Во-первых, это был шок. Едва ли я мог предположить, что встреча с мамой, пусть даже посредством чужой памяти, так на меня повлияет. Бессмысленно уставившись в окно, не замечая ничего за ним, я только и мог, что пытаться совладать с ознобом, который раз за разом прошибал меня, стоило лишь вспомнить момент, когда она появилась… Искоса поглядев на сидящего рядом наставника, я все еще злился на него за то, что помешал мне проникнуть в видение глубже.
Он сказал, Изма едва не умер, но… и в этот момент я себя немного презирал, вероятная смерть прислуги меня почти не трогала. Будь я уверен, что его память прольет хоть немного света на загадку исчезновения мамы… что ж, я бы, наверное, убил ради этого.
Но мне этого совершить не дали и вот результат: обессиленный и злой, плетусь в отель, а вопросов в голове в тысячу раз больше, чем было раньше. Что она изучала? Для чего это было нужно? Какую роль во всем этом играл Аверре? И почему они пользовались таким безграничным расположением его светлости Занди? Ответы на них уже могли быть у меня на руках, но возможность была упущена и теперь неизвестно, когда представится снова.
А еще мне было интересно, понимает ли Аверре, чего в итоге это ему может стоить?
Я снова бросил на него украдкой взгляд. С мрачным выражением задумчивости, он пробовал на вкус какие-то решения, впервые забыв надеть свою каменную маску непроницаемости. Хотя, даже, несмотря на это, рисковать и пытаться лезть к нему в голову я не решился и единственное, что мог: предполагать.
Сказать с уверенностью, что для него стала откровением моя способность так легко проникать в чужую память, я не мог, но легко готов был дать палец на отсечение, что впредь не учитывать её он не станет. За совсем недолгий период нашего знакомства, я успел понять, что Аверре едва ли обратит внимание на то, в чем не видит личной выгоды, а моя неожиданная выходка могла грозить ему немалыми проблемами в случае невнимания.
Я задавался вопросом: станет ли он предпринимать попытки ограничить меня или же попытается каким-то образом развить и закрепить этот навык, если сумеет?..
— Что? — Вопрос прозвучал для меня неожиданно и резко.
— Ничего, — отвернувшись обратно к окну, где с новой силой разразился ливень, проговорил я. — Что толку задавать вопросы, если ответы на них не даются?
— Иногда вопросы несут в себе больше, чем ответы, полученные на них, Сет.
— В самом деле?
— Поразмышляй над этим, — посоветовал Аверре, будто слова что-то могли значить.
«Еще чего!» — хотелось заявить мне, но вместо этого спросил:
— Что я вообще здесь делаю?
Прошла секунда, потом — другая. Наконец мастер улыбнулся:
— Ждешь, когда для тебя появится достойное поручение?
Его слова вдруг магическим образом заставили меня забыть о прежних своих переживаниях.
— В смысле?
— Не время для вопросов, Сет, — сказал он веско. — Совсем еще не время.
И снова мои мысли понеслись вскачь, но только направление их слегка переменилось: я вспомнил об организации, упомянутой Занди будто бы, между прочим. Если он и не хотел привлекать к этому внимания, его попытка с треском провалилась. Я хорошо запомнил ту часть, где сообщалось, что Риомм решил вмешаться в дела лейров. Что станет с этим делать Аверре? Будет и дальше пребывать в мечтах об Игле Дживана? А тем временем, судя по словам Занди, какое-то там «лицо» этого Департамента было уже на планете. Могло ли нам это чем-то грозить? Новая загадка, которую мне захотелось разгадать как можно быстрее.
Наше возвращение в отель не осталось без внимания его хозяйки, нарочито заботливо интересовавшейся моим самочувствием. Получив вежливый, но краткий ответ, она быстро остыла, позволив нам с Аверре беспрепятственно подняться на свой этаж.
Двигаясь вперед по коридору, я отставал от наставника лишь на шаг, все надеясь на то, что он что-нибудь скажет. Лишь остановившись у дверей собственного номера, Аверре повернулся ко мне и проговорил:
— Не надо сверлить меня взглядом, Сет. Я знаю, что тебя интересует и ценю, что ты не пытаешься выведать из меня всю правду силой.
— Просто не думаю, что это бы помогло, — прямо ответил я.
— Что ж, тут ты прав, — усмехнулся он. — Входи, я хочу тебе кое-что сказать.
Впервые переступив порог батуловского номера, я первым делом, разумеется, осмотрелся. Как и ожидалось, комната оказалась роскошней, чем моя, и места было в разы больше, но в ней не ощущалось тепла, словно здесь вообще никто не жил. С другой стороны, номер как нельзя лучше подходил характеру мастера, с его несвойственной для лейров тягой к столичной роскоши и блеску.
Аверре жестом предложил мне устроиться на одном из кресел, беспорядочно составленных вокруг низкого стеклянного столика (и почему они все так любят эти кресла?), но, вдоволь насидевшись в гостях у графа, я отказался. Мне не терпелось перейти прямо к делу, нервы были натянуты, как канаты, потому я сходу выпалил:
— Перед отлетом мне говорили, что вам нужна будет помощь. Время идет, а я только и делаю, что таскаюсь за вами, будто на привязи…
— Успевая параллельно встревать в неприятности и залезать в чужие мысли, — закончил он за меня равнодушно. — Надеюсь, это не предел твоих возможностей?
Слегка смутившись, я захлопнул рот. Пусть думает, что хочет. Извинения в мои привычки не входили.
— И дуться здесь совершенно ни к чему, — сообщил мне наставник, а едва заподозрив попытку возразить, тут же добавил: — Своим лицом ты владеешь, а вот глаза всегда выдают тебя с головой. Стоит разозлиться, они вспыхивают, как два факела. Позволь сказать тебе, что это не самая полезная черта для элийра. — Он уселся в кресло и сложил руки на животе, как будто ожидал возражений. — Но раз уж тебе не сидится спокойно на одном месте, можешь сделать кое-что полезное, побывав в местном Архиве. Я хочу, чтобы ты пообщался с архивариусом и принес мне одну весьма важную вещицу.
Все мое на миг пробудившееся воодушевление, словно ветром сдуло. Уставившись на Аверре, как на идиота, я спросил:
— Вы шутите, да? Решили отправить меня в библиотеку за книжечкой? Ничего унизительнее не придумали?
— Успокойся, Сет, — поднял Аверре ладонь вверх. — Сперва выслушай, а уж потом впадай в истерику. Я бы и не просил тебя об этом, если б мог показаться в Архиве сам. Видишь ли, у дамы-архивариуса весьма сложный характер. Договориться с ней непросто, но ты обладаешь особым талантом обаяния. Зовут ее Чи» Эмей. Пообщайся с ней и убеди отдать тебе седьмой инфочип. Она поймет о чём идёт речь.
Такое задание не было пределом моих мечтаний, но выбирать уже не приходилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
