ложки. Кроме того, у меня были вопросы, и сейчас было самое подходящее время:
Блэка нигде не было видно, но скоро я должна была начать свой первый урок владения мечом.
— Итак, — заговорила я, — Шестой Легион.
Капитан с любопытством посмотрела на меня, но ничего не ответила. На самом деле я и не ожидала от неё этого: даже после всего двух дней путешествия с гигантской воительницей я получила приличное представление о её характере. Она была не из тех, кто разговаривает, если ей не задают прямого вопроса, разве что со старым другом.
— Я знаю, что их когномен Железнобокий, — продолжала я, — но кроме упоминания о том, как они удерживали левый фланг на полях Стрегес, в книгах больше ничего не говорится о том, как они его получили.
Когномен — это то, что мы, простые кэллоу, называем прозвищем, но книги дали мне понять, что данное слово вмещало в себя больше. Я нашла время, чтобы изучить Легионы, которые служили гарнизоном Саммерхолма после того, как мне сказали, что мы направляемся туда. Шестой и Девятый — Железнобокие и Цареубийцы. Второе было вполне понятным, но первое — не очень. Капитан отложила деревянную ложку и положила её на край миски.
— Они остановили атаку рыцарей Кэллоу, — произнесла она хриплым голосом, ясно давая понять, что дала исчерпывающее объяснение.
— Это, хм, — сказала я, — большое достижение, я полагаю? Ты говоришь так, будто это должно впечатлить.
Высокая женщина на мгновение задумалась, прежде чем заговорить.
— Ты родилась после Завоевания, — наконец сказала она, — поэтому не понимаешь, как раньше шли войны. Ты услышала о Легионах только после того, как мы начали побеждать.
— Я знаю, что Империя пыталась вторгнуться несколько раз до этого, — открестилась я. — Мне рассказывали о том, как король Роберт надрал Императору Подлому задницу, прежде чем Блэк и Императрица получили власть.
— Не воспринимай это как критику, — проворчала Капитан. — Легионы прошли через реформы за десятилетия до твоего рождения. Тогда всё было по-другому. Раньше Империя не сражалась с армиями Кэллоу на открытом поле, если у нас не было преимущества четыре к одному.
При этих словах я невольно присвистнула.
— Это кажется немного чрезмерным, — сказала я ей.
— Наши потери тогда доходили до половины численности, — сказала она хрипло. — До битвы на Полях единственным способом, которым легион мог противостоять нападению рыцарей Кэллоу, было так плотно сомкнуть ряды, что они увязали.
Я поморщилась. Не нужно быть мастером-стратегом, чтобы понять, что эта специфическая тактика будет включать в себя много, очень много мёртвых легионеров.
— Значит, Шестой — это задиры, которые плюют в лицо вражеским атакам, — сказала я. — Это имя уже начинает обретать смысл.
— Дело не только в этом, — пророкотала Капитан. — Истрид — генерал Шестого Легиона — орк. Как и большая часть её легиона.
— И что это меняет? — задала вопрос я.
— Зеленокожим не разрешалось быть легионерами до реформ, — проворчала рослый воин. — Только вспомогательные отряды, которые Чёрные Рыцари использовали как мясные щиты, чтобы снять угрозу с солдат праэс. И когда рыцари атаковали их…
— Они погибали. Погибали во множестве, — тихо закончила я.
Было достаточно легко представить себе зеленокожих легионеров, которых я помнила патрулирующими улицы в Лауэре, только без доспехов и больших щитов. Я видела достаточно фресок с изображением рыцарей Кэллоу в Доме Света, чтобы знать, что это были крупные мужчины и женщины в полном вооружении, верхом на боевых конях, одетых одинаково — конечно, они проходили через ряды легионеров, как горячий нож сквозь масло.
— И вот появилась Истрид со своим легионом орков после того, как тысячу лет её народ угнетали, как животных, — тихо проговорила Капитан. — Они остановили тех рыцарей линией щитов, и на этот раз они не погибли.
— Железнобокие, — пробормотала я, увязывая его с новой информацией.
Наверное, те калеки, которых я встречала на улицах Лауэра, и были участниками той злополучной атаки, сказала я себе. Это была отрезвляющая мысль, но она не могла полностью устранить таинственность истории, которую Капитан только что описала своими короткими фразами. Это было то, что я ненавидела-любила-больше-всего в тех злодеях, с которыми я путешествовала: когда вы слушали их разговор, они больше не казались такими уж похожими на злодеев. Была какая-то извращённая справедливость в том, что Шестому Легиону удалось в кои-то веки оказаться по другую сторону резни. Мы выросли на историях о монстрах праэс, но интересно, какие истории слушали они, пока росли?
— Не зацикливайся слишком сильно на Истрид, — тихо сказала Капитан. — Разоряющая — наиболее опасная из них двоих.
— Девятый Легион — когномен Цареубийцы, — процитировала я по памяти. — Один из их отрядов убил Сияющего Принца, верно?
— Они все носят красную боевую раскраску на горле, символизирующую, как этому идиоту перерезали горло, — усмехнулась она. — Это то, за что её помнят, но не то, почему она опасна. Она должна занять место Значимой, когда та выйдет на пенсию, а для того, чтобы стать Маршалом нужны скорее мозги, а не мускулы.
— Значит, она умная? — догадалась я.
— Умнее змеи и вдвое злее, — проворчала Капитан. — Она также очень терпелива — уравновешивает жажду крови Истрид. Вот почему они работают в паре.
Я поморщилась. В устах женщины, которая обладала Именем, стоящим вровень с Императрицей Ужаса и Чёрным Рыцарем, вдвойне злее звучало вполне серьезно. Так что я добавила генерала Разоряющую в список людей, с которыми мне нужно быть очень, очень осторожной.
— Кстати, о Саммерхолме, — произнесла я самым небрежным тоном, на который была способна. — А ты не знаешь, зачем мы туда направляемся?
Капитан бросила на меня взгляд, явно не такой равнодушный, как я надеялась.
— Что-то связанное с твоим Именем, — задумчиво произнесла она. — Оруженосцы так чертовски драматичны. Привыкание Амадея к своей Роли было болезненным, думается, нет причин, по которым в твоём случае будет по-другому.
— С твоим Именем было проще? — я приподняла бровь.
— Я обрела себя, когда была Проклятой, — проговорила она. — К тому времени, как я стала Капитаном, никто не был настолько глуп, чтобы бросить мне вызов.
Я откровенно разглядывала гигантскую воительницу — она уже была в доспехах, и даже без своего молота, выглядывающего из-за плеча,
