и долг обществу, как говорится…
– Вы возвращались на место сгоревшей хижины? – спросила Алла. – Когда-нибудь позже?
– Я что, дурак? Да меня теперь в лес калачом не заманишь! Ну что, отпустите меня теперь?
– Мы обязательно проверим ваш рассказ, и, если все окажется правдой, вы вернетесь домой. Если еще что-нибудь вспомните, сразу сообщите, хорошо?
– Всенепременно… – буркнул подозреваемый: видимо, он ожидал, что его тут же отпустят. С другой стороны, как он мог предполагать такое – не в первый же раз привлекался!
– Кстати, я вспомнил! – неожиданно снова заговорил Лаптев.
– Ну? – нахмурился Шеин, не ожидая услышать ничего полезного.
– Девчонки там были.
– Девчонки? – переспросила Алла.
– Ага. Две – точно! Одну из них, кажется, Мурой звать.
– Вы слышали ее имя?
– Ну да – один из парней еле ее увел от сторожки-то.
– Она что, не хотела уходить? – уточнил Антон.
– Ну. Он ее за воротник потянул, а она все стояла и пялилась… Жуть просто!
Лаптев поежился, словно ему вдруг стало холодно в душной комнате для допросов.
– Вы ему верите, Алла Гурьевна? – спросил Антон, когда они оба вернулись в ее кабинет. – История уж больно чудная!
– Вот именно потому что она чудная, верю, – со вздохом ответила Алла. – И от этого мне не по себе, если честно!
– Из-за того, что дело касается детей?
Она кивнула.
– Но, Алла Гурьевна, что такого могло произойти между пришлыми подростками и жертвами, что дело дошло до убийства?!
– Вот и я думаю – что? В любом случае теперь мы хотя бы в курсе, кого искать!
– Спустя четыре года? Дохлый номер!
– А вот и нет! Те ребята ведь не на месте преступления вылупились, верно? Они откуда-то пришли. Или приехали.
– Да там же шоссе неподалеку, – развел руками Антон. – Откуда угодно могли…
– Их было, по словам Лаптева, пятеро или шестеро – многовато для одной машины, не находите? Если, конечно, это не фургон… Кроме того, они не могли сами управлять: их кто-то должен был привезти!
– Что у вас на уме?
– Помните, Лаптев упоминал турбазу или базу отдыха в том районе?
– Ну… вроде да. Алла Гурьевна, столько времени прошло – нечего и надеяться, что сохранились видеозаписи с камер!
– Но должны быть другие записи, от руки или в электронном виде – во всяком случае, о регистрации!
– Э-э… правда ваша. Хотите, чтобы я съездил и все разузнал?
– Будьте любезны, Антон!
– Прямо сейчас могу выехать – думаю, успею до темноты.
– Отлично!
– Но вы же понимаете, что, даже если информация и отыщется, показания Лаптева…
– Конечно, Лаптев – не самый надежный свидетель, но пока он – все, что у нас есть! – перебила опера Алла. – Когда узнаете что-то новенькое, мы сядем и обсудим, что делать дальше, идет?
* * *
Лера удивилась, увидев на экране имя Евгения Пака: как он догадался, что она хочет поговорить?
– Добрый день, Евгений Михайлович, – поздоровалась она. – Что-то случилось?
– Я хотел бы кое-что у вас уточнить, Валерия Юрьевна.
– Конечно, слушаю вас!
– Скажите, вы обратили внимание на то, во что был одет Леонов в момент гибели?
– Его одежду? Да. Знаете, тут… А мы могли бы встретиться?
– Я освобожусь поздно. Если хотите, можем пересечься в спортзале на…
– Я знаю, где это! – не дослушав, воскликнула Лера и тут же прикусила язык: предполагалось, что она не в курсе.
– Знаете? – удивился собеседник.
– Э-э… дело в том, что я тоже там… тренируюсь.
– Вы? Насколько мне известно, есть только два человека, которые практикуют рето-дзукаи[9]. Один из них я, а второй не вы.
– Нет-нет, я занимаюсь каларипаятту[10] с Диду…
– А-а… ясно. Значит, вы знаете адрес. Я планирую подъехать к половине девятого. Если не успеете, то тренировка длится час: встретимся после.
– Спасибо! – обрадовалась Лера. – Я обязательно буду!
Не то чтобы она не могла обойтись без консультации прокурора, но как будто чувствовала, что Пак может оказаться полезен. Кроме того, он представлялся ей фигурой загадочной: мало кто интриговал Леру так, как Евгений Пак – ну, разве что доктор Владимир Князев по прозвищу Мономах, но это больше из-за Сурковой, ведь он – ее друг и частый помощник в расследованиях. С Паком все иначе: он похож на запертую шкатулку, которую очень хочется открыть, потому что общеизвестно, что в ней полно диковинных вещей, но в то же время страшно это сделать, так как вещи эти весьма опасны и, возможно, лучше оставить их в шкатулке. Но Лера слишком любопытна!
А пока что следовало наведаться в медицинский центр и поговорить с лечащим врачом Андрея Леонова: хорошо бы оказаться во всеоружии, когда они с прокурором встретятся.
* * *
Следователь Денис Круглый оказался под стать своей фамилии – невысокий, толстенький, с широким добродушным лицом и носом, забавно торчащим, казалось, прямо между щек.
– Так ты, выходит, студент? – удивленно сказал он, когда Илья представился.
– Нет, я уже окончил универ, – ответил тот, слегка задетый покровительственным тоном собеседника.
– И давно?
– В прошлом году…
– Да ты не обижайся! – усмехнулся следователь, плюхаясь толстым задом на стул и указывая посетителю на другой. – Где ж еще опыта набираться, как не в прокуратуре? Хотя можно было бы и к нам, в следствие… Если начистоту, меня удивил звонок Евгения Михалыча: он что, решил сам заняться расследованием?
– Типа того, – уклончиво ответил Илья. – А вы давно знакомы с прокурором?
– Ну не то чтобы давно… так, сталкивались пару раз. Ему, знаешь ли, палец в рот не клади – всю душу вынет, коли что не так! С другой стороны, служба такая… Так он прислал тебя из-за позавчерашнего покойника?
– Точно! Его ведь избили и сожгли?
– Ага. Как того, как, бишь, его…
– Сайко.
– Вот! Интересно, да?
– В смысле?
– Я в том смысле, что преступления уж больно похожи, а злодеи, насколько я понимаю, не могли этого сделать, ведь они под арестом!
– Нет уверенности, что добрались до всех причастных…
– Вот и я так думаю: может, был еще кто-то, кого либо не смогли задержать, либо… Но подумай: зачем этому человеку «светиться» сейчас, еще до вынесения приговора? Я бы на его месте подождал, пока страсти улягутся, ведь своими действиями он буквально напрашивается на дополнительное расследование, а значит, может попасться, как и другие!
– Согласен, но… вдруг ему неймется?
– Думаешь, он псих конченый?
– Разве человек с нормальной башкой станет такое вытворять? – пожал плечами Илья.
– Ты прав, – крякнул Круглый, – я такого давненько не видал… Вернее, никогда не видел, если уж по правде говорить! Уверен, что хочешь поглядеть на покойника?
Лунообразное лицо следователя
