– На вашем месте я бы не позволила ему отвозить вас домой, – сказала миссис Эббот. – Он может отвезти Бог знает куда.
– Этого он делать не будет, – успокоила ее Ферн, надевая шляпу как можно осторожнее, чтобы не растрепать волосы. Она хотела причесаться, но, даже надевая шляпу, испытывала острую боль.
– Как знать.
– Я знаю, – сказала Ферн. Она надела свой жилет. – Для него я недостаточно женственная. Я не интересую его. Уверена, что он общается исключительно с красавицами, которые носят шикарные наряды и обитают в прекрасных дворцах. А чем я могу привлечь его?
– Спроси у него сама, – предложила Роза.
– Мы уже проделали полпути до твоего дома, а ты мне почти ничего не сказала, – говорил Мэдисон.
– Я сказала более чем достаточно, – ответила Ферн.
– Ты хочешь сказать, что твое мнение обо мне изменилось?
– Мое мнение не изменилось относительно твоего приезда сюда, – сказала Ферн, – я хочу, чтобы убийцу Троя повесили.
– Ты говоришь «убийцу Троя», не Хэна.
– Я решила, что лучше не называть пока имен. Успеется еще по ходу дела.
Она не могла сказать ему, что не питает больше никакого желания унижать его. Так же, как не могла сказать ему, что продолжает думать о нем, как о случайном человеке, который встретился на ее пути.
– Я не подговаривала Рида с Пайком, чтобы они напали на тебя в салуне, – сказала Ферн, заговорив, наконец, на тему, которой старалась избегать до этого.
– Теперь я это понимаю, – сказал Мэдисон. Несколько минут он молчал. – Мне кажется, что я был груб с тобой.
– Я тоже тебе грубила.
– За одно это меня следовало заточить в тюрьму, как говорит Джордж.
– Джордж – джентльмен. Я сомневаюсь, что он сможет понять такого сложного человека, как ты.
Мэдисон громко засмеялся.
– Да ты просто не знаешь нашу семью.
Эта неожиданная реакция Мэдисона удивила ее.
– Ты не можешь отрицать, что Джордж джентльмен.
– А я не джентльмен, – сказал Мэдисон, все еще продолжая смеяться. – Это факт, который не прикроешь ни модной одеждой, ни блестящим образованием.
– Я этого не говорила.
– Ладно, ясно. Так как ты в ближайшее время намереваешься видеться, по крайней мере, с тремя Рэндолфами, то позволю дать тебе один совет. Со стороны, учти, все мы можем не походить друг на друга, но в сущности мы одно целое. Все мы, пока здравствующие, включая Хэна, будем ожесточенно драться за интересы семьи, не хуже Джорджа. Все мы, включая Джорджа, такие же чуткие и ранимые, как Хэн. Но все мы, в первую очередь, сыновья нашего отца, а он был более диким по натуре, чем весь штат Канзас.
Ферн внимательно посмотрела на Мэдисона.
– Глядя на Джорджа, Хэна и меня, ты видишь три лица одного и того же человека.
– Но вы все такие разные.
– Это только кажется. Ты никогда не поймешь нас, если будешь рассматривать поодиночке.
Это испугало Ферн. Если то, что он говорит, правда, тогда она вообще ничего о нем не знает. Она почувствовала беспокойство. Ей показалось, что рядом с ней сидит какой-то незнакомец.
Она вспомнила, как он нежно поцеловал ее. Может быть, он поцеловал ее помимо ее воли, но ей все равно было очень приятно.
Она предпочла бы, чтобы он был таким, как Джордж, но не таким, как Хэн. Она только однажды встречалась с Хэном, и он произвел на нее впечатление холодного человека, бесчувственного убийцы, который ни о чем не сожалеет и не раскаивается в том, что убил человека.
У нее мурашки пошли по коже от мысли, что и Мэдисон может быть таким.
– Расскажи, чем ты занимаешься в Бостоне, – попросила она.
– Тебе будет неинтересно.
– Может быть, но как я могу знать, интересно это мне или нет, если ты ничего мне не расскажешь.
(Хорошо хоть не сказал, что ей будет непонятно.)
– Я адвокат. Я помогаю бизнесменам делать деньги законным путем.
– Но ведь это не имеет никакого отношения к поискам убийц.
– Имеет. Кроме того, я единственный адвокат в семье.
– У твоего брата разве нет денег, чтобы нанять адвоката?
– Пока что Джордж считает, что мне не требуется помощник.
– Расскажи побольше о своей работе, – попросила Ферн, вспоминая, что не хотела говорить с ним о его семье и про убийство Троя.
Но когда Мэдисон начал рассказывать ей про то, чем он занимается в Бостоне, она стала думать о том, с какими женщинами он там встречается и как ведет себя с ними. Трои бывал в Чикаго и Новом Орлеане. Он рассказывал ей о сказочных дворцах, о диких пирах и продажных женщинах, за которыми охотятся праздные мужчины.
Она могла хотя бы на мгновение вообразить себя живущей в этом мире. Но она не могла представить, как можно спать до обеда, потом есть какую-нибудь экзотическую еду, принесенную служанкой, и после этого позволять другой служанке одевать себя в одежды, которые стоят почти столько же, сколько вся ферма ее отца. Как можно было вообразить толпы мужчин, вьющихся возле тебя, молящих только о том, чтобы поговорить с тобой, потанцевать, и готовых отдать жизнь за цветок из твоих волос, погибнуть ради твоего носового платка или мимолетного поцелуя.
Мир этот казался ей сказочным, слишком волшебным, чтобы быть правдой. Неужели эти богатые, погрязшие в роскоши женщины, которых знал Мэдисон, действительно живут в таком мире? Но даже самые богатые и избалованные должны все-таки работать.
Однако у нее было подозрение, что они не работали. Мир, в котором обитал Мэдисон, был таким непонятным, что она бы обязательно растерялась, попади вдруг туда, и просто не знала бы, что там делать. (И поделом тебе будет. Не смей и думать, чтобы ехать в Бостон.)
Ферн очнулась от своего сна наяву. Она никогда не поедет в Бостон или в другой подобный город. Она родилась в Канзасе и проживет здесь всю жизнь.
– Ну, вот и все, пожалуй, – закончил Мэдисон свой рассказ. – Не очень впечатляющая жизнь, верно?
(Какие уж там впечатления могут быть у тебя, если ты вообще не слушала, что он говорит. Ты будешь выглядеть дурой, если он спросит, что ты думаешь о его жизни в Бостоне.)
Они свернули с накатанной дороги, которая шла по прерии, на ухабистую, торную тропу, ведущую к дому Ферн.
– Похоже, твой отец дома, – заметил Мэдисон.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Пес по кличке Винк выскочил из-под дома, где у него было любимое место, и бросился навстречу коляске, громко лая всю дорогу.
– Интересно, что ел отец без меня? – сказала Ферн. – Он не любит готовить.
Винк не перестал лаять и тогда, когда узнал Ферн.
– Может быть, он ездил в город?
– Он просто ненавидит городскую пищу.
– После того, как он выгнал Троя, ему надо было нанять кого-то еще. Ведь у тебя столько работы на ферме, а тут еще готовить приходится.
