– О–о! – хмыкнул Забини. – Год обещает быть интересным. За какой стол не глянь, всюду мексиканские страсти. Шекспир нервно курит в сторонке.
День прошёл, как обычно: уроки, обед, поход в библиотеку, подготовка домашнего задания и ужин чередовались с привычной периодичностью.
Вечер в гостиной Слизерина пролетел непривычно тихо. Играли в шахматы. За каждую потерянную фигуру назначался штраф. Закончив игру, курили раритетные сигареты, обсуждали «Квидич сквозь века», семейные предания, сплетничали о преподавателях. Панси делала вид, что ничего не произошло и София, правильно поняв намёк, даже и не пыталась поговорить с соседкой по комнате. Да и о чём им было разговаривать?
Как же отчаянно тосковала София по дому! Даже смог над московскими дорогами отсюда казался привлекательным. Увидеть, – хоть одним глазком! – серые многоэтажные здания, чистенькие супермаркеты, сверкающие яркими неоновыми огнями улицы, Старый Арбат, Кольцевую, «Макдональдс» – тысячи вещей, которым в обыденности не предаёшь значение, и о которых потом тоскуешь сильнее всего.
Здесь, на границе Англии с Шотландией даже воздух был чужим.
Россия представлялась Софии живой водой, а вся Великобритания, особенно магическая её часть, казалась тёмными мёртвыми водами. Был здесь свой бог – Альбус Дамблдор, был сатана – Тёмный Лорд, был мессия – избранный Гарри Поттер. Свита ангелов, которые даже называли себя по имени утренней зари – аврорами, были и их противники – демоны УПСы. Всё было, кроме нормальной человеческой жизни и нормальных человеческих взаимоотношений.
А она, София? Какое место занимает она в этой псевдобиблейской истории? На что вправе претендовать серый ангел, до конца так и не решившийся примкнуть ни к одной из сторон?
«Уйдя от адских врат
Не брошусь в двери рая
И Вечность буду я
Стоять между дверей».
***
«Дорогая София!
Сообщаю, что Рождество ты будешь встречать с английскими родственниками. Миссис Малфой встретит вас вместе с Драко Мафлоем на Кинг–Кросс.
Василиса Мракс».
Ехать придётся с Малфоем? Как ни странно, София не испытыла неприязни при этой мысли. В последнее время ей даже не хватало перепалок со Слизеринским Принцем.
Вечер накануне выдался оживлённым. Казалось, весь Хогвартс, к этому часу обычно уже мирно посапывающий, решил пойти развеяться, прогуляться по коридорам. Ладно бы только студенты, но преподавателям тоже не сиделось.
Заметив мантию декана София так, скорее на всякий случай, спряталась за одной из многочисленных рыцарских статуй. Уже сотворив эту глупость она мысленно надавала себе подзатыльников. С какой стати ей прятаться от зельевара? Она просто чинно и мирно возвращалась из библиотеки в гостиную, только и всего! Правда, немного запоздало, но ведь это не преступление?
Наверное, правда была в том, что под пристальным взглядом то и дело раздражённо суживающихся глаз София всегда чувствовала себя не в своей тарелке и лишний раз старалась не попадаться профессору Снейпу на глаза.
Как оказалось, зельевар вышагивал не один. Следом за ним семенил Филтч, таща за руку Малфоя.
– Я же говорю вам, это подозрительно, – причитал школьный сторож. – Чего этому парню делать без приглашения на вечеринке у Слагхорна?
– Оставьте нас, Филч! – велел ему Снейп.
Выразив фырканьем своё недоверчивое презрение и негодование, старик удалился, припадая на правую ногу.
Снейп жестом приказал Драко войти в класс.
София, изнывая от любопытства, крадучись, приблизилась и прислонила ухо к двери.
– Прекрасная игра, мистер Малфой, – донёсся голос Снейпа.
– Благодарю, – отозвался Драко.
– Мне следовало гораздо раньше обратить внимание на ваши ошибки.
– Сожалею, что досаждаю вам, сэр.
– К Мерлину пустопорожние пререкания! Ты хоть имеешь представление о том, что творишь?!
– Конечно, профессор, – невозмутимо отвечал Драко.
– Имею наглость утверждать обратное. Я уже устал повторять: тебе следует быть осторожнее. Если тебя исключат из школы…ты уже не маленький и должен понимать, чем это закончится.
– Я понимаю. И нечего на меня так смотреть! Я знаю, что вы задумали. Только у вас ничего не выйдет.
– Вижу, Беллатрикс постаралась? – невесело хмыкнул Снейп. – У вашей тёти есть чему поучиться. Вы уже обращались к ней с просьбой, аналогичной той, с которой подкатывали ко мне?
– Идите к Мерлину, профессор!
