рук, а сам смещаюсь вправо. Ножи летят точно в грудь и голову сэнсэя. Если он хотя бы немного помедлит, то…
Норобу не медлит. Он дожидается последнего мига и точным движением выставляет перед собой сломанный сук дерева. Кунаи втыкаются с тем же самым глухим стуком, с каким они втыкались недавно в дерево над моей головой.
Следом за ножами слетаю я. Удар, удар, ещё удар. Два прямых блокируются с легкостью балерины, а вот удар ногой проваливается в пустоту. Сэнсэя уже там нет. Он рядом и его локоть вот-вот размозжит мой нос!
Уклон. Блок, блок. Уклон.
Я контратакую. Уход от прямого удара кунаи, а после нырок вперед, как раз над пролетающей подсечкой. Выпрыгиваю в стойку, но…
Сэнсэя уже нет на том месте, где он только что стоял. Лишь только ветви кустов чуть покачиваются.
Прыгаю в сторону, уходя от возможного нападения. Жесткий шип царапает щеку, но на это плевать. Всего лишь царапина.
Нужно сменить позицию, чтобы сэнсэй не напал неожиданно. Обычная практика — нужно двигаться по ветру, чтобы спрятаться и не выдавать себя запахом.
Быстрыми перемещениями покидаю место боя и застываю возле поросшего мхом валуна. Прикидываюсь камешком…
Кроме навыков ведения боя, которым меня научил сэнсэй, вспомнились навыки прошлого мира. И всё равно, я понимаю, что Норобу хитрит и обманывает меня. Он не показывается, но я чувствую его присутствие.
Он не показывается…
И я знаю, почему он это делает — среди травы в лунном свете еле-еле мерцает натянутая паутинка. Даже самый отмороженный паук не будет плести паутину с запада на восток. В лесу она плетется с севера на юг, а это значит…
Я бросаю ветку на паутину, а сам прыгаю в сторону.
Ловушка!
Тут же из земли вылетают четыре острых камня. Скорость такая, что будь на моём месте кто-то иной, то могло бы и голову размозжить. У меня же они пролетают мимо и разбиваются о валун.
Сбоку выпрыгивает сэнсэй с поднятым кунаи, но я готов к его атаке.
Удар кунаи проходит над головой, а я в ответ бью по жесткому прессу. Сэнсэй удивленно хэкает и отлетает на десяток шагов. Похоже, что я немного перестарался с силой удара.
И вместе с тем приходит то самое знакомое чувство победы. Оно резво бежит по крови, заставляя грудь расширится.
Но рано радоваться — бой ещё не окончен. Подхватываю выроненный кунаи, в три прыжка оказываюсь рядом с сэнсэем.
Удар, удар, удар!
Лязг металла о металл тревожит сон обитателей леса. Искры стремятся упасть на мох, но даже не долетают, умирая в полете.
Ещё удар, ещё!
Я замечаю краем глаза, как то тут, то там зажигаются красные огоньки.
Что это?
На раздумья времени нет — сухонький кулачок сэнсэя обходит мой блок и с мощью тарана входит в грудь. Теперь уже моя очередь отлетать на десяток шагов.
И снова сэнсэй исчезает…
Зато приближаются красные огоньки. Я вижу владельцев этих огоньков…
Призраки…
Черные волосы до плеч и ниже. Костлявые полупрозрачные руки. Прорехи в белых накидках и… и полное отсутствие ног. То есть накидки заканчиваются, а вместе с ними заканчиваются и призраки.
Около десятка наблюдают за нашей битвой. Не приближаются, но и не отдаляются. Просто смотрят.
Да и пусть смотрят! Не до них сейчас…
Взмываю вверх и несусь по ветвям прочь. Мысли в голове холодны и расчетливы. Каждый прыжок достигает цели. Я думаю… думаю… думаю…
Сэнсэй предугадывает мои движения, чувствует сокращение мышц, улавливает запах пота, моё дыхание, направление взгляда. Я способен двигаться также быстро, как и он, но…
Когда я пытаюсь прочитать движения сэнсэя, он использует различные уловки. А когда хочу его самого обмануть, то он разгадывает все хитрости. Всё-таки разница в опыте сказывается…
В ночи появляется туман. Его сырое дыхание оставляет на одежде мокрые пятна. Белые клочья ползут по корням деревьев, неся на своём горбу красноглазых призраков.
Я мягко приземляюсь возле корневищ гигантской сосны. Застыну здесь. Не буду выделять себя движениями, а лучше сосредоточусь на движениях сэнсэя. Я даже закрыл глаза, чтобы чувствовать кожей перемещения воздуха.
Справа!
Улавливаю вспышку ярости справа!
Движение воздуха выдают летящий кунаи. Бросаюсь вниз. Над головой слышится знакомый «тук».
Но это явно уловка. Движение воздуха слева заставляет распластаться в воздухе парящей лягушкой.
Тук!
Кунаи втыкается в корень, на котором только что стояли мои ноги.
Но это явно очередной обман. До полного нападения сэснэй будет скрывать свою ярость. И…
Сверху!
Точно! Я приземляюсь на колени и выставляю кунаи острием вверх…
— Да!!! Братик!!! Убей его!!! — неожиданно взвывает хор голосов, наводящих тоску и ужас.
Да, я должен убить его!
Победное чувство снова взрывает меня изнутри. Я сейчас одержу победу! Я сейчас убью этого старого ублюдка, который так долго портил мне жизнь! Я сейчас…
Слабый отголосок здравого смысла заставляет чуть опустить руку.
Шух.
Рядом со мной на корень опускаются ноги сэнсэя. Кончик моего кунаи упирается ему точно в кадык. Если бы рука не опустилась, то это нападение Норобу было бы последним в его жизни.
— Братик!!! Убей же его!!! — снова слышится хор голосов.
Вот ещё… Буду я идти на поводу каких-то призраков и убивать любимого сэнсэя…
Я уже обуздал жажду крови, прогнал прочь победное чувство и даже выровнял дыхание.
— Ну что, старый пройдоха, победил я тебя? — спросил я, улыбнувшись.
— Ага, только я чуть не умер от старости, пока ты это делал, — недовольно хмыкнул сэнсэй. — Беременная личинка…
— Ой, да ладно! Проигравший может говорить что угодно, но слушают в основном победителя, — отмахнулся я и повернулся к застывшим призракам. — Ребята, всё, представление окончено. Шуруйте на кассу и платите за билеты.
— Слаба-а-ак, — прошелестели в ответ призраки, растворяясь среди ползущего тумана.
— Вот гандоны, — хмыкаю я в ответ и перевожу взгляд на сэнсэя. — Мало того, что сами сдохли, так ещё и тебя с собой хотели утащить.
— Кто? — спросил сэнсэй. — С кем ты разговаривал?
— Как кто? — теперь пришла моя очередь удивляться. — Разве ты их не видишь?
— Кого видишь? Я тут только тебя вижу и туман. А ты кого?
— Да ты меня разыгрываешь, сэнсэй. Ну ладно, подурачились и хватит! Я понял, что ты крут, правда, продул слегка, но на самом деле крут. Чуть не обманул своего любимого ученика. Но ты же должен их видеть?
— Призраков? — спросил
