобы я все-таки сказал тебе.
Он повернул голову и посмотрел точно на нее.
— Я люблю тебя, Надя. Люблю по-настоящему.
Три секунды. Именно столько времени ушло у опытной воительницы на то, чтобы понять слова, которые она только что услышала. А затем она мгновенно покраснела.
— Э, чт, э… т-ты серьезно?..
Алан уверенно кивнул.
— Но как же Шаль и Викия?..
— Конечно, я и их очень ценю. Но люблю, Надя, тебя и только тебя.
— Не могу поверить… спасибо тебе, Алан. Я так рада.
В душе Нади мелькнуло чувство вины перед подругами. Однако Алан сделал свой выбор. Наверное, если бы он выбрал другую, Надя бы смирилась и порадовалась за них. Убедив себя, она искренне прониклась признанием.
— Прости, я надеюсь, ты не сочтешь меня развратной, но…
«Сейчас или никогда». Надя решилась и продолжила:
— Давай… займемся любовью?
— Ты уверена? — Алан ошарашенно вытаращил глаза, но Надя кивнула.
— Возможно, потом Оур… изнасилует меня. К тому же я не знаю, вернемся ли мы домой живыми. Я готова ко всему, что ждет меня, но свой первый раз хочу подарить мужчине, которого люблю.
— Хорошо.
Алан медленно и нежно обнял Надю, и их губы сплелись в поцелуе. Вскоре он принялся лизать ей шею, а потом и вовсе повалил на кровать.
— Надя…
— Зови меня Леона, — прошептала Надя едва слышным, совершенно непохожим на нее голосом. — Так меня зовут на самом деле. Леона Джарвис — вот мое истинное имя.
Ж-ж.
— …У тебя очень красивое имя, Леона.
— А…
Алан закатал одежду Нади. Ему открылась и пышная грудь, и поросшая рыжими волосами промежность.
— Н-не смотри так пристально… я стесняюсь.
— Но тебе нечего стесняться, Леона… ты прекрасна.
— М-м.
Алан прикоснулся языком к груди Нади, и девушка вздрогнула. Хоть она и провела с мечом долгие годы, на ее теле почти нет шрамов. Безусловно, за это следовало благодарить ее собственные таланты и мастерство Шаль, но самое главное — она берегла тело для Алана.
Все время, что они знали друг друга, Алан всегда выступал первым и отвлекал внимание врага. Стоило противнику ошибиться, как Надя наносила решающий удар.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
