Стажировка закончилась выдачей мне лестного отзыва о моей работе и уговорами приехать в Архангельск после окончания института.
Студентом я нашёл и свою лучшую половину, после встречи с которой моя жизнь уже не мыслилась без неё.
У Цвейга есть цикл рассказов под общим названием «Звёздные часы человечества» о гениальных явлениях, которые определяли историю человечества в разные эпохи его бытия. Их немного, и они — продукт звёздных часов жизни людей, которых человечество называет гениями. Эти звёздные часы на десятки лет, а то и на века определяют развитие человечества.
Но судьбоносные моменты бывают и у простых людей. И эти моменты для конкретного человека тоже являются звёздными.
Таким моментом в моей жизни стала встреча с Еленой, моей будущей женой. Я не мог не заметить в автобусе, которым добирался из общежития в институт и обратно, красивую девочку с высоким лбом и тёмными, отливающими на солнце золотистой рыжинкой волосами. Раза два-три видел её в автобусе, не смея даже подумать о знакомстве, и мог только издали любоваться ею. Но 5 марта 1965 года, в один звёздный миг своей судьбы, в автобусе я вдруг увидел её лицо, неожиданно повернувшееся ко мне, точнее, к кондуктору, стоящему рядом со мной, чтобы передать деньги на билет. Это было неожиданно, но и прекрасно, и я, не задумываясь, ляпнул первое, что пришло в голову: «О, старая знакомая!» И по тбилисскому обычаю стал покупать ей автобусный билет. Она запротестовала, широко раскрыв глаза. Я стал ей объяснять, что так принято — покупать знакомым билеты, хотя понимал, что для Саратова это нонсенс и что я не в Тбилиси. Она не соглашалась, и тут я почувствовал, что я для неё не пустое место, что она меня раньше тоже приметила, может, потому, что я, видя её ранее, не мог оторвать от неё глаз. Так или иначе, но я доехал до остановки Елены и, несмотря на её протесты, дошёл с ней до дома, где она жила. Спросил, где я могу её увидеть ещё раз, но ни на какую встречу она не соглашалась, только случайно проговорилась, что через день или два — точно уже не помню — идёт с подругой в театр. Естественно, в тот день я был в театре, в антракте увидел Елену с подругой и после спектакля, несмотря на протесты, пошел её провожать. Так началось наше общение, и с этого дня мы практически не расставались.
Елена ассоциировалась у меня с образом Алёнушки из русских сказок, и поэтому в течение многих лет я так и называл её — Алёнушка. С возрастом она становилась всё красивее, но как-то незаметно для себя я стал звать её Алёной или Еленой, но это нисколько не свидетельствует об охлаждении моих чувств. Наоборот.
Родители Елены были участниками Великой Отечественной войны, ушли на фронт совсем молодыми. Мать — Елена Павловна Гречнева — сразу после окончания Саратовского медицинского института работала военврачом в госпитале на Украинском фронте, отец — кубанский казак Павел Михайлович Осипов — воевал в гвардейском кавалерийском корпусе генерала Л. М. Доватора, был ранен и попал в госпиталь. Там-то они и познакомились, поженились и родили двух дочек, младшей из которых была Елена. Павел Михайлович вскоре после войны заболел туберкулёзом и умер в возрасте 47 лет. Елена Павловна пережила его на 35 лет.
Первый раз к родителям Елены я поехал летом 1966 года в село Астрадамовка Сурского района Ульяновской области. Елена уже отдыхала там на каникулах. Родом она из Ставрополья (родина и её отца), но с годовалого возраста жила в Ульяновской области. Ранее, до всеобщего хрущёвского укрупнения районов, Астрадамовка была крупным райцентром, имела все районные органы и учреждения, имелся даже большой ипподром, где проходили бега, собиралось очень много болельщиков — и это был всенародный праздник. По воскресеньям в Астрадамовке проходили огромные базары-ярмарки. Жизнь кипела и бурлила. Теперь это убитое, серое, порушенное во всех отношениях село.
На момент нашего знакомства Елена в Саратове была уже второй год. Окончив школу с золотой медалью, приехала по-ступать в мединститут, по конкурсу не прошла, так как стала жертвой экзаменационных махинаций. Единственный экзамен, который она должна была сдать по действующим тогда правилам на пятёрку, — сочинение. Оно было написано безупречно, но оценку поставили «хорошо». Сокурсница её матери (Елены Павловны), с которой они в своё время учились вместе, работала в этом же институте и по просьбе Елены Павловны посмотрела сочинение Алёны, в нём не было ни одной ошибки. Протест подавать не стали. Год в Саратове она занималась на подготовительных курсах и работала в медсанчасти регистратором. В этот-то год мы и познакомились. На следующий год Елена снова сдавала профилирующий экзамен, но теперь это была химия. За экзамен получила пятёрку и была зачислена в институт.
Наша дружба продолжалась более двух с половиной лет, и 3 ноября 1967 года мы сыграли студенческую свадьбу, на празднование которой приехали моя мать и тётя Дуся, а со стороны Елены — Елена Павловна и сестра Светлана. Тамадой на свадьбу был приглашён Василий Данилович, мой старый знакомый ещё по Тбилиси (о нём я уже упоминал). Гостей было около 70 человек, и это были студенты юридического и медицинского институтов, в которых мы учились. Были тосты, подарки, песни, танцы, крики «Горько!». Одним словом, свадьба удалась. Ночь мы и родственники провели в гостинице, а наутро с матерью и тётей Дусей уехали на несколько дней в Тихорецк, посетив по пути Волгоград в качестве свадебного путешествия. Там побывали на Мамаевом кургане, посмотрели весь памятник-ансамбль героям Сталинградской битвы работы Е. В. Вучетича, вблизи видели огромную статую Родина-мать. Впечатления в памяти остались на всю жизнь.
В Тихорецке провели ноябрьские праздники, ходили в гости ко всем родственникам, где нас обильно угощали разносолами и вкуснейшим, с восхитительным запахом, совершенно не пьянящим вином из только что отжатого винограда «изабелла».
10 ноября мы уже вернулись в Саратов, где, увы, нашу семейную пару никто не ждал и где мы так и не смогли найти для себя подходящее жильё. Каждый остался в своём общежитии. Так началась наша семейная жизнь.
Помимо учёбы и учебной практики ежегодно институт выполнял разнарядки по формированию студенческих стройотрядов на основе учебных групп. Отлынить от членства в стройотряде можно было только по болезни или более уважительной причине. Но работа в этих стройотрядах была памятным событием. За время учёбы в институте это случалось четырежды. Первый раз ездили в Новоузенск Саратовской области, который находится недалеко от Казахстана, и поэтому местное население в значительной части составляют казахи. Здесь я оказался сразу после зачисления в институт и работал в бригаде, которая занималась погрузкой железобетонных конструкций в железнодорожные вагоны. Работа казалась интересной и хорошо оплачиваемой, что важно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
