изучая дорогу. Через полчаса тропа раздвоилась: правая под небольшим углом, левая же поворачивала резко в сторону.
— Ну и куда теперь? — Рам скорее спрашивал себя, но смотрел на друга.
— Направо, — Дар сам поразился уверенности, прозвучавшей в его голосе. И он знал, что прав. Щемящее чувство в груди усилилось, невидимая нить тянула его по правой тропе.
Он перестал думать о нереальности того, что произошло ночью. Возможно, во сне к нему приходила сама Асида. Как иначе объяснить, что стоило ему настроиться, и он начинал слышать лес не так как прежде. Он словно растворялся в звуках и мог отличить падение высохшего листа от сброшенного клювом какой-нибудь пичуги. Немного походило на одержимость, но почему-то не пугало.
— Интересно, — пробормотал Рамир.
— Что?
— След появился. Как ты его почувствовал?
— Н-не знаю.
Деревья расступились и на огромной прогалине, залитой утренним солнцем, они увидели ни на что непохожий дом. Удивляла форма. С того места, где оказались Дар и Рам было видно три стены: одна, обращенная к ним с входной дверью по середине, а две расходились под равными тупыми углами чуть в стороны. Непонятно было пять или шесть стен, но точно не привычных четыре. В остальном всё было как обычно — бревенчатый сруб. Сбоку от двери под навесом вкопан в землю деревянный стол и придвинуты две скамьи.
Дверь открылась, на пороге стояла девушка. Даже если бы глаза Дара были закрыты, он узнал бы её в тот же миг. Весь путь по невидимой нити он не думал о том, кого встретит, но сейчас понял, что знал об этом с того самого момента, когда во сне пришла странная ведунья, а может и раньше, когда выезжал из ворот замка, или еще раньше, когда понял, что больше не может находиться на чужбине, а должен непременно вернуться домой.
Яра
К ночи Марга не вернулась. Яру это не удивило. Порой ворожея отсутствовала по несколько дней. Наверное, роды были сложные. А может у крестьян еще поднабралось проблем менее важных, ради которых они не рисковали призвать лесную колдунью, но раз уж она приехала, то могли попросить ей задержаться.
Сама она свою помощь никогда не предлагала, но, если ее просили, никому не отказывала. Объясняла просто: «Асида лишает дара, если отказываешь в помощи»
Яра не боялась оставаться одна, Арго чувствовал посторонних задолго до их приближения, так была настроена завеса. Случайных чужаков завеса проводила мимо поляны, если же приближался кто-либо из гонцов, завеса пропускала без предупреждения, но в них опасности не было. Гонцы вели себя, как требовал некогда заключенный договор между ворожеей и деревнями. В дом войти не пытались, и умный Арго обычно отсиживался внутри.
Но иногда сквозь завесу проходили люди, пришедшие со своей бедой издалека. И в этом случае Марга и Арго реагировали одновременно, задолго до того, как путники добирались до поляны.
Сначала Марга пыталась научить этому Яру, но у девушки плохо получалось, зато пес освоил науку мгновенно. Пришедших издалека Марга принимала в доме, заранее закрывая круглый камень тканью, напоминавшей скатерть. Вот только за этот импровизированный стол гостей никогда не приглашали, кормили за небольшим столом у очага. В этом случае пса выставляли в лес. Никто не должен был знать о Страже. Итак, уже расползались слухи о чудовище, уничтожавшем графских собак.
Ночью Яра проснулась от тревожного стука собственного сердца. Оно то начинало колотиться быстрее, то замедлялось и пропускало удар. Сначала решила, что наконец-то у нее проявилась способность чувствовать проходящих через завесу. Но Арго приподнялся, посмотрел на хозяйку, зевнул обнажая клыки, и снова положил лобастую голову на лапы. Яра встала, прошлась по дому, очень хотелось выглянуть наружу, но не решалась.
Очень странно, рядом спокойный Арго, весь его вид говорит о безопасности, а она боится отодвинуть засов. Девушка вернулась в комнату и легла пытаясь успокоиться. Скорее всего приснился сон. Такое уже бывало. Не можешь утром вспомнить, что именно в нем было, а настроение то радостное, то наоборот тревожное без видимой причины.
Яра закрыла глаза, но сон не возвращался. В области сердца появилось странное томление. А вдруг сон вещий? Что, если с Аларом что-нибудь случилось, с ее единственным родным по крови человеком, а она не может вспомнить и даже, если вспомнит, то вряд ли отгадает. Асида никогда не говорит прямо. Тянущее ощущение в груди усилилось. Перед глазами замелькали картинки: огромная спина, закрывающая ее от опасности, а потом встреча на лесной тропе. Да что это с ней. Опять этот воин, почему она не может его забыть.
Яра открыла глаза, на краю ее постели сидела незнакомая женщина в темной тунике. Яра хотела крикнуть, позвать Арго, но голос ее не слушался.
Яра
— Не бойся меня, — прошелестел голос незнакомки, — и никого не бойся. Всё плохое человек делает себе сам. Бойся плохих мыслей и неправильных решений. Я пришла предупредить. Ты на развилке. Перед тобой две дороги. Первую можно выбрать только разумом. В конце ее дом, который ты считаешь своим. Но сердце придётся принести в жертву. А вторая еще неясна, выбор её зависит не только от тебя. Только сердце может по ней провести, но куда оно приведёт, мне неведомо.
Заворчал Арго. Яра открыла глаза. В окна светило солнце. Никакой женщины в доме не было, но тревожное ощущение в сердце осталось.
Арго тявкнул по-особенному. Кто-то прошел через завесу. Не гонец, не Марга, посторонний. Яра прыжком покинула постель, накинула тунику на нижнюю рубашку и бросилась к задней двери. Нужно было побыстрее спровадить Арго в лес. Открыла её и привычно скомандовала:
— Арго! Схрон.
Пёс послушно исчез в зарослях. Он будет рядом, но носа не покажет, если Яра не позовет. Девушка кое-как расчесала волосы, дёргая из-за спешки пряди и морща нос от боли, надела ободок, чтобы не лезли в глаза. Поправила тунику, подвязав её так, чтобы сидела немного мешковато. Яре уже приходилось сталкиваться с чрезмерным мужским вниманием, и она постаралась хотя бы частично скрыть достоинства фигуры.
Плохо, что нет Марги, самой ей ещё не приходилось принимать просителей.
Яра вышла на крыльцо, и сердце ее пропустило удар. На прогалину въезжали два всадника. Девушку бросило в жар при виде огромного широкоплечего воина.
Дар
Первым опомнился Рамир.
— Ну наконец-то, повезло, мы уже сутки блуждаем по лесу. А здешних мест не знаем. Даже не думал, что в такой глуши можно наткнуться на жилье. Хорошего дня, красавица. Мир вашему дому.
Его бестолковая болтовня помогла прийти в себя двум истуканам, в
