железах. Они перемещаются в печень, где каждая нить реплицируется, создавая десятки тысяч потомков, образующих цисту. У человека нет никаких симптомов в течение этого инкубационного периода, и он не знает, что инфицирован. В конце концов циста разрывается, высвобождая паразитов, которые вторгаются в эритроциты, чтобы питаться гемоглобином — белком, переносящим кислород. Они развиваются в формы, называемые шизонтами, каждая из которых содержит от восьми до двадцати четырех паразитов. Зрелые шизонты могут поселяться в различных органах, таких как мозг или плацента, при этом симптомы заболевания зависят от того, какие органы поражены[209]. В конечном итоге шизонты разрываются, выпуская в кровоток следующее поколение паразитов, готовых заразить новую партию эритроцитов. Это вызывает высокую температуру, потливость и озноб, как при гриппе. Зачастую такие приступы повторяются каждые несколько дней. После того как комар напился зараженной человеческой крови, в его кишечнике паразиты образуют цисту. Она выделяет споры, которые распространяются на другие участки тела комара, включая слюнные железы. В следующий раз, когда комар укусит человека, эти споры проникают в него, и цикл завершается[210].
Тяжелые симптомы малярии возникают из-за отказа органов или патологических изменений в крови, в зависимости от того, какая часть тела поражена. Малярия может вызвать судороги, потерю сознания и кому; может развиться тяжелая анемия из-за потери эритроцитов; почки могут отказать; воспаляются легкие; селезенка увеличивается; резко падает уровень сахара в крови и так далее. В этом случае пациенты нуждаются в срочной медицинской помощи. Рецидивы могут иметь место спустя годы, когда активируются спящие цисты в печени. Могут сохраняться долгосрочные проблемы, такие как трудности с речью, глухота, заболевание почек, разрыв селезенки и слепота. Малярия особенно опасна во время беременности, как для матери, так и для ребенка[211].
После согласия с микробной теорией в 1870-х годах были предприняты попытки найти микроорганизм, ответственный за малярию. Выяснение всех движений в сложном трехстороннем танце между комарами, видами Plasmodium и людьми заняло многие десятилетия[212]. Шарль Лаверан, французский военный врач, работавший в Алжире, впервые обнаружил в крови больных малярией серповидные тела с маленькой точкой пигмента. Они никогда не наблюдались у здоровых людей. Далее Лаверан описал четыре различные формы этих тел в крови, которые, как мы теперь знаем, представляют собой отдельные стадии жизненного цикла паразита. Итальянец Камилло Гольджи тогда связал разрыв кровяных шизонтов с выходом малярийных паразитов и началом лихорадки[213].
Это был настоящий прорыв, но понять механику возникновения заболевания еще не значит найти способ предотвращать или лечить болезнь.
Однако в 1897 году в Индии британский бактериолог Рональд Росс обнаружил паразитов одной из форм птичьей малярии в желудке определенного вида комара. В то же время в Риме Джованни Грасси и его коллеги нашли паразита человеческой малярии в комаре Anopheles. Таким образом была выявлена ключевая роль комаров в роли межвидовых переносчиков болезнетворных микроорганизмов. Важно отметить, что это обозначило цель, которая даже в то время была достижима: нужно было просто уменьшить популяцию комаров, избавившись от мест, где они любили жить, таких как водоемы со стоячей водой.
Идея о том, что желтая лихорадка также передается комарами, впервые была высказана кубинским врачом Карлосом Финлеем в 1881 году. Эпидемии малярии, желтой лихорадки, холеры и других болезней были огромной проблемой для Кубы в XIX веке. Финлей заметил, что районы, где появлялась желтая лихорадка, совпадали с местами обитания комаров, поэтому он изучил, как они питаются[214]. Его презентация в Королевской академии медицинских, физических и естественных наук в Гаване была встречена недоверием. Идея о том, что крошечное насекомое может убить взрослого человека, была слишком радикальной, чтобы воспринимать ее всерьез. Поэтому Финлей решил получить дополнительные доказательства для проверки своей гипотезы, используя сотни добровольцев, которые позволили укусить себя инфицированным комаром. Несмотря на то что это был самый непосредственный (хотя и очень опасный) способ доказать его идеи, результаты все равно были сочтены неубедительными[215]. Оглядываясь назад, мы теперь знаем, что его эксперименты потерпели неудачу, поскольку используемый Финлеем инкубационный период — количество дней между заражением комара и укусом новой жертвы — был слишком коротким[216]. Важный фактор, касающийся инкубации, был обнаружен несколько лет спустя Генри Картером, который служил офицером по карантину в американских портах Мексиканского залива. Он обнаружил, что время между заражением человека и первым появлением симптомов желтой лихорадки составляет около пяти дней. Таким образом, введение семидневного карантина для судов, следующих из Мексики или Кубы в США, предотвратило проникновение желтой лихорадки[217]. Картер продолжил исследования, изучая случаи желтой лихорадки в отдельных фермерских домах и наблюдая, сколько времени проходит, прежде чем посетитель фермы заразится этой болезнью.
Доказательство правоты Финлея пришло во время десятинедельной испано-американской войны 1898 года, когда американские войска вторглись на Кубу. Желтая лихорадка и малярия быстро распространились среди войска, пока 75 % личного состава не стали негодными к службе, и армию пришлось отозвать. В боях погибло менее тысячи американских солдат, но более 5000 умерли от болезней, особенно от желтой лихорадки. Несмотря на эти неудачи, США выиграли войну и захватили страну. После создания военной администрации США для поиска решения была создана Комиссия по желтой лихорадке. С помощью Финлея комиссия перепроверила его идею с комарами, используя более длительные инкубационные периоды, на этот раз с успехом. После нескольких лет экспериментальной работы и преждевременной смерти некоторых членов команды были сделаны следующие выводы:
1. Желтая лихорадка не передается через постельное белье и одежду.
2. Болезнь передается через укусы комаров, ранее пивших кровь больных.
3. Найден конкретный виновник — теперь он называется Aedes aegypti.
4. Самки, пившие кровь зараженного человека и кусающие здоровых особей в течение десяти дней после этого, не становятся переносчиками возбудителя. Необходим интервал в двенадцать дней и более[218],[219].
Это новое знание было быстро применено на практике в Гаване майором Уильямом Горгасом, главным санитарным врачом города. Он приказал изолировать больных желтой лихорадкой в зданиях, завесив двери и окна сетками для защиты от комаров. Отряды солдат прочесывали город, уничтожая комаров, как летающих взрослых особей, так и живущих в воде личинок. В течение пяти месяцев желтая лихорадка была ликвидирована в Гаване. Хотя никто не знал, что на самом деле представляет собой возбудитель инфекции, знание слабого места в его жизненном цикле означало, что болезнь можно было остановить.
Этот успех случился как раз вовремя для американского проекта Панамского канала. Теперь американцы знали, что причина, по которой так много людей погибло во время попытки французов построить канал,