– Ах, Драко, Драко! – с наигранной укоризной пожурил Снейп. – Самовлюбленный и легкомысленный сын не менее самовлюбленного и легкомысленного отца. Ты ведь понимаешь, что если бы я вызывал к себе в кабинет кого-то другого, а он упорно не приходил…
– Так накажите меня, – на придыхании, со страстной яростью прошептал дерзкий мальчишка.
– Не сомневаюсь, это в тебе говорит кровь Блэков. Малфои ведут себя намного сдержанней. Кем ты себя возомнил? – уже другим, не мягким, ядовито-журчащим, а холодным, сухим тоном продолжил учитель. – Роковым соблазнителем?
Увлеченная подслушиванием София слишком сильно навалилась на дверь. Та скрипнула и, к её ужасу, отворилась.
София кубарем покатилась вперёд, растянувишсь у ног профессора, при этом больно ударившись коленками. Чувствуя, что сейчас просто сгорит от стыда, она не торопилась подниматься, созерцая колышущийся подол иссиня-чёрной профессорской мантии.
Провалиться сквозь землю не представлялось возможным, поэтому пришлось подниматься, готовясь к насмешкам, которые вот-вот должны были посыпаться на её голову.
– Мисс Гринграсс? – скучающе протянуд Снейп. – Куда вы торопились на этот раз?
София молчала, опустив глаза долу, мелкими глотками выпивая заслуженное унижение.
– Услышали что-то для себя интересное? – Снейп скрестил руки на груди. – Ладно, милые детки, ступайте спать. Вам предстоит пережить веселые праздники: рождество в обществе Сами-Знаете-Кого. Так что набирайтесь сил.
– Для чего? – наконец рискнула поднять глаза София.
– Мисс Гринграсс, вы любите играть в фанты?
София нахмурилась, догадываясь, что над ней в очередной раз потешаются.
– Рождественские фанты с Темным Лордом – воистину незабываемое развлечение! Хотите знать, каковы будут ставки?
– Пытки, Империус, принудительный секс. Вряд ли Сам-Знаешь-Кто потрудится изобрести что-то новенькое даже ради своей племянницы, – зло процедил Малфой.
– Вы всерьез полагаете, что он заставит меня в этом участвовать? – ужаснулась София.
Когда зельевар повернул к Софии желчное лицо, в черных глазах вспыхнула презрительная жалость:
– А вы всерьёз полагаете, что нет?
***
В Лондон Хогвартс-Экспресс отправлялся с платформы Хогсмеда в одиннадцать часов. После завтрака, погрузив вещи в карету, запряженную невидимыми для большинства тварями, часть студентов покинула школу.
Накануне шёл мокрый снег и деревья покрылись инеем. Ветки гнулись, изнемогая под тяжестью налипших льдинок, но выглядело это красиво.
К моменту, когда кареты дотащились до станции, у всех успели покраснеть носы. Руки от холода не спасали даже перчатки. Восхищаться пасторальными пейзажами никого не тянуло.
В поезде София поспешила занять место у окна.
День выдался пасмурным. Во второй половине снова повалил снег густыми мокрыми хлопьями. Превращаясь в дождь, некогда безупречные кристаллы каплями стекали по стеклу, чертя прозрачные дорожки и, точно лупа, преломляя и искажая мир.
Малфой в купе почти не показывался, на сей раз решив с рвением подойти к обязанностям префекта. Забини, Нотт и Краббэ с Гойлом играли в магический аналог маггловских карт. Пожалуй, за всё пребывания в Хогвартсе, время, проведённое в Экспрессе, оказалось для Софии самым спокойным.
Когда поезд прибыл на Кинг-Кросс, уже стемнело. Стрелки на часах показывали шесть.
Малфой, зайдя за багажом, повернулся к Софии:
– Гринграсс, не могла бы ты сделать одолжение?
– О чём речь, Малфой?
– Не демонстрируй, пожалуйста, моей матери, насколько плохо мы к друг другу относимся.
София, ничего не ответив, потянулась за сакфояжем.
Малфой перехватил её за руку:
– Гринграсс, пожалуйста, – с нажимом проговорил он. – Просто будь со мной поприветливее в её присутствии. И всё.
– В её присутствии я буду сама любезность. Доволен?
– Спасибо, – кивнул Драко, убирая руку.
– Не благодари. Я выполню твою просьбу с одним условием. Расскажи, чего ты хотел от Снейпа?
– Когда? – нахмурился Малфой.
– В ту ночь, когда надрался как последняя свинья и вёл себя соответствующе.
– Таких ночей было много.
– У ту ночь, когда Панси пыталась покончить с собой. Эту-то ночь ты помнишь, надеюсь?! Я слышала часть вашего разговора, слышала, как ты просил декана о каком-то одолжении? Так о чём шла речь?
