Признаться, в нашем отделе порой слишком большое внимание уделяют компьютерам и всяким базам данных. А мы с мистером Бартоном тоже «поработали ножками», правда с помощью автомобиля, и я убедился в том, что это — главное в нашей работе. Так что роботы в криминалистике — это, на мой взгляд, далекое будущее.
— Ну, вы спелись, — хитро улыбнулся Корреджо. — Ладно, капитан, расскажите, что у вас нового.
— Нового много. Я привез вам распечатку телефонных переговоров интересующих нас лиц, почитайте на досуге. Я выделил желтым цветом особо важные места. В двух словах: все, кто вел телефонные разговоры, похоже, очень волнуются. Им известно о том, что Анзор Бейкан убит, и уже одно это дает нам возможность задержать лиц, которые числятся в Ливано-Британской ассоциации, на сорок восемь часов и допросить их.
— Вадид, эта публика — бывшие работники спецслужб, — покачал головой Корреджо. — Если у вас не будет весомых улик, вы от них ничего не добьетесь.
— Как же нам быть? — заволновался Вадид.
— Есть только один путь: выяснить, какую роль они сыграли в смерти Мэри Белл, — сказал Бартон.
— А если не сыграли никакой? — вставил Корреджо.
— Ты в это веришь? — впился в него глазами Бартон.
— Честно говоря, нет.
— Тогда есть только один путь: выяснить, какую роль они сыграли в смерти Мэри Белл.
XXXV
Обедали они вместе. Покончив с ливанским десертом, они устроились в номере Бартона с двумя кофейниками ливанского кофе с кардамоном.
— Друзья мои, — начал Бартон, — боюсь, что в ближайшее время, — возможно, даже в ближайшие часы, — мы начнем испытывать сильное давление со стороны британского Министерства иностранных дел, которое потребует, чтобы мы закрыли дело и перестали «мучить сотрудников посольства» ненужными вопросами. Лейси наверняка жалуется, что ему и его людям не дают нормально работать. Поэтому нам нужно активизировать нашу работу.
— Согласен, — сказал Корреджо.
— Вы правы, — отозвался Вадид.
— Что ты предлагаешь? — спросил Корреджо, залпом выпивая чашку кофе.
— Начнем с Вадида. Можете ли вы организовать возобновление следствия по делу убийства Мэри Белл? Скажем, на основании того, что в деле появились новые обстоятельства. Они у вас есть: некто, кто забирал машину и отвез ее в город, смерть Анзора, появление Лейси в «Магрибе». Свяжитесь с транспортной полицией, выясните, есть ли у него — или у кого-либо в посольстве — спортивный «морган», модель «аэро».
— Считайте, что это уже сделано, Кристофер.
— Лемми, можешь ли ты получить от своего высшего начальства указание проверить местное представительство ФБР как специальный инспектор, приехавший для этого из Англии?
— Предположим. А что дальше?
— Устрой встречу с Бейлисом. Познакомься с людьми, которые его окружают. Что-то наверняка бросится тебе в глаза, ты почувствуешь гнильцу, если она там имеется. А главное — постарайся вынюхать, не его ли приятель отгонял машину после убийства. Дальше мы можем его обвинить в угоне машины, а пока будет разбор этой ситуации, мы вскроем все его контакты. И последнее: раз они такие друзья с Лейси, попробуй также выяснить, как часто они встречались и где.
Корреджо встал.
— Поеду к американскому послу, — сказал он. — Уговорю его отправить такой запрос по его личному шифрованному каналу. Это тоже рискованно: вдруг Бейлис у него тоже в дружках? Но не должен быть. Старый посол, насколько я знаю, уехал домой четыре месяца назад. Значит, этот ненавидит прежнего и пока присматривается к Бейлису. Не исключаю, что он был бы рад от него избавиться и заполучить кого-нибудь поновее. Пойду закажу такси.
— Не отпускайте такси, — сказал ему Вадид. — Посольство находится в Дбайе, сейчас там трудно поймать машину. А ехать туда минут сорок.
— Я уже знаю, — кивнул Корреджо. — Мой секретарь дал мне с собой папку, в которой нет только маршрута в американское посольство из Дамаска. Встретимся за ужином.
Попрощавшись с Корреджо, Бартон снова уселся напротив Вадида.
— Не хочется, но придется хитрить, — сказал он. — Когда вы официально установите владельца «моргана», пришлите мне официальный документ о грубейшем нарушении водителем этой машины правил уличного движения, поведение которого могло привести к аварии и гибели людей. Поскольку он вел себя столь безответственно и не остановился, когда ему показал сделать это полицейский, можно предполагать, что он был в состоянии сильного алкогольного опьянения. А пока Лейси будет отвечать на такое письмо, займитесь опросом людей, которые могли видеть эту машину на дороге из Дамура в Бейт-эт-Дин или обратно.
— Но это не совсем этично, мистер Бартон. И потом, откуда мне взять такое письмо?
— Когда мы закончим дело, я публично принесу извинение за ошибку, которая вкралась в мои документы. Я понимаю, что, как честный полицейский, вы не терпите фальшивок и лжи, но иногда бывают ситуации, когда поймать преступника можно только с помощью хитрости. Мы же не будем потом обвинять его в этом нарушении; у нас будет более серьезное обвинение.
— Честно говоря, мне это не очень нравится, мистер Бартон.
— Давайте пофантазируем, капитан. Человек совершил убийство. Адреналин хлещет через край. Он возвращается в Бейрут обходной дорогой, он нервничает, и меньше всего ему хочется встречаться с полицейскими. В этой ситуации он вполне может даже задавить человека, не только нарушить правила дорожного движения. Я больше чем уверен, что он в дороге нарушил не одно, а сотню правил. Сейчас он об этом не помнит, конечно, но если подумает, ему все же что-то придет на ум. Если он извинится, значит, мы были правы. Если он сделает вывод, что ничего не нарушал, честь ему и хвала: мы признаем, что все это было ошибкой.
— Все равно мне это не нравится.
— Что ж, может быть, вы и правы, будем соблюдать правила полицейского кода. Только заметьте: преступники не соблюдают никаких правил. И в этом они на шаг впереди нас. Забудем этот разговор. Но машину мне найдите.
Проводив Вадида, Бартон пошел гулять по набережной. Вадид и обрадовал его, и огорчил. Обрадовал, потому что проявил высокие моральные качества, и его помощники довольно часто не соглашаются с ним самим, останавливая его в каких-то делах, не допуская, чтобы он нарушил этические нормы в расследовании. Огорчил, потому что эта, пусть и не совсем порядочная, игра могла принести неплохие результаты.
Он гулял не более получаса, с удовольствием вдыхая морской воздух и запах жареной рыбы с луком, который доносился из ресторанчика на самом берегу. Он вспомнил, что он с коллегами обедал сегодня, и причем долго, так что голодным быть не должен. Но ему почему-то страшно захотелось сейчас съесть что-нибудь из меню дешевого ресторанчика: рыбу и креветки, пожаренные в
