он снова закашлялся, задохнулся и просипел, — Грет.
Инспектор поклонился и продолжил вместо него:
— У Императора, принявшего божественную власть и силу, и магически одарённой дочери высшего мага родится воин. Ему суждено завоевать и объединить земли, оставшиеся от ушедших Богов остальных трёх стихий.
— Поэтому, ещё одним призом состязаний станет возможность взять в жены мою дочь, — голос Императора снова обрёл мощь.
— Готов сражаться, — очень предсказуемо прозвучал голос Рэйнера.
— А ты маг Воды? — в голосе отца появилась хищная нотка, я почувствовала, как напрягся дракон.
— Да, это честь для меня, — просто ответил Румер.
А меня, значит, никто ни о чём не спросит. В один миг из женщины, окружённой вниманием мужчин, я превратилась в вещь, выставленную на продажу. И в этом предельно открытом платье я почувствовала себя особенно жалкой и ничтожной.
Следующих слов я почти не слышала, пытаясь сдержать слёзы жесточайшей
обиды.
— Вы, все трое… Рэй, ты тоже до самых состязаний вернёшься в Академию. Один из вас или все одновременно всегда должны держать Тею в поле зрения. Ваше внимание должно быть заметно. Но иногда вы будете допускать оплошности, не упуская её из виду.
Керн дёрнулся:
— Великий, а не безопаснее ли будет оставить её Высочество во дворце?
— Во дворце они не проявят себя. Здесь дракон. А мы должны найти эту змею сейчас. Молодой император не сразу обретает силу после ритуала. Несколько дней он уязвим. Очень серьёзный риск. Если Империя потеряет Бога Огня и Дракона, она просто исчезнет.
Понятно. Моя жизнь даже в нынешней ситуации менее важна, чем судьба
Империи.
Ловить врага будем на девочку Тею, то есть на меня. Ну а чего я тогда переживаю из — за навязанного мне мужа? Я быть может и не доживу до состязаний.
Неожиданно это дало мне сил. Из проснувшегося Хранилища потекли волны энергии, насыщая мои клеточки. Огонь, заструившийся по жилам, высушил влагу, подступившую было к моим глазам.
Осталась лишь знакомая ярость, та самая, которая не позволила в обители схватить мою мать, помогла держать щит против юных ящеров, закрыла рот в таверне болтавшему скабрёзности Дагу, помогла сжечь бревно на тренировке, а после и мага чампов.
Я сбросила руку инспектора с плеча и поднялась.
— В таком случае, отец, нам не стоит терять время, — я прямо сама почувствовала ледяную ярость в своём голосе. Даже не знала, что так умею. — Ловить так ловить. Если я правильно поняла, вы известите высших, что покушение не удалось, а мы отправляемся в Академию и ждём их реакции. Не рискнут в Академии, отправимся на прогулку.
Император гордо улыбнулся:
— Моя девочка.
А я больше не чувствовала себя безвольным призом. Мужчины даже отступили на шаг, перестав заглядывать мне в декольте. Оу, а так можно было? Чуть пожёстче, и животные инстинкты дают сбой.
К сожалению ненадолго. Уже на выходе, пропуская меня в дверях, Рэйнер чуть наклонился ко мне:
— Не думай, Рыжая, что сможешь мной так командовать, когда станешь моей женой.
— Не станет, — жёстко ответил вместо меня Румер.
Похоже состязания начались раньше времени.
Глава 33. Скандал
В Академию я вернулась знаменитостью. Кто сказал, что девочки любят поболтать и посплетничать, а мужчины, напротив, скрытные и молчаливые? Не припомню на боевом отделении ни одной девушки кроме меня. Тем не менее наше учебное заведение гудело, как гнездо диких ос.
Ну я, наверное, не совсем справедлива к своим сокурсникам. Вряд ли у них был хоть малейший шанс избежать расспросов.
Сложно было не заметить их эффектный выезд. Рванувший за Рокси отряд прогалопировал напрямую по цветочным клумбам, зацепил край фруктового сада, сломав там несколько деревьев. А поскольку ворота в Академию открываются только по специальному разрешению, на которое всем в этот момент было наплевать, то и они пострадали. Одна створка была цела, видимо стражник успел её распахнуть, а вот на месте второй образовалась чёрная неаккуратная горка из оплавившегося металла.
Естественно, на вернувшихся после первого боевого крещения парней налетели с вопросами. И к нашему возвращению они все стали героями и победителями чампов, хотя подозреваю, что большинство из них ничего не успело разглядеть.
Куда и зачем я ехала в сопровождении инспектора наверняка тоже обсуждали, я даже могу предположить часть версий, но вряд ли хоть одна из них была близка к истинной.
А самым мощным ударом стало моё преображение.
Инспектор не разрешил мне переодеться перед ужином, к которому мы всё — таки успели. И я появилась в столовой во всей красе. Ох, не привыкла я всё — таки быть в центре внимания. Приманка из меня получилась броская. Девушки ошеломлённо разглядывали платье, а парни меня.
Магистры проводили меня до стола.
Не знаю, когда и до чего они договорились, но инспектор заботливо усадил меня, подвинув стул, Румер и Рэйнер каждый со своей стороны синхронно приложились к ручке, и все трое разом отошли. Предатели.
Удивление в Лериных глазах сменилось привычной презрительностью с добавкой знатной порции ненависти. Я её почувствовала на физическом уровне. Последние испытания заметно отразились на моей магии: мысли я читать не научилась, но эмоции улавливала до мельчайших деталей.
Ещё бы не гневаться первой красавице Академии: всё познаётся в сравнении. Дорогая ткань Лериного платья словно выцвела рядом с тем шедевром, который создала Лали. Мне кажется, маг Воздуха добавила в цвет немного волшебства. Ткань отливала всеми оттенками макового поля в солнечный день, а у Леры платье было просто красным. Угораздило же её выбрать сегодня этот цвет.
— Завела себе богатого любовника? — прошипела Лера.
— Перестань, — осторожно одёрнула её Тери.
— Ну почему же, дай порадоваться за сельскую девочку. Знаешь, сколько стоит такое платье? Г рету и за год не заработать.
Ага, версия «любовница инспектора» ещё не полностью отброшена.
— Нашла богатенького старичка? — продолжила Лера, распаляясь, — Интересно, а сколько Грету отстёгивают за доставку живого товара?
— Лера, — снова попыталась её остановить Тери.
— Пусть болтает, — спокойно ответила я.
— Да как ты…
— Неужели столько злости и зависти может вызвать кусок ткани, госпожа Лера? Я, живя в селе, была уверена, что благородные леди умеют не выказывать столь низменных чувств при виде чужого наряда, — ну прямо по-книжному у меня получилось, и голос такой холодный.
— Зависть, к такому ничтожеству, как ты? — картинно захохотала Лера, стараясь привлечь больше внимания, и за соседними столами уже стали на нас оглядываться. — Думаешь, если ты напялила на себя дорогую одежду, сразу стала выше всех?
Я поняла, она пытается повернуть ситуацию так, словно это я проявила
