фиктивно? Когда брачная ночь оказалась вполне настоящей…
Боже, да что ж я натворила!
Отомстила Владу! Ничего не скажешь! Месть выдалась на славу!
Только как теперь мне самой с этим жить?!
Еду в такси, а ощущение, что в адовом котле уже варюсь. Все тело горит от мелькающих обрывков воспоминаний о прошедшей ночи. Вернее даже не целой ночи. Хватило всего-то утра, чтобы я перевернула свою жизнь с ног на голову. Будто мне до этого проблем мало казалось!
Наверно это все стресс. Или недосып. Или все вместе, черт бы меня побрал!
Как жить?! Как мне жить после всего, что я сотворила?!
Сама! Сама накинулась же! Принудила! Соблазнила!
Катастрофа! Я — катастрофа!
Это все Влад-козел виноват! Точно!
Если бы он не кинул меня с браком, то ничего этого не случилось! Если бы он не был неверным предателем, то я бы и не надоумилась бы и на эту глупую месть!
Да и черт бы с ним, ну и спал бы с кем хочет! Мне же от него нужен был только брак! Мне только Софка моя нужна! И всё. Все!
Не нужны мне все эти мужики!
Так что и без разницы кто из этих Тарановых стал моим мужем. Младший или старший. Главное, что у меня теперь есть гребанный штамп в паспорте и Леша даже адрес мне написал, который я могу указать для опеки — а это уже больше, чем я могла мечтать.
Леша…
Чокнулась окончательно.
Алексей Михайлович! И никак иначе.
Все, что случилось этим утром, в этом утре и останется. Да, пожалуй странно называть мужчину по имени-отчеству в процессе… секса. Но теперь все закончилось!
Однако меня снова обижает волной жара.
Не думать! Сосредоточится! Не до того сейчас! И все эти фамильярности — отставить! К реальной жизни они не имеют ровным счетом никакого отношения!
Леша остался в спальне. В которую я больше никогда не вернусь. В кровати, в которую я больше никогда не вернусь!
Опять дурацкий жар опаляет тело, будто подо мной уже адское жерло разверзается.
Но я не могу просто так выкинуть из головы то, как он обнимал меня, когда все закончилось…
Так бережно поглаживал мои спутанные волосы, прижимая мою голову к своему мощному плечу. Едва ощутимо целовал меня в макушку, и дышал так глубоко, будто нарочно затягивался моим запахом, смущая меня еще сильнее.
Ну вот… теперь еще и мурашки.
Перестань, Марьяна. Остановись просто.
Вернись в реальность и начни уже думать как собираешься жить дальше?
Сейчас первым делом с сестрой разобраться. Благо в порыве обжигающего стыда, я умудрилась не забыть свои вещи с тумбочки забрать, пока сбегала поджав хвост. Иначе это бы просто стало вишенкой на торте моей непроходимой тупости. Вернуться за вещами, наделать из-за них глупостей, и забыть их. Вполне в моем стиле, конечно. Но видимо подсознательное беспокойство о Софке хоть раз сработало в нужную сторону.
Стискиваю в пальцах злополучный паспорт с заветной печатью. В него и свидетельство о браке вложено. Видимо Леша… Алексей Михалыч позаботился. Уж не знаю, как он умудрился так быстро сделать все документы, но после нашего ночного бракосочетания — я уже ничему не удивляюсь. И словами не передать, как я благодарна ему за это.
Так благодарна, что аж отдалась, идиотка!
Хватит, хватит! Марианна!
Бросаю взгляд в зеркало заднего вида, и ловлю свое отражение через плечо водителя. У меня все лицо пунцовое уже от сжигающего изнутри позора.
Ну, хорошо хоть, что не зеленое. И на том спасибо. На удивление лайфхаки из интернета по отмыванию зеленки сработали, и я больше не выгляжу как Шрек. Пришлось правда еще раз заехать в общагу, чтобы разобраться с этим. Зато заодно хоть переоделась и обулась наконец-таки.
Ведь вряд ли зеленой оборванке так просто отдали бы ребенка, пусть бы и при наличии всех долгожданных документов.
Поэтому я нарядилась в свой самый строгий прикид: рубашку с воротником-стойкой, и классические, и пожалуй сильно устаревшие, черные брюки. Они мне слегка великоваты, потому что мамины, но с ремнем — сойдет.
В общем вид у меня серьезнейший. Светлые волосы собраны в тугую косу. На лице нет лишней косметики, чтобы не было и намека на легкомысленность. Только капля тональника, который я одолжила у Милы, чтобы замазать злополучные царапины и едва заметные следы зеленки, местами намертво въевшейся в кожу. Надо было уже все лицо мазать, чтобы не было видно, что я вся красная как рак от стыда. Надо просто перестать думать об этом. Тогда может и стыд угаснет хоть немного.
Вздыхаю с досадой. Потому что за всей этой неподъемной тонной позора скрывается именно она. Досада.
От того, что все закончилось.
И больше никогда не повторится.
Мне больше никогда не суждено вот так лежать в объятиях этого сильного и удивительно
