местом и временем, я буду там.
* * *
В офисе «Стикса» царит какая-то суматоха, это возвращает меня на год назад, когда точно такой же ад разверзся после внезапной кончины полковника. Конечно, в нашем деле всегда высок риск, что тебя подстрелят или еще что похуже, у членов «Стикса» много врагов, я и сам нажил немало, просто теперь все это кажется нескончаемой воронкой, которая затягивает нас все глубже и глубже. Кажется, что из нее совсем нет выхода.
Вот почему я еще больше злюсь, шагая к своему кабинету, проклиная ненавистную базу комплекса организации, которой теперь по глупой прихоти Роддса должен управлять. Этот старый мудак написал протокол на случай своей смерти и поставил меня у руля, даже не спросив. Его гребаный мертвоподобный помощник Мерфи просто кинул рапорт на мой стол, сказав какой-то бред в стиле «ты не достоин управлять и овощным киоском». С тех пор никто его не видел, и слава богу, пусть этот слизняк катится ко всем чертям и отпаривает свои костюмы для того, чтобы выслуживаться под руководством кого-нибудь другого.
В отличие от Роддса я хотя бы установил запрет на вербовку детей, мы все еще пристраиваем спасенных в интернаты, приемные семьи и учебные заведения по всему миру, но теперь все они подлежат тщательной проверке и контролю. Я больше не допущу промашек, иначе какой смысл спасать жизнь, если в конце концов ее снова погубят.
Линк и Джош пришли мне на помощь, мы распределили отделы между собой, так что первый взял на себя ответственность за всю информационную безопасность, а второй, помимо юридических вопросов, заведует аналитикой и вербовкой новых членов организации. Иронично, после смерти Роддса я вернулся к осознанию, что иметь друзей – не так уж и плохо.
Зерна сомнения, которые он годами сеял в моей голове, проросли, но что это дало? Ничего, кроме пустоты. Если иметь кого-то рядом с собой – значит постоянно принимать тот факт, что потеря теоретически возможна, то так тому и быть. Самому же мне не приходится переживать о своей смертности, я уже давно пересек черту страха за собственную жизнь.
– Какого хрена происходит? – спрашиваю, окидывая взглядом дверь кабинета Линка, рассыпавшуюся в стеклянную крошку. Джош расхаживает подобно зверю, запертому внутри тесной клетки, из которой он никак не может найти выход. Его длинные пальцы запущены в волосы, и он выглядит непривычно помятым даже в костюме.
– Она пропала, – выдавливает Джош, поднимая на меня покрасневшие глаза. – Мы должны что-то сделать.
– Например, убрать бардак, который ты устроил, и наконец сесть, ты нервируешь, – сухо говорит Линк, не переставая печатать на своей клавиатуре. Несколько мониторов выводят изображения с камер в квартире Элси, за которой мы продолжаем вести наблюдение, поскольку с уходом полковника задание не аннулируется, ей все еще нужна защита.
– Что ты имеешь в виду, говоря, что она пропала? И где Дэмиен? Возможно, они…
– Не заканчивай гребаное предложение! – рявкает Джош. Похоже, ему невыносимо слышать, что они вместе, но я хотел сказать не это.
– Полегче, Ромео! Возможно, они просто отправились за город.
– Мистер Ройстон, сэр, – раздается за спиной. Я оборачиваюсь, чтобы взглянуть на моего второго ассистента. – Нам только что сообщили, что в Роксбери найдено тело мистера Каллахана. Ножевое ранение, драка. – Он протягивает мне планшет, словно это утренняя газета, но я не успеваю взять его, так как Джош выхватывает устройство, выглядя обезумевшим.
– С кем он был? Там была женщина?
– Н-нет, сэр, – отвечает мой помощник, оторопело глядя, как Джош пролистывает отчет. – Только его брат.
– Я еду туда. – Он толкает планшет мне в грудь и вылетает из офиса.
– Какой гребаный бардак. – Я снова смотрю на отсутствующую дверь. – Прибери здесь, – говорю помощнику, отправляясь за Джошем, пока он не натворил глупостей.
– У нас вообще будет хоть один спокойный год?! – кричит мне вслед Линкольн.
Задаюсь тем же вопросом, хотя уже знаю ответ. Любой мальчишка, прочитавший «Человека-паука»[4] от корки до корки, тоже его знает. Вот почему я не хочу быть главой «Стикса».
Достаю из кармана упаковку лакрицы и разрываю ее зубами, спеша в сторону парковки.
Глава 15
Ремеди
26 лет
Что-то не сходится, но я не могу понять, что именно. Стены в моей квартире больше не пусты, они как огромная датированная карта представляют собой подробную хронику последних лет со всеми связующими событиями, начиная с момента, когда Роддс обратился к своим лучшим ребятам за помощью в обеспечении безопасности его дочери. Это было пять лет назад.
Через год Элси съехалась с Дэмиеном, который обманом заставил ее поверить, что он простой парень из богатой семьи. Все, конечно, так, не считая упоминания «Стикса», да и семья там не просто богата, отец Каллахана имел связи с различными преступными организациями и синдикатом, готова поспорить, именно это и стало причиной прихода его сына в «Стикс». Я узнала все это от Кая, который по приказу Роддса стал телохранителем в семье партнера старшего Каллахана. Довольно запутанная история, но, думаю, полковник собирался проверить все окружение разом.
Потом было странное покушение на Элси, организованное бывшей сотрудницей «Стикса», ее устранили, и концы оборвались. Через год после взрыва в машине полковника Элси бесследно исчезла, причем ее не могли разыскать трое первоклассных ищеек, а Дэмиена нашли зарезанным в уличной драке. Все выглядело так, будто он заступался за своего не слишком праведного брата, но я все равно не могу принять отчеты экспертов как правду.
Это было сумасшедшее время, в течение которого наши встречи с Уэйдом стали более редкими, а прощания вымученными и холодными. Я сознательно держала его на расстоянии, опасаясь за собственное здравомыслие, что поделать, я всегда была слишком слаба духом, когда дело касалось этого мужчины. Делать вид, что у меня нет к нему чувств, – слишком тяжело. Но я должна была отделять свои желания от работы, потому что что-то назревает, я не могу потерять голову, ведь поклялась защищать его любой ценой.
Что касается Элси, надо отдать должное ее подруге-хакеру, именно она все это время удерживала наш особо важный объект под кодовым номером двадцать двенадцать за завесой из шифров и кодов. Наоми Рид, чье прошлое гораздо темнее моего, судя по тому, как тщательно она охраняет файлы о себе, теперь тоже часть моей карты. Вешаю стикер под ее фотографией, обещая себе покопаться в этом при случае, а потом подхожу к стене с проигрывателем и выбираю свежую пластинку,
