осталась одна минута.
– Макс, послушай! – склонилась к нему Кэт. – Несколько лет назад, когда Лия собиралась замуж, ее жених предпочел ей меня. И за несколько дней до свадьбы бросил ее. Мне очень трудно говорить об этом, Лия ведь была моей лучшей подругой. И, вероятно, когда она узнала, что я собираюсь замуж за тебя, она воспользовалась тем, что я уехала домой. И в это время соблазнила тебя. Она не любит тебя так, как я. Ты для нее лишь был орудием мести, которым она воспользовалась.
– Время истекло, будешь выходить, захлопни посильнее дверь, – безразлично произнес Макс.
Глаза Кэт вспыхнули злостью. Она вскочила и направилась к двери, затем остановилась:
– У нее роман с Дэнни! Это ее коллега. Она встречается с ним! – выпалила она.
– Откуда тебе известно о Дэнни? – Макс соскочил с дивана и направился к Кэт.
– Я проследила за ними и сделала фотографии. Это я отправила их тебе, чтобы ты понял всю правду. Очнись, Макс, она не любит тебя!
– Значит, вот в чем дело, – Макс грубо схватил ее за локоть. – Признавайся, сколько ты заплатила ему или натурой расплачивалась, чтобы он сыграл роль ее возлюбленного?
– Что?! Отпусти меня, я ничего ему не платила! – защищалась Кэт. – Я его и знать-то не знаю. Я только проследила за ними в тот вечер, и все! Клянусь!
– А кольцо? Когда он делал ей предложение?
– Какое кольцо, я не понимаю, о чем ты? Мне больно!! – взвизгнула Кэт.
Макс посмотрел на Кэт и понял, что она действительно ничего не знает. Дэнни был влюблен в Лию по-настоящему, и она сама пошла с ним на романтический ужин, зачем?! Он отпустил Кэт.
– Уходи! – холодно отрезал он.
– Макс, почему ты злишься на меня, я лишь хотела… – залепетала Кэт.
– Уходи!! – прокричал Макс, и Кэт быстро выскочила за дверь, громко захлопнув ее.
Макс был разъярен, ему не терпелось узнать, что именно происходило между Лией и Дэнни. И куда, черт возьми, он запропастился?! Почему уволился?! Она ему отказала. Но зачем тогда пошла на свидание: ужин при свечах, танцы? Макс пытался разгадать эту головоломку: допустимо ли для друзей такое поведение, просто ли друг он, или Лия все-таки обманывала его… Не выдержав Макс выскочил за дверь. Если сейчас он все не прояснит, он просто взорвется от ревности!
Лия испуганно повернулась, когда Макс ворвался в холл.
– Что случилось?
– Тебе не кажется, что нам есть что сказать друг другу? – Макс тяжело дышал.
– О чем ты? – Лия сдвинула брови.
– Хватит с меня спектаклей! – гаркнул Макс.
Он схватил Лию за запястье и потащил в библиотеку, на ходу буркнув извинение удивленной Нэнси. Захлопнув дверь, Фокстер прижал Лию к стене, нависнув над ней, как гора:
– Говори! – гневно приказал Макс.
– Что именно ты хочешь услышать? – Лия была напугана.
– Ты прекрасно знаешь, о чем я! – стукнул он кулаком по стене. – Что у тебя с этим Дэнни? Почему ты пошла с ним на романтический ужин?
– Мы с ним были просто друзьями, и ты… ты… же знаешь, что он мой коллега, – заговорила Лия, вначале сбивчиво, но потом все более обретая уверенность. – На работе мы часто друг друга поддерживаем и выручаем. Он мне очень помог уладить конфликт с одной компанией, и я по-дружески, в знак благодарности, пригласила его в кафе. Потому что была уверена в том, что он не позволит ничего лишнего в отношении меня! – отчаянно оправдывалась девушка. – Я и не подозревала, что он везет меня в ресторан, я не знала, что это будет такое романтическое место! И когда увидела, сказала ему об этом, но он настоял. Клянусь, я понятия не имела, что он питает ко мне иные чувства, кроме дружеских!
Глаза Макса полыхали огнем. Он продолжал пристально смотреть в глаза Лие.
– Скажи, как так получилось, что друг и просто коллега делал тебе предложение руки и сердца? Это ты ему дала повод для этого… Почему ты позволяла ему прикасаться к себе, тогда как мне запрещала? – каждый его вопрос сопровождался ударом кулака в стену, заставляя Лию сжиматься все больше. – На снимках вы ужинаете при свечах, танцуете, смеетесь… Тебе нравится это, да? Ты любишь его? Если да, то почему не приняла его предложения, куда он пропал черт его возьми?! Говори! Я хочу знать все!
Девушка в страхе съежилась под натиском Макса и опустила глаза.
– Мы всегда с ним общались только как друзья! Мы просто шутили, танцевали ничего лишнего не было. Я относилась к нему как брату, которого мечтала иметь! Ты же знаешь меня! – горячо воскликнула Лия. – Для меня самой стало неожиданностью его предложение. Неужели ты не заметил, насколько я была ошарашена? – взволнованно продолжала оправдываться девушка. – А касательно фотографий, это сделала Кэт, она наняла фотографа, запечатлев такие моменты, которые можно неправильно истолковать, и отправила их тебе. Она мне тоже прислала одну из них, с корзиной цветов, с подписью: «Мы теперь в расчете». Я обнаружила ее сразу после того, как вернулась домой.
– Но почему ты мне сразу все не рассказала, почему не остановила? Тебе достаточно было все объяснить мне, и я бы поверил! Почему ты заставляла меня все это время заблуждаться и думать, будто ты проводишь каждый день в объятиях этого человека? Почему ты позволяла моему воспаленному мозгу придумывать самые откровенные картины и умирать, сгорая от ревности? Почему? – Макс схватил ее за локоть и прижал к себе изо всех сил.
– Я не знаю, – почти по слогам произнесла Лия.
– Лгунья! Ты все прекрасно знаешь! Тебе доставляло удовольствие мучить меня все эти дни, недели? Ну как, ты довольна? Или тебе бы хотелось подольше поиздеваться надо мной? Если бы Кэт не заявилась ко мне сегодня и своими разговорами не подтолкнула прийти к тебе, я бы до сих пор был в неведении, – прорычал Макс.
– Нет, нет, не говори! Это совсем не так! – взмолилась Лия.
– Нет! Тогда почему? – яростно допытывался Макс. – Потому что твое упрямство не позволило тебе бежать догонять меня! Разве может такое невинное существо оправдываться перед кем-нибудь? – воздел он кверху руки и вновь вцепился в локоть Лии. – Ведь она чиста, как ангел, и никто не имеет права в ней сомневаться! Разве может такое гордое создание пытаться объяснить человеку, что он неправильно все истолковал, ведь намного правильнее будет позволить ему понять все превратно и уйти! Уйти, быть может, навсегда, и обречь его и себя на одиночество! Ведь нет ничего важнее твоих чертовых принципов! – проорал Макс. – Ты считаешься только с собой, ты
