поинтересовался я у Демона, открывая дверь.
— Выбор! — выдал одаренный.
— Какой?
— Пьем или деремся!
— Не интересует, — я попробовал закрыть дверь, но Демон успел протиснуть в проем свою лапищу. И пусть у меня получилось бы удержать дверь, но я не отказал себе в удовольствии как следует прищемить верзиле его клешню. С него не убудет.
— Ты это специально сделал, — Дима без труда отвел разделяющую нас преграду в сторону.
— А ты догадливый. — Ядовито и немного устало произнес я, понимая, что поспать мне точно не дадут. Хорошо хоть завтра тоже выходной.
— Так что выбираешь? — не унимался мой напарник.
— Ну, — я почесал голову. — С одной стороны, мы сегодня уже пили.
— Ага, — рогатый кивнул.
Я же продолжил:
— А с другой, драться мне совершенно не хочется. Опять же, потом Айболита будить и ремонтников вызывать.
— И?
— Третьего варианта нет?
Демон покачал головой.
— Ладно, — смирился я, — давай пить.
— Жди здесь, — велел мне Демон и свалил.
Вернулся он снова с двумя бутылками виски.
— У тебя дома склад что ли?
Дима не ответил и сразу направился на кухню. Я обреченно вздохнул, прикрыл дверь и поплелся следом, старательно подавляя зевоту. Едва оказавшись на кухне, Демон по-хозяйски залез в холодильник и тут же скривился.
— Не густо. Ты что, святым духом питаешься?
— Праной, — я сел на стул.
— А ей закусывают?
— Нет.
— Тогда не пойдет. — Рогатая голова качнулась влево и вправо. — А вот это сгодится, — с этими словами напарник выудил из моего холодильника остатки мясной нарезки, початый батон, банку с маринованными огурчиками и пирожки из магазина.
Мы накрыли суровую мужскую «поляну». Я поставил на стол две стопки, уже зная, что Демон пьет виски залпом, как водку. Мне же было уже все равно, как именно вливать в организм пагубно влияющую на него жидкость.
Поначалу мне казалось, что Демон хочет поговорить. Но он только пил и молчал. Даже закусывал через раз. Вот так молча мы и нажрались в затянутой сигаретным дымом кухне. И когда я уже понял, что начинаю клевать носом, напарник вдруг заговорил.
— Ты, сука, мне не нравишься, — выдал он заплетающимся языком.
— Скажи что-нибудь новое.
— Погоди, — красный палец с черным когтем поднялся вверх, после чего указал на меня. — Я тебе тоже, сука не нравлюсь.
— Есть такое, — не стал я кривить душой.
— И мы оба не нравимся суке Зиминой, — неожиданно заявил мой собутыльник.
— Погоди, — теперь палец поднял уже я. — Кроме нас, сук, в твоём проникновенном монологе будут другие действующие лица? Мне надо подготовиться.
— Нет, сука.
— Ясно, сука.
— Сука… — Демон заграбастал утонувшую в его руке рюмку и разом влил себе в рот.
— Да я понял, понял, — мне пришлось поддержать напарника и закусить огурчиком. Конечно, разбирающиеся в благородном алкоголе люди закидали бы меня за такое тапками, но мне было уже все равно. — Дальше-то что?
Блуждающий взгляд Демона замер на мне.
— А дальше, сука, — мрачно произнес он, — ни хрена хорошего. Нам нужно или работать вместе, или пойти в подворотню раз на раз, и чтобы один другого кончил.
Я глупо хихикнул.
— Ты о смерти, я надеюсь?
— А о чем ещё, сука? — вскинул брови Дима. — О ней самой.
— Она тоже сука? — уточнил я, осознавая, что теперь меня забавляет этот разговор.
Демон охотно кивнул:
— Ещё какая.
— Хуже Зиминой?
— А вот тут не уверен, — Демон разлил по новой и, заметив сомнения в моем взгляде, решительным жестом пододвинул мне рюмку. — Пей.
— Стало быть, за уверенность? — предложил я тост.
— В суках и завтрашнем дне! — Демон даже привстал, чуть не опрокинув стол.
— Ну, почему бы и нет.
— Потому что да, сука!
Мы выпили еще по одной.
И еще.
И еще…
По правде говоря, «еще» было довольно много. Я даже со счета сбился. Когда вторая бутылка тоже опустела, я решил сходить в туалет. Встал, пошатнулся и тут же сел обратно.
— Ха, слабак! — хохотнул Демон. Он тоже встал, тоже покачнулся, но, в отличие от меня, чуть не сел мимо стула. — Кажись, у нас проблема, — доверительно сообщил он.
— Ага, сука, — на его манер отозвался я.
Демон глупенько захихикал.
— И чё делать-то будем?
— Посидим, а потом перейдем на чай, — предложил я. — Или на боковую.
— Херня, — весомо заявил Дима. Он все же встал, прошерстил содержимое моих шкафов и нашел початую бутылку конька, которую купил мой дядя.
— Вариант.
— Не вариант, — покачал я головой.
Но Демона, как всегда, не интересовало чужое мнение. Он взял чистые бокалы и безапелляционным жестом налил в них ароматный и вязкий напиток. Его мы пили уже медленно, без закуски.
— Как тебе Зимина? — глядя в потолок, осведомился Демон. — Скажи, та ещё соска.
— Хочешь знать, нравятся ли мне стройные блондинки с типажом «строгой училки»?
— Ну, типа того…
— Она ничего, — неопределенно отозвался я, вызывая в памяти образ нашего диспетчера.
— Ничего⁈ — Демон криво усмехнулся. — Ну ты, сука, даёшь. Она — огонь! Вот только нам там ничего не светит.
Не то чтобы у меня имелись какие-то виды на Зимину, но я все же поинтересовался:
— Отчего же?
— Потому как она это, сука… Сама с усами… Или как там говорят? Короче, она же может себя клонировать. Вот будь ты красивой бабой, которая могла бы создавать таких же красивых баб, вёлся бы ты на мужиков?
— Я решительно не понимаю, как мы дошли до этой темы.
— Как надо, так и дошли.
— Ну, — я почесал подбородок. — Вопрос философский…
— Нахер идёт твоя философия! Нормальный вопрос. И ответ нормальный. Знаешь какой?
Уже который раз за сутки я обреченно вздохнул.
— Сейчас, видимо, узнаю.
— Да, сука! Не нужен ей никто. Она только себя любит.
— Прямо, как ты?
— Прямо, как я, — не стал спорить Демон.
— А если ты мужик и любишь себя, мужика, значит ли это что ты…
— Ой, да пошёл ты! — Дима заржал и обновил нам напиток. — Давай за баб! С ними тяжко, но без них вообще никак.
Тут мне оставалось лишь согласиться.
— Что верно — то верно.
Мы выпили. Дима немного помолчал, после чего выдал:
— Помнишь, мы про суку в кубе шутили в офисе?
Я кивнул.
— Так вот. Зимина — не кубическая.
— А какая? — и вновь нить происходящего от меня ускользнула.
— Ну, не знаю, — Демон задумался и предположил. — Приятно округлая?
— Можно и так сказать.
— Тогда, сука, за округлости! — предложил Демон новый тост. — И за тех, кто их носит!
— Вы в край охренели что ли? — раздался рядом с нами возмущенный голос, и из ниоткуда перед столом появилась Яна. В одной руке она держала телефон,
